Стих "Шорты видели все"
Кутурчин во мгле, в непролазном тумане,
Тайга, как стена, не пускает гостей.
Семья растворилась в зелёном капкане:
Отец, мать и дочь.и следа, ни вестей.
«Случайность! Заблудшие!» — шепчет округа,
«Ушли в бурелом, где тропы не сыскать!»
Но в тихих кабинетах столицы и юга
Им велено правду в архивы убрать.
Он не был туристом с дешевой палаткой,
Он знал кабинеты, где делят бюджет.
Играл с государством в опасные прятки,
Храня в рукаве свой козырный билет.
Забытый Озёрск, где реакторы стынут,
Британский проект, миллионы фунтов...
Он тысячу душ трудоустроил, как вынул,
И знал поименно всех местных тузов.
В Лондоне фирма — LTD Oscar UK,
Квартиры в Челябинске, сын у коня.
А здесь, на турбазе, разыграна мука:
В шортах и с рюкзаком средь белого дня.
Их видели вроде, им крикнули вслед,
И камеры «Шкоду» вели до горы...
Но чей это план? И каков был ответ
В этой жестокой и тайной игры?
Ведь он помнил Зубова, помнил металлы,
И акции те, что вернулись в казну.
Когда по этапу коллеги шагали,
Он тихо ушел в Норникель, в тишину.
С министрами пил, с губернатором в связке
Плел сети интриг из невидимых нит.
И вот — исчезает, как в страшненькой сказке,
А лес Кутурчинский молчанье хранит.
Теперь ФСБ прочесывает сопки,
Собаки берут оборвавшийся след.
Но где же вещдоки? Пустые коробки?
И как получилось, что тел просто нет?
А может, над морем, на Гоа иль в Штатах,
Где гранты текли, как весенний ручей,
Смеется семья над таежным закатом,
Сменив имена и забыв палачей?
Тайга не отдаст. И курумник не скажет.
Спектакль разыгран, опущен экран.
И только в делах, где офшоры и кражи,
Мерцает разгадкой британский туман.
А местная Лида твердит неустанно:
«Они на машинах умчались в обход!»
Но кто-то маршрут начертил филигранно,
Про Камень Желаний придумавши ход.
Там сброшен мобильник в таежные мхи,
Чтоб пеленг прервался у горной реки.
Пока волонтеры бредут по курумам,
А сыщики ищут в грязи их следы,
Они по своим засекреченным суммам
Уже избежали таежной беды.
Там «Ровер» оставлен и «Шкода» стоит —
Как брошенный в спешке пустой реквизит.
Их ищут по сводкам, по базам, по лицам,
Но «Опора России» умеет молчать.
Легко на приватных бортах раствориться,
Чтоб новую, лучшую жизнь оседлать.
Где Гоа, парапланы и частный пилот —
Там тот, кто британский освоил джекпот.
Он знал тайну Дятлова, тайны «Маяка»,
Британских партнеров невидимый фронт.
Исчезнуть с семьей — это план, а не драка,
Уйти по-английски за свой горизонт.
Тайга Кутурчина останется спать...
А эту семью никому не поймать.
А в сети на форумах стонут зеваки:
«Сгорели в парной!» или «Жертвы маньяка!»
Кричат: «Нищеброд он! Случайность и рок!»
Не видя меж строк этот дерзкий бросок.
Пока дилетанты гуглят детали,
Беглецы все границы давно миновали.
Куда делись папки, вагоны, вещдоки?
Исчезли, как в черной дыре, без следа.
Спецслужбы в столице срывают все сроки,
Но в деле зияет одна пустота.
Какой там курумник? Какая тайга?
Там Кембридж и Суффолк — его берега!
Лишь пыль для отвода пытливых очей.
Он с теми дружил, кто сидел за границей,
Кто делал из пешек больших богачей.
И те, кто у Зубова в креслах сидели,
Свой куш отхватили и вдаль улетели.
Закрыто досье. Опечатаны двери.
Остался ливку вели средь высот.
Туда, где под снегом, в безмолвии черном,
Укрыт пусковых сверхсекретный завод.
Там шахты ракетные спали в метелях,
И Дятловцев группа наткнулась на след...
Усольцев всё знал. О британских портфелях,
О страшной цене тех невидимых лет.
Он выведал то, что лишь миф про таежную жуть.
Но тот, кто умел управлять в полной мере,
Смог следствие, прессу и край обмануть.
В Сибири лишь ветер гудит в проводах,
А тайна укрыта в британских холмах.
Голосование