Здравствуйте, Гость! Чтобы получить доступ ко всем функциям форума - войдите или зарегистрируйтесь.Наша почта: support@taina.li

Автор Тема: Энтони Саммерс и Роббин Сван "В поисках Мадлен" (русский перевод)  (Прочитано 5001 раз)

0 пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА

Предлагаемая Вашему вниманию книга Энтони Саммерса и Роббин Сван «В поисках Мадлен» (Anthony Summers and Robbyn Swan. Looking for Madeleine) написана относительно недавно – она была сдана в печать в июле 2014 года – и принадлежит перу весьма известного и маститого авторского тандема, главой которого, без сомнения, является Энтони Саммерс.

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, чтобы получить доступ к вложениям.


Суперобложка книги «В поисках Мадлен» [а]

Его фигура занимает видное место в современной публицистике. Саммерс родился в семье англичан, выходцев из низких слоев общества, потом и кровью добившихся успеха и обеспечивших своему сыну завидное образование. После окончания Оксфордского университета перед ним открываются широкие перспективы, но на дворе – бурные 60-е; Саммерс разругивается с родителями, бросает все «к чертовой матери» и вступает на интересный и независимый, но полный опасностями путь репортера-фрилансера. [1]

В течение более десяти последующих лет Саммерс колесит по всему миру и освещает самые животрепещущие события: в США – убийства Мартина Лютера Кинга и Роберта Кеннеди, скандальные интервью с членами «семьи» пресловутого Чарли Мэнсона, в Латинской Америке – посещение вопреки запрету боливийского правительства места смерти Че Гевары, визит на Кубу с неудачной попыткой взять интервью у Фиделя Кастро, на Ближнем Востоке – гражданская война в Йемене. Как утверждается, ему удалось тайным от советских властей образом взять интервью у Андрея Сахарова во время его домашнего ареста вскоре после получения Нобелевской премии [2].

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, чтобы получить доступ к вложениям.


Энтони Саммерс в Йемене (конец 1960-х годов) [б]

К середине 70-х Саммерс давно уже из безвестного фрилансера превратился в важную фигуру в тележурналистике: сначала он работал на ряд изданий и телеканалов Великобритании, Канады, Швейцарии, а затем прочно связал свою карьеру с ВВС, сначала посылая репортажи в престижную новостную программу «24 часа», а затем становясь помощником главного редактора аналитической программы «Панорама» [2].

По словам самого Саммерса, смерть одного из коллег в ходе войны Судного дня заставила его одуматься и порвать с журналистской деятельностью; он переселился в Ирландию и занялся историко-публицистическими исследованиями [1]. Его перу принадлежат следующие работы [2]: «Досье на царя» (The File on the Tsar, 1976) о судьбе династии Романовых; «Заговор» (Conspiracy, 1980) об убийстве Джона Кеннеди - в 2013 году вышла вторая, серьезно переработанная редакция этой книги; «Богиня: Тайные жизни Мэрилин Монро» (Goddess: The Secret Lives of Marilyn Monroe, 1985); «Сладкая западня» (Honeytrap, 1987) о знаменитом сексуальном скандале с участием министра обороны Великобритании Джона Профьюмо.

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, чтобы получить доступ к вложениям.


Энтони Саммерс [в]

В 1992 году Саммерс женился в четвертый раз – на американке Роббин Сван [3], окончившей престижный частный женский Колледж Смит (Smith College) в Массачусетсе и защитившей ученую степень по истории России и Восточной Европы [4]. До этого она помогала Саммерсу в получении и систематизации материалов, используемых при написании его книг; после свадьбы Роббин Сван становится полноправным соавтором новых произведений.

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, чтобы получить доступ к вложениям.


Роббин Сван [г]

К их числу относятся следующие исследования: «Официальный и конфиденциальный» (Official and Confidential, 1993) о жизни и деятельности первого директора ФБР и его бессменного руководителя на протяжении тридцати семи лет Эдгаре Гувере; «Самонадеянность силы» (Arrogance of Power, 2000) – биография Ричарда Никсона, «Синатра: его жизнь» (Sinatra: the Life, 2005) – биография Фрэнка Синатры с особенным упором на связи с мафией.

Вершиной совместного творчества Саммерса и Сван стала книга «Одиннадцатый день» (The Eleventh Day, 2011). Она посвящена терактам в США 11 сентября 2001 года; главный ее вывод заключается в том, что одной из основных причин трагедии явилось откровенное попустительство правительства Джорджа Буша правящей верхушке Саудовской Аравии, которая фактически стояла за спиной террористов. Книга имела большой успех, а ее авторы были выдвинуты в 2012 году в качестве номинантов на получение Пулитцеровской премии [5], хотя в итоге премия досталась авторам другой книги.

И в этот момент своего наивысшего успеха Энтони Саммерс и Роббин Сван решили сделать предметом следующего исследования таинственное исчезновение Мадлен Макканн. Работа над новой книгой продолжалась два года, в результате чего в июле 2014 года в печать был сдан текст книги «В поисках Мадлен» [6].

Момент для публикации был выбран очень удачно: в мае 2011 года было объявлено о начале нового расследования исчезновения Мадлен Макканн, которое теперь велось Скотланд Ярдом; после двух с лишним лет относительного отсутствия информации о ходе расследования, в 2013 году, прозвучали громогласные заявления о невиданном прогрессе, достигнутом британской полицией, а на следующий год место действия перенеслось в Португалию, где сначала проводились масштабные поиски на местности, а затем было объявлено о широкой программе действий, включающей многочисленные допросы свидетелей и даже официально объявление нескольких лиц подозреваемыми, шли даже разговоры о предполагаемых арестах (весна-лето 2014 года).

Казалось, на этом фоне успех книги о Мадлен гарантирован – ведь написана она была явно «в ключе» подходов и результатов расследования Скотланд Ярда… На деле вышло иначе. Судя по косвенной информации (отклики в прессе, обсуждение в блогах и проч.), новое произведение Саммерса и Сван не вызвало большого интереса у читающей публики и не получило (по крайней мере, пока) статуса бестселлера, как это произошло с предыдущими восемью книгами.

К сентябрю 2014 года, когда «В поисках Мадлен» появилась на прилавках магазинов, расследование Скотланд Ярда стало уже основательно «пробуксовывать», а к концу года окончательно застряло; в декабре его руководитель Энди Редвуд фактически был отправлен в отставку, а в перспективе замаячил весьма неутешительный финал. Все эти обстоятельства сыграли определенную отрицательную роль в коммерческой судьбе книги.

Но вправе ли мы оценивать значимость исследования только его тиражами? Очевидно, что ответ на данный вопрос не может не быть отрицательным. Ведь безусловным достоинством книги Саммерса и Сван, вне всякого сомнения, являются использование широкого круга источников (материалы уголовного дела, публикации в СМИ, интервью с целым рядом авторитетных специалистов и проч.), подробное изложение различных аспектов расследования обстоятельств случившегося и поисков пропавшего ребенка, интересный анализ роли СМИ – как португальских, так и, главным образом, британских – и, наконец, грамотная и профессиональная подача материала.

И все же есть у книги один существенный недостаток, который явно обесценивает ее достоинства и который обязательно следует иметь в виду, читая исследование Саммерса и Сван. Памятуя о том, что исчезновение Мадлен Макканн привело к ожесточенным дискуссиям и взаимным обвинениям сторонников различных версий случившегося, ключевым моментом любого серьезного исследования данной проблемы является объективность и непредвзятость позиции его авторов. Именно этот момент определяет истинную ценность исследования – не в меньшей степени, чем профессионализм самого исследователя и знание им материала.

Уже в первых строках своей книги авторы категорически утверждают, что «…не обнаружили ни единого, сколь угодно малого свидетельства, указывающего на то, что Джерри и Кейт Макканны, любой из членов их туристической группы… или Роберт Мюрат были … виновны в каких-либо противоправных действиях, связанных с исчезновением Мадлен Макканн... » Само по себе это утверждение не вызвало бы особых нареканий, если бы было результатом полноценного и объективного анализа всей имеющейся в их распоряжении информации (а таковой, как уже отмечалось выше, они владели в достаточном объеме).

Но ознакомление с текстом книги приводит к печальному выводу: множество реальных фактов, должным образом отраженных в официальных документах, но противоречащих только что изложенной выше позиции авторов, оказались откровенно проигнорированными; в книге о них вообще не упоминается. Нет особого смысла пытаться здесь перечислить все эти «забытые» факты – слишком большой получится список. Но они действительно существуют, а авторы, прекрасно владеющие фактическим материалом, сами о них не могут не знать; следовательно, допущенные ими умолчания сделаны явно преднамеренно с целью избежать любых сомнений в декларируемых выводах.

Здесь мы подходим, пожалуй, к самому главному изъяну всех публично излагаемых «промакканновских» версий: они чуть ли не с паталогической настойчивостью делают из родителей Мадлен какие-то безжизненные иконы, стыдливо избегая любых упоминаний об их недостатках: «о мертвых только хорошее или ничего». Этот подход переносится и на построение версий, авторы которых с не меньшей настойчивостью стараются, по возможности, замалчивать реальные факты, хоть как-то бросающие тень на Макканнов и дающие даже мизерные основания рассуждать об их причастности к исчезновению дочери. Вершиной всего этого фарисейства оказывается циничное шельмование каждого, кто осмелится усомниться в любом слове, слетающем с уст безутешных супругов, наклеиванием на него ярлыка «тролль» или «ненавистник» (hater) – последний термин используется многоуважаемыми Саммерсом и Сван.

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, чтобы получить доступ к вложениям.


Энтони Саммерс и Роббин Сван [д]

Таким образом, авторы книги явно отдали дань этой странной и в некоторой степени извращенной традиции. Впрочем, не следует переусердствовать и с критикой: тот факт, что это предвзятое исследование, нужно помнить, но одновременно нельзя забывать и о многих его достоинствах, о которых говорилось выше. Поэтому, по моему скромному мнению, всякий, кто претендует на серьезное знание дела об исчезновении Мадлен Макканн, должен в обязательном порядке ознакомиться с книгой Саммерса и Сван «В поисках Мадлен».

С уважением, Георгий

ИСТОЧНИКИ:
[1] Anthony Summers: Biography - http://www.anthonysummers.com/biography.html
[2] Anthony Summers - https://en.wikipedia.org/wiki/Anthony_Summers
[3] About the Author (Robbyn Swan) - http://www.penguinrandomhouse.com/authors/67481/robbyn-swan/
[4] About Robbyn Swan - http://www.robbynswan.com/about.html
[5] 2012 Pulitzer Prizes - http://www.pulitzer.org/prize-winners-by-year/2012
[6] Summers A., Swan R. Looking for Madeleine. London: Headline Publishing Group, 2014
Фотографии:
[а] http://www.anthonysummers.com/
[б] http://www.anthonysummers.com/biography.html
[в] http://www.penguinrandomhouse.com/authors/47123/anthony-summers/
[г] http://www.penguinrandomhouse.com/authors/67481/robbyn-swan/
[д] http://asaucesaid.blogspot.nl/2014/09/premature-ejaculation.html
« Последнее редактирование: 17.01.16 23:12 »


Поблагодарили за сообщение: Henry | Лита | yuka | IOD | Saggita | PostV | ira74 | maria_pr | MakTera | New333 | Elena | шестнадцатый | Отец Федор | Tokio

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

УВЕДОМЛЕНИЕ АВТОРОВ

Авторы хотят с самого начала внести ясность: после более чем двухлетнего изучения данного весьма противоречивого дела, они не обнаружили ни единого, сколь угодно малого свидетельства, указывающего на то, что Джерри и Кейт Макканны, любой из членов их туристической группы или Роберт Мюрат были на любой стадии – в мае 2007 года или позднее – виновны в каких-либо противоправных действиях, связанных с исчезновением Мадлен Макканн или с последовавшими за ними событиями.

Изложение обвинений и инсинуаций в их адрес, сделанных или опубликованных другими людьми, осуществляется в данной книге только для описания истории дела – и для иллюстрации того самого факта, что подобные обвинения не основаны ни на каких реальных свидетельствах или являются просто лживыми.

Данная книга подготовлена и написана независимо от Джерри и Кейт Макканнов.

***

Вечер 2007 года. Приморский курорт в Европе, чуть севернее того места, где Атлантический океан встречается со Средиземным морем. Весна, но ранняя весна; ветерок, дующий с севера, через два часа после захода солнца уже холодный. На пляже, названном в честь Нашей Госпожи Света, отлив заставил воду опуститься до самой крайней нижней точки.

В четырехстах ярдах от побережья – плавательный бассейн. Пальмовые деревья, шезлонги, сложенные на ночь. Столы для ужина и официанты. Звон бокалов. Звуки смеха, голоса разговаривающих на английском языке.

Через бассейн, в шестидесяти секундах, если идти пешком, пятиэтажный жилой корпус.

В темноте – какое-то движение, движение, которое никто не замечает.

Ребенок ли это, идущий в одиночку в ночную темноту? Или это человек, мужчина или женщина, украдкой уходящий прочь с ребенком?

Мгновения спустя виден мужчина, целенаправленно идущий куда-то недалеко от этого места и несущий что-то в руках. Это похоже на маленького ребенка, теплого ото сна, еще в пижаме.

Тем вечером, 3 мая 2007 года, пропадет ребенок, который с тех пор приобретет невиданную известность благодаря своему отсутствию, длящемуся на протяжении уже многих лет. Как объявлено Интерполом по просьбе португальской Судебной Полиции, это исчезновение маленькой девочки:

Дело №: 2007123403
Фамилия: Макканн
Имя: Мадлен Бет
« Последнее редактирование: 13.01.16 19:14 »


Поблагодарили за сообщение: vvvvv | maria_pr | Отец Федор | Tokio | Че Рипанес

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 1

«Она была прекрасна, - вспоминает Кейт Макканн рождение Мадлен в мае 2003 года в Королевской клинике города Лестер. - Мы были так счастливы… Она была чудесна». Для нее и ее мужа Джерри это не было стандартной фразой. Кейт хотела иметь большую семью, как минимум, из «шести или семи» детей.

Однако было вполне вероятно, что ей не удастся иметь даже одного ребенка. Семья вынуждена была использовать метод ЭКО, и данный процесс дался нелегко. Не в последнюю очередь по этой причине, по словам Кейт, они оба имели «невероятную связь» с Мадлен.

Джерри и Кейт Макканны оба были - на своем четвертом десятке - врачами. Он шотландец, переехал на юг, чтобы занять должность кардиолога в Средней Англии. Хотя Кейт специализировалась в анестезиологии, она переквалифицировалась для работы семейным доктором – в надежде на то, что соответствующий рабочий режим окажется менее неудобным для выполнения своих собственных семейных обязанностей, чем должность в госпитале.

В книгах о происхождении имен сказано, что «Мадлен» означает «столп силы», возможно от арамейского слова, переводимого как «столп», «возвышенный» или «могущественный». Один из вариантов имени – Магдалина, Мария Магдалина, которая, как говорится в псалмах, до конца мужественно стояла за Иисуса Христа. Возможно это и не совпадение, что мать Мадлен Макканн является преданной католичкой.

По рассказам Кейт, родившийся ребенок требовал терпения, присущего чуть ли не святому. Она сильно страдала от колик, беспрерывно плакала, ее почти все время требовалось носить на руках. Она спала на удивление мало. Кейт будет вспоминать, что ее большие зелено-голубые глаза были, как кажется, постоянно открыты – один из них, правый, имел редкое пятно на радужной оболочке. Эта отметина, известная как колобома, станет впоследствии известной на весь мир.

Во время сна с Мадлен всегда была мягкая игрушка по имени Кот-Соня. Другой любимой игрушкой была овечка, которая, если ее нажать, пела слова песни «Ты – мой солнечный свет».

Макканны с нетерпением ждали возможности попытаться заиметь еще одного ребенка – также с помощью ЭКО – и были быстро вознаграждены. Теперь, в начале 2005 года, у них родилась двойня: мальчик, названный ими Шоном, и девочка Амели. Мадлен, со своей стороны, казалась довольной ролью старшей сестры. Но помимо этого – она к тому времени уже ходила – Мадлен бегала туда-сюда и громко кричала, чтобы привлечь к себе больше внимания. С хождением начались ночные путешествия. Если она просыпалась ночью, то отыскивала путь к кровати родителей и проводила там оставшуюся часть ночи.

По истечении нескольких месяцев, после переезда в более просторный дом в деревне Ротли в графстве Лестершир, родители Мадлен стали более строго контролировать свою старшую дочь. Если она спала всю ночь, ее награждали звездочками. Их помещали на дверь холодильника на кухне для всеобщего обозрения и, по мере накопления, выдавали подарки. Теперь у нее была собственная спальня; Мадлен лежала на кровати, ее светлые волосы были разбросаны по подушке, и она говорила: «Ложись со мной, мамочка, ложись со мной». Кейт поддавалась на этот обман.

Семья Макканнов была очень общительной. Карен Макколмен, друг семьи, тоже мать, думала, что Джерри и Кейт – образцовые родители, а Мадлен, с которой она иногда сидела, «веселая, сообразительная… /Она/ легко самовыражалась… как будто она была взрослой». Хейли Пламмер, работавшая в детском саду, куда водили Мадлен, вспоминает о ней как о вежливой и нежной девочке, иногда застенчивой, но легко заводившей друзей. Она любила танцевать и наряжаться.

В три года, уже разговаривая, Мадлен, бывало, могла выдать: «О, мне так нравятся твои сережки, мамочка» - или, делая покупки вместе с матерью: «О, мамочка, мне нравится этот топ». Ее родители оба увлекались спортом (кардиолог Джерри долгое время был бегуном) и она часто спрашивала, можно ли ей заняться бегом трусцой. Она любила плавание и ходила на теннис.

«Вы забываете, - приходилось вспоминать Кейт, - насколько драгоценна жизнь – до тех пор, пока не происходит что-то ужасное…»

В Рождество 2006 года Джерри Макканн заснял на свой мобильный телефон видео, на котором Мадлен разрывала обертки на одном из своих подарков. «О! Вау!» - было слышно, как восклицал Джерри, когда оказалось, что в упаковке была завернута маленькая розовая сумочка, которую можно было сворачивать в трубочку. Всего через неделю Макканны начали планировать свой весенний отдых.

Подсказали идею их друзья – Дэвид и Фиона Пейны. Они думали, что лучшее, что им подходит, это недельный отпуск с детьми на курорте в Португалии. Сами они в прошлом году провели время в Греции в одном из отелей, управляемых британским туроператором «Марк Уорнер Лтд.». Они предлагали в этом году воспользоваться другим отелем той же самой компании – «Оушн Клаб», расположенным в португальской провинции Алгарве.

Похоже, что это был вариант отдыха, предпочитаемый самими Макканнами. Отель «Оушн Клаб» предлагал хорошие условия, возможность заниматься спортом для взрослых и услуги по уходу за маленькими детьми. С ними должны были поехать и другие семейные пары, с которыми они были знакомы – Мэтт и Рейчел Олдфилды, Рассел О’Брайен и Джейн Таннер, а также мать Фионы Пейн Дайенн Вебстер. Шестеро взрослых были по профессии врачами. В общей сложности с ними должны были ехать восемь маленьких детей.

Кейт Макканн, хотя и поддалась всеобщему энтузиазму, поначалу колебалась в отношении поездки. Она объясняла это, говоря, что озабочена расходами и всевозможными проблемами в организации, связанными с отправкой в Португалию и возвращением обратно трех маленьких детей всего на несколько дней. Фиона Пейн впоследствии объясняла колебания своих друзей по-другому. «Я не знаю почему, - вспоминала она слова Кейт, сказанные во время телефонного разговора, - но у меня какое-то нехорошее чувство относительно этого».

Наступил апрель, до поездки оставалась всего одна неделя, как вдруг у трехлетней дочери Джейн Таннер и ее гражданского мужа Рассела О’Брайена обнаружили инфекцию на ноге. Они решили поехать в самую последнюю минуту. «Все было как-то немного странно, -- вспоминала Рейчел Олдфилд, - как будто этот отпуск так никогда и не начнется».

Мадлен была очень взволнована предстоящей поездкой. Она болтала об этом в своем детском саду с воспитателями и детьми – со всеми. В день отправления, 28 апреля, рано утром Макканны и Пейны загрузились в такси и направились в аэропорт Ист Мидлэндс. Когда Мадлен забиралась по ступенькам трапа на свой самолет, с ней случилась небольшая неприятность. Держась одной рукой за двухлетнюю дочь Пейнов, а в другой руке неся сумочку – ту самую, которую ей подарили на Рождество – она оступилась и содрала кожу на голени. «Она заплакала, но перестала плакать почти сразу же, - вспоминал ее отец. - Она на самом деле была храброй».

На видеозаписи, сделанной на мобильный телефон в автобусе аэропорта по прибытии семей в Фару запечатлены дети, сидящие рядом друг с другом, среди них Мадлен в ярко-розовых брючках. У ее отца измученное лицо, что заставляет Пейна воскликнуть: «Взбодрись, Джерри! Мы на отдыхе!»

Днем в послеобеденное время они приехали в отель «Оушн Клаб» после часового переезда. Оставшаяся часть группы прилетела раньше из Гатвика, и все наконец собрались у плавательного бассейна. Погода была прохладной, вода холодной, но Мадлен настояла на том, чтобы окунуться. По всеобщему признанию, она была неудержимой.

Важной частью привезенного багажа были детские книжки с картинками. Мадлен любила книги. Пока родители паковали вещи, она развлекала тетю выдержками из одной такой книги с историей об охоте на медведя с таким припевом:

         «Какой прекрасный день!
         Мы ничего не боимся».

Отель «Оушн Клаб» раскинулся на территории рыбацкой деревушки Прайа-да-Луш, насчитывающей уже многие сотни лет – «прайа» по-португальски означает «пляж», а «луш» означает «свет» - хотя это название появилось только после того, как туризм превзошел по своему значению рыболовство. Иностранцы набросились на это место, скупили поля, где, как и на всем побережье, росли пшеница и ячмень, настроили виллы и жилые корпуса, привлекающие туристов в эту часть Португалии. Говорят, что приблизительно половину трехтысячного населения Прайа-да-Луш составляют выходцы из Британии, Голландии и Германии. Еще многие тысячи проживают в этой провинции в своих собственных домах и квартирах.

Сейчас центр Прайа-да-Луш вряд ли претендует на то, чтобы выглядеть как чисто португальский населенный пункт. Он по внешности и по духу представляет собой курортный комплекс, воплощающий в себе идею инвесторов о том, каким должно быть это причудливое, но современное приморское поселение. Оно имеет все, что от него обычно требуется: школы виндсерфинга и дайвинга, дискотеки, рестораны, магазины и, неизбежно, «британские» пабы с такими названиями как The Bull или The Duke Bar.

Отель «Оушн Клаб» рекламируется как сочетающий «специально построенные и полностью оснащенные коттеджи и невысокие жилые корпуса с апартаментами… красивые и отражающие традиционные португальские и мавританские стили, расположенные в окружении садов с прекрасным ландшафтным дизайном». Он хвалится четырьмя плавательными бассейнами, пятью теннисными кортами, рестораном и двумя закусочными. Поскольку «Оушн Клаб» состоит из четырех отдельных зон на территории Прайа-да-Луш, можно свободно перемещаться из одной зоны в другую.

Многие из апартаментов (номеров в жилых корпусах) не принадлежали отелю, но сдавались в аренду его постояльцам в соответствии с договорами, заключенными с владельцами апартаментов. Номер, предоставленный Макканнам, принадлежал британской женщине Рут Макканн, которая к ним никакого отношения не имела. Это был номер 5А, расположенный на первом этаже, на углу пятиэтажного жилого корпуса, выходившего на один из плавательных бассейнов отеля. Корпус был построен на холме, там, где улица Доктор Франсиско Гентиль Мартинс, поднимаясь по склону холма, образует Т-образный перекресток с другой улицей – Доктор Агостиньо да Силва (см. схему, размещенную в разделе иллюстраций).

Попасть в номер 5А можно было двумя путями: с улицы Доктор Гентиль Мартинс через небольшую калитку из кованного железа, по ступенькам лестницы, ведущей на балкон, и раздвижные двери на балконе; а также через основную дверь, которая выходила на обнесенную каменной стеной автомобильную парковку на улице Доктор Агостиньо да Силва.

Внутри номер был даже более просторным, чем ожидали Макканны. Балконные двери со стороны плавательного бассейна вели в обширную гостиную с обеденной зоной, примыкавшей к кухне. Слева от гостиной была дверь в спальню с окном, выходящим на балкон. Эту спальню Кейт и Джерри выбрали для себя – они сдвинули вместе две стоявшие там кровати.

Напротив этой спальни, через ванную, была расположена вторая спальня – для детей. Макканны решили, что Шон и Амели будут спать в переносных кроватках-манежах в центре комнаты, а Мадлен предоставили кровать, стоявшую непосредственно рядом с дверью. Вторая, никому не доставшаяся кровать стояла у окна, выходившего на парковку. Внутри это окно имело занавески. Снаружи висели жалюзи, которые можно было поднимать и опускать с помощью шнура внутри спальни. По словам Макканнов, они закрыли занавески и опустили жалюзи вскоре после своего прибытия – и держали их постоянно закрытыми.

Учитывая то, что случилось впоследствии с Мадлен, а также несправедливые обвинения, выдвинутые позднее против ее родителей, здесь следует сделать одно замечание. А именно: в данной главе авторы излагают события очень нейтрально и – если это возможно – в соответствии с другими источниками.


Поблагодарили за сообщение: vvvvv | ira74 | maria_pr | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

Семья Макканнов с удовольствием провела пять дней обычного отдыха, пять беззаботных дней. Начиная с первого же из этих дней установился определенный распорядок времяпрепровождения. Все родители планировали воспользоваться возможностями, предоставляемыми отелем «Оушн Клаб» для собственного удовольствия. Каждое утро они отводили своих детей в детский сад при отеле, в обеденное время забирали их обратно, а затем обычно вновь отдавали на попечение воспитательниц вплоть до первых вечерних часов.

Данный распорядок, как кажется, удовлетворял всех членов семьи Макканнов. Уборщица, видевшая их в первый день отдыха, была очарована видом Кейт, выходящей из номера в сопровождении своего потомства. Все трое детей были обуты в кроссовки, светящиеся огоньками при каждом шаге, каждый нес в руках кусок хлеба на тарелке, Мадлен возглавляла процессию. Освобождение на небольшой промежуток времени от детей означало для Кейт и Джерри получение редкой возможности потратить его на себя – прежде всего на занятия спортом под открытым воздухом. Они записались на уроки тенниса и периодически занимались бегом.

В детском саду Мадлен ходила в группу Мини-Клуб для детей от трех до пяти лет, в то время как близнецы ходили в группу Клуб Малыш для детей от одного до двух лет. Мини-Клуб, в свою очередь, делился еще на две группы – Лобстеры и Акулы. Мадлен была Лобстером.

Мадлен очень нравилось в детском саду. Катриона Бейкер, опытная английская няня, проводившая с Мадлен много времени, вспоминала о ней впоследствии, что поначалу она была немного застенчивой, но затем стала «активной и общительной». Другая няня, Эми Тайрни, считала, что она была очень умной для своего возраста. Некоторые воспитательницы запомнили ее как «Мэдди» - по сокращенному имени, которое в последующие месяцы СМИ приняли с удовольствием. «Она ненавидела, когда ее называли «Мэдди», - вспоминала ее мать, - она в таких случаях с негодованием на лице говорила: меня зовут Мадлен». Но в Мини Клубе она, похоже, не возражала.

Все родители единогласно отмечали, что это была умная и симпатичная маленькая девочка, наслаждавшаяся жизнью. Дэвид Пейн считал ее «неповторимо выглядевшей… как куколка… одно удовольствие». Расс О’Брайен, до этого отдыха мало видевший Мадлен, считал ее «энергичной» и, что особенно важно для него самого, хороша ладившей с его дочерью Эллой. Эти две девочки, считала его гражданская жена Джейн Таннер, «отлично проводили время».

Взрослые и маленькие члены группы виделись все вместе друг с другом главным образом в ранние вечерние часы. Мадлен была игривой и веселой; Рейчел Олдфилд говорила: «она была заботливой, очень хорошо вела себя в отношении младших детей. Я помню, как Грейс упала, и Мадлен подошла, чтобы поднять ее и помочь». «Всем, знаете, было весело, - рассказывал впоследствии муж Рейчел Мэтт, - дети бегали вокруг. Они все прыгали на Дэвида или на Джерри. Ужасно было, что Мадлен всегда постоянно повторяла: Ну давай, будь монстром! Преследуй меня! Тогда все это было понарошку, а на самом деле нет – как потом оказалось. Тот факт, что она это говорила…» Его голос затих.

Как проводить вечера представлялось проблемой еще до того, как семьи уехали из Англии, и найденное ими решение навлекло на Кейт и Джерри Макканнов продолжающееся до сих пор осуждение. Оно было связано с тем, как совместить необходимый уход за своими детьми и возможность собраться вместе поужинать и пообщаться.

Отель предлагал, как это называлось, «вечернюю услугу для маленьких детей, предоставляющую Вам возможность спокойно поужинать… с 19:30 до 23:30 и позволяющую Вам оставить Ваших детей в нашем детском саду, где их будут развлекать играми и фильмами или – если они захотят – положат спать в специально отведенной тихой зоне».

Детский сад не привлекал Макканнов и их друзей. Для Кейт воспользоваться им означало нарушить обычное время для сна в 19:00. «Мы делали то, что, по нашему мнению, было лучшим для распорядка дня наших детей… купание, кровать, сказка на ночь – обычные, рутинные вещи». У их друзей были такие же сомнения. Мэтт Олдфилд беспокоился, что их восемнадцатимесячная дочь Грейс «не сможет хорошо заснуть с незнакомыми детьми – в комнате, где люди будут входить и выходить, чтобы забрать своих детей».

Дэвид Пейн, игравший главную роль в организации поездки, поначалу думал, что в отеле помимо детского сада будут дополнительные услуги. Он предполагал, что отель предложит услугу «бэби-листенинг», которая «заключается в том, что… родители могут идти на ужин… а они /персонал отеля/ будут ходить и прислушиваться снаружи у номеров, у каждой комнаты, чтобы проверить, не плачут ли дети, нет ли с ними какой проблемы».

Однако в отеле «Оушн Клаб» не было услуги «бэби-листенинг». Но Макканнам и другим родителям показалось, что они сами смогут выполнить эту работу. Они обнаружили ресторан, где они могли бы поужинать, даже не выходя за пределы «Оушн Клаб». Это был собственный ресторан отеля под названием «Тапас», небольшая крытая пристройка к бару с тем же самым названием, удачно расположенный рядом с большим плавательным бассейном. Жилой корпус, где остановились члены группы, находился в шестидесяти ярдах от ресторана, на другой стороне бассейна. Пешком расстояние, если идти вдоль бассейна, затем немного подняться вверх по холму по общественной дороге к балконной двери, составило бы не более девяноста ярдов – менее минуты ходьбы.

Ходить в «Тапас» на ужин представлялось членам группы удачным решением. «Мы ужинали там и нам там нравилось, - рассказывал Расс О’Брайен, - мы думали, что это будет удобно для нас и для наших детей. В отношении проблемы наблюдения за детьми – это было наше коллективное решение». Рейчел Олдфилд вспоминала: «Мы просто подумали, что сами можем реализовать что-то вроде «бэби-листенинга». Мы просто думали, что пойдем на ужин и будем прибегать, знаете, каждые пятнадцать-двадцать минут и прислушиваться у двери, чтобы убедиться, что никто там не ревет… Там было, знаете, так спокойно, начало сезона… все буквально вымерло… вот почему мы чувствовали удобным оставлять детей и возвращаться для их проверки… Если бы там было много народа, мы бы так не делали».

Именно Рейчел договорилась в понедельник, 30 апреля, с рестораном о том, что члены группы будут ужинать в нем всю оставшуюся часть своего отдыха. Время было зарезервировано на 20:30, и они собирались там в тот вечер и в три последующие вечера.

Для Кейт и Джерри Макканнов, как и для других родителей, оставлявших своих детей в детском саду на попечении воспитателей, конец дня знаменовался событием, называемым воспитателями «детским чаепитием». Мадлен и ее друзей по Мини-Клубу приводили к плавательному бассейну, всех вместе, идущими друг за дружку и держащимися за разноцветные кольца на длинной веревке, называемой «змеей Сэмми». Поиграв еще немного, дети Макканнов возвращались в номер, где их переодевали в пижамы, выдавали по стакану молока и где они слушали истории на ночь. Кейт и Джерри после этого принимали душ и выпивали по стакану вина, прежде чем идти в ресторан «Тапас».

Персонал «Тапаса», допрошенный впоследствии, мог сказать только хорошее об этой британской компании. Жеронимо Салседас, работавший в баре и обслуживавший столики, считал их очень вежливой группой, всегда учтивой по отношению к персоналу. В последующие недели некоторые делали предположения о том, что кампания сильно выпивала. Салседас – и другие работники ресторана – описывал их умеренными в отношении алкоголя.

Светлана Виторино вспомнит о них как об «очень счастливой» группе, да и сами их клиенты с этим согласны. Учитывая количество врачей в группе, разговор значительную часть времени шел на медицинские темы – и довольно грубые. «Немного грубовато», - вспоминала Джейн Таннер о том вечере, когда она случайно рассказала своим друзьям, что собирается идти в свой номер, чтобы «облегчить» своего мужа Расса, ухаживающего за их больной дочерью. Использование ею слова «облегчить» вызвало смешки, а когда она использовала такую же фразу в другой раз – раздались крики «О! Дженни снова отправляется, чтобы облегчить Расса…»

Ярая приверженность Джерри Макканна к теннису и бегу могла быть препятствующим общению обстоятельством. Мэтт Олдфилд вспоминал, что в один из вечеров он постарался не садиться рядом с Джерри, потому что «тот смертельно утомил меня накануне, рассказывая о своих занятиях спортом». Однако он мог и развлечь слушателей. Он выделялся среди других, считал официант Салседас, потому что «много шутил».

Вечером в среду, 2 мая, веселое времяпровождение продолжалось дольше, чем обычно. Вместо того, чтобы уйти до полуночи – как утверждают Салседас и его коллега по имени Рикардо Оливейра – некоторые члены группы оставались до 12:20 и даже позже. Некоторые из них пили миндалевый ликер – в баре имелся в наличии «Амаретто» - а затем переместились в бар. «Я думаю, это было около полуночи, - вспоминала Джейн Таннер, - мы отправились в барную зону, чтобы выпить по рюмочке «на сон грядущий»… определенно это было позже, чем в любой другой вечер, пока мы там отдыхали».

Этот вечер не очень хорошо закончился для Кейт и Джерри Макканнов, хотя они явно не уходили последними. Незадолго перед полуночью, по словам Кейт, Джерри неожиданно объявил, что он отправляется спать. Кейт вскоре последовала его примеру, почувствовав пренебрежение к себе с его стороны, а вернувшись, обнаружила, что ее муж уже спит, да еще и храпит при этом. Она решила не ложиться вместе с ним и провела ночь на свободной кровати в детской спальне.

Утром в четверг во время подъема об этом инциденте не было сказано ни слова. Внимание Кейт, по ее словам, привлекло сказанное Мадлен во время завтрака. Девочка хотела знать, почему ее мать не пришла к ней прошлой ночью, «когда я и Шон плакали»? Смущенная этим вопросом, мать спросила, когда они с Шоном плакали – вечером или ночью? Мадлен не ответила. Ее внимание привлекло что-то другое.

В тот день, четверг, 3 мая, перспективы на оставшуюся часть отдыха казались заманчивыми. До этого погода была, к огорчению туристов, холодной, бывали дожди. Теперь же стало сухо и тепло – то, что британцы ожидают от весны в Португалии. Наступивший день призывал к занятиям на свежем воздухе настойчивей, чем раньше.

Как вспоминала инструктор по теннису отеля «Оушн Клаб» Джорджина Джексон, Кейт и Джерри находились на теннисных кортах утром и днем. В какой-то момент, когда Кейт и другие члены группы наблюдали за игрой, находясь рядом с кортами, произошел немного странный эпизод – который впоследствии будет вспоминаться им неоднократно. Постоялец отеля, снимавший на видеокамеру свою трехлетнюю дочь, пытавшуюся управиться с теннисной ракеткой, бросил фразу, запомнившуюся им навсегда.

«Он сказал что-то вроде того, - вспоминал Расс О’Брайен, - какие сейчас времена, когда чувствуешь себя преступником или старым извращенцем, снимая своего собственного ребенка. Я не помню, использовал ли он слово «извращенец», но разговор шел о том… вы знаете, что общество может заставить нормальных родителей чувствовать себя неудобно в случаях, которые десять, двадцать, тридцать лет назад считались совершенно невинными, например, фотографирование… Мы сказали что-то вроде: это смешно, не правда ли?»

После обеда воспитательница Мини-Клуба Кэт Бейкер решила вывести своих подопечных на воду. Во главе с Бейкер цепочка детей со своей «змеей» спустились к пляжу, чтобы покататься на лодке. Когда она отплыла, по словам Бейкер, Мадлен «испугалась и плакала, сидя у меня на коленях и говоря: Мне страшно». Но вскоре она оправилась. Когда некоторые из детей вышли на берег, она осталась в лодке. После этого дети купались.

В тот вечер, как вспоминает Кейт, когда ее возвратили родителям, Мадлен казалась «действительно усталой, очень-очень усталой». Она попросила мать отнести ее в свой номер.

«Мамочка, - призналась Мадлен, - это был лучший мой день. Я здорово провела время». Следующий день, когда дети должны были выступать с танцем, который они разучили, тоже обещал быть очень интересным.

В тот вечер после мытья усталая Мадлен села на колени Кейт Ей позволили примерить обручальное кольцо ее матери, о чем она часто просила. В спальне все уселись на постель Мадлен, чтобы послушать сказку на ночь. Она была о целом зверинце с животными, в припевах дети пели хором:

         «Если ты счастлив и знаешь об этом,
         И хочешь об этом всем сообщить,
         Если ты счастлив и знаешь об этом,
         КРИЧИ!!!»

В конце песенка призывала всех кричать по-настоящему громко: «МЫ СЧАСТЛИВЫ!» К этому времени, однако, Мадлен почти уже спала.

Около 19:15, по словам Кейт, она накладывала косметику, а ее муж, который вернулся с последнего теннисного матча как раз к поцелуям детей на ночь, принимал душ. Затем они сели и за бокалом вина немного поговорили. Давно была забыта идея о том, что они могли хоть разок не класть детей спать, а взять с собой на ужин. Теперь же, около 20:30, они вышли из номера, спустились вниз по холму, прошли мимо бассейна и прибыли в ресторан «Тапас». Постепенно к ним присоединились их друзья.

Дэвид и Фиона Пейны были последними – как всегда. Дэвид, который раньше тем вечером заходил в номер к Макканнам, сказал, садясь, что Мадлен и близнецы «выглядели как идеальные дети… чистенькие, в пижамках, слушая сказку». Во время ужина в разговоре с Фионой и Джейн Таннер Кейт Макканн рассказала им о том, как этим утром Мадлен спросила, где были родители прошлым вечером, когда она и ее маленький брат «проснулись».

«Можно было видеть, - вспоминала Фиона, - что она была немного обеспокоена… Это было вроде того: «Я все думаю, действительно ли она просыпалась». Мне кажется, она думала, что Мадлен просто говорила об этом… Я считаю, что тем вечером Кейт больше беспокоилась, правильно ли оставлять их одних, так сказать».

Члены группы впоследствии говорили, что все родители проверяли своих детей в ту неделю через определенные интервалы времени, но Макканны – как сформулировал Расс О’Брайен – делали это «по часам». «Из всех нас, - считала Джейн Таннер, - Кейт и Джерри были самыми строгими в этом отношении… Мы практически по ним определяли время, когда нам самим надо было идти проверять, потому что они делали это строго раз в полчаса».

Непосредственно перед 21:00 в тот вечер во вторник на обратном пути после проверки своего собственного ребенка Мэтт Олдфилд задержался на момент у окна снаружи номера Макканнов, «прислушался» там немного, а затем через минуту сообщил Джерри, что все тихо.

В 21:05, тем не менее, Джерри вернулся в номер 5А, чтобы самому в первый раз проверить детей. Мадлен, как он вспоминал, лежала в своей постели так, как когда он уходил на ужин. «Это был один из тех моментов, когда я чувствовал настоящую отцовскую гордость, - сказал он. - Я просто подумал: ты абсолютно прекрасна и я люблю тебя…»

Около 21:25, как впоследствии определили друзья, Кейт, Мэтт Олдфилд и Расс О’Брайен собрались покинуть столик – все в одно и то же время – чтобы сходить и удостовериться, все ли в порядке с детьми. Когда Олдфилд предложил зайти в номер 5А и проверить его вместо нее, Кейт приняла это предложение. Он зашел в номер Макканнов, поглядел в детскую спальню, не заходя в нее, а затем возвратился и сказал, что все спокойно.

Через полчаса, в 22:00, Кейт вышла из-за стола и сама пошла на проверку. Затем она прибежала обратно, крича от самого входа в бассейный комплекс; в ее голосе чувствовалась паника. Она кричала, не переставая: «Мадлен пропала!»

Первыми словами Джерри были: «Этого не может быть!» Он бросился к Кейт, их друзья бежали за ними по пятам. Спустя несколько долгих минут, все еще находясь в ресторане, официант Жеронимо Салседас услышал крики Кейт, как он полагает.

«Никогда в своей жизни, - заявил он впоследствии полиции, я не слышал подобных криков…»


Поблагодарили за сообщение: Iraida | Lamber | vvvvv | maria_pr | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 2

Еще до того, как друзья вернулись в номер 5А, слова Кейт Макканн «Мадлен пропала» сменились, по свидетельству Дэвида Пейна, словами «Они забрали (похитили) ее». В соответствии с рассказом женщины, проживавшей двумя этажами выше, Сьюзен Мойес, они вскоре зазвучали как «Гребанные ублюдки похитили ее!».

Кейт пришла к такому заключению вследствие вполне очевидных причин, как следует из ее показаний, данных вскоре португальской полиции. Когда она вошла в номер проверить своих детей, сообщила она, то обнаружила дверь в детскую спальню «полностью открытой», а не почти прикрытой, какой она была оставлена при уходе в ресторан. Окно в спальне, которое ранее было закрыто, было «также открыто, жалюзи подняты, а занавески отдернуты». Постель Мадлен, где ее муж видел свою дочь мирно спящей менее часа назад, теперь была пуста, покрывало было «откинуто назад».

Кейт заглянула в собственную комнату, думая, что Мадлен может быть там. Затем ее осенило. «Я посмотрела один раз, затем другой. Прошло двадцать секунд, когда, знаете, думалось: «Она должна быть здесь…» Затем пришли паника и страх… Я выкрикивала ее имя. Я побежала к группе».

К тому времени, когда она ворвалась обратно в ресторан «Тапас», чтобы поднять тревогу, выражение ее лица, по воспоминаниям Дэвида Пейна, соединяло «неверие… страдание… ужас». Он оказался у номера вместе с Кейт, быстро зашел внутрь и оставался там достаточно, чтобы заметить, что «при всей суматохе и криках» сестра и брат Мадлен продолжали глубоко спать. Не желая «бегать повсюду подобно обезглавленному цыпленку», а сделать что-нибудь полезное, Пейн вышел наружу для того, чтобы принять участие в первых, суматошных и импровизированных поисках.

Члены группы надеялись на чудо – на то, что Кейт ошибалась в своих предположениях о похищении Мадлен. «Наверняка, - вспоминает свои тогдашние мысли Мэтт Олдфилд, - она, должно быть, просто вышла наружу и заблудилась. И мы просто должны ее найти, она просто должна была быть где-то здесь». Хотя все сразу же бросились на призыв Кейт, Фиона Пейн попросила свою мать Дайенн остаться в ресторане. «Я сказала маме: оставайся здесь на случай, если Мадлен появится около бассейна. Затем довольно быстро Дэйв, Мэтт Рассел и я разбежались по разным направлениям, чтобы искать, знаете ли, снова исходя из предположения, что она, должно быть, просто вышла и заблудилась».

Фиона искала около задней части номера и теннисных кортов, затем прошлась перед расположенным рядом супермаркетом «Баптиста». Ее муж сначала проверил их собственных детей, затем «искал около бассейна и непосредственно вокруг отеля «Оушн Клаб», а после этого встретился с Мэттом и Расселом. Я помню, что сказал: «Итак, что нам теперь делать?» А Мэтт сказал: «Мы должны попытаться действовать систематично…» Я стал искать в направлении «Миллениума» (другого ресторана)… и там было все спокойно… И снова я стал утешать себя надеждой, что она просто убежала… Я спустился вниз к берегу моря, знаете, я прошелся вдоль всего пляжа, заглядывая под пляжные зонтики… крича «Мадлен!»»

Из сопоставления свидетельских показаний, сделанных много позднее, сложно точно понять, кто в каких районах искал и на какой стадии. «Я искал в основном в одиночку, - говорил Расс О’Брайан, - хотя мы и находились недалеко друг от друга… Были места, которые мы пропустили. Все делалось случайным образом и в состоянии паники. Я встретил Дэйва, он бежал вниз по холму, а в глазах у него было что-то вроде паники… и именно он сказал мне: «Все плохо. Все по-настоящему плохо. Они не нашли ее. Она пропала»».

В номере 5А эмоции вышли из-под контроля. Кейт и Джерри оба были, как вспоминала Рейчел Олдфилд, «большую часть времени той ночи… в истерике, вопя и стеная… это было просто ужасно». Фиона Пейн, работавшая анестезиологом в госпитале, рассказывала о Кейт: «Я никогда за всю свою жизнь не видела такие жуткие несдерживаемые эмоции, а я повидала многое на своей работе. Она будто лишилась всего… до крайности боялась за Мадлен.

Беспомощность, неспособность сделать хоть что-нибудь… Она была разгневана, по-настоящему разгневана, пиная и ударяя кулаками стены. На следующий день она была покрыта синяками… Она была разгневана на себя. Она продолжала повторять: «Я подвела ее. Мы подвели ее, Джерри. Мы должны были быть здесь…» Она буквально выла».
Крик «Мы подвели ее» был достаточно громким, чтобы Памела Фенн, пожилая соседка, проживавшая в номере непосредственно над номером Макканнов, услышала его. Она наклонилась с балкона, увидела Кейт и Джерри и спросила, что происходит. Джерри ответил ей, что была «похищена» маленькая девочка.

К тому времени, когда люди, занятые этими первыми поисками, вернулись к номеру 5А, паника, как говорил Расс О’Брайен, уже была в полном разгаре. Обычно «очень целеустремленный, очень сильный парень, которого сложно было вывести из себя» - Джерри – «лежал на полу в истерике. Он кричал высоким голосом как ребенок. Я не знал, что сказать». Отец Мадлен брал себя в руки, говорил о том, что лучше предпринять, но затем срывался снова.

«Нормально было ли вести себя так, как они вели, - долгое время спустя размышляла Фиона Пейн. - Как может кто-нибудь поставить себя на их место – переход от крайнего, безмятежного счастья к самой худшей вещи, которая только может случиться? Я не могу сказать, что было бы нормальным. Но они были просто в отчаянии».

В разгаре паники оставались, однако, остатки здравого смысла, теперь уже спутавшиеся в памяти. Спустя много времени некоторые португальские официальные лица, наиболее высокопоставленными из которых являлись тогдашний генеральный прокурор и президент полицейского союза, говорили так, будто об исчезновении Мадлен не сообщалось в течение многих часов. Все факты говорят о другом.

Работник рецепции отеля «Оушн Клаб» Хелдер Сампайо сказал, что позвонил в полицию, как только узнал от работника ресторана «Тапас» о пропаже маленькой девочки. По воспоминаниям Кейт, Джерри попросил Мэтта Олдфилда пойти на рецепцию отеля «Оушн Клаб» и позвонить оттуда в полицию. Олдфилд считал, что сделал это по собственной инициативе, и что реакция на его просьбу на рецепции была «сюрреалистичной».

«Я сказал: «Вы должны позвонить в полицию… был похищен ребенок». А они стали отвечать: «О нет, она, наверное, просто проснулась… вероятно вышла и потерялась…» Это было какое-то странное отсутствие понимания необходимости действовать безотлагательно. Знаете, они позвонили бы, но вы должны были стоять рядом и повторять: «Звоните сейчас. Звоните сейчас». И я не знаю, позвонили ли они тогда или нет».

Как можно видеть из отчета телефонной компании, первый звонок из отеля «Оушн Клаб» в местное отделение НРГ – португальскую Национальную республиканскую гвардию –поступил в 22:41. Было послано сообщение двум офицерам на патрульной машине, находящейся в восьми милях от отеля, с приказом направиться в «Оушн Клаб», где «пропала маленькая девочка».

На происходящие события начал реагировать персонал отеля. Менеджер детского сада Линдсей Джонсон, предупрежденная одной из дежурных воспитательниц, начала осуществление процедуры, применяемой при пропаже ребенка. Она позвонила домой менеджеру «Оушн Клаб» Джону Хиллу, и он поспешил на рецепцию. Также объявилась сервис-менеджер Сильвия Батиста. Персонал, находившийся в тот момент на работе, а также вызванные из дома работники были направлены на прочесывание территории отеля и прилегающих к ней мест для поисков Мадлен.

Одним из посланных на поиски был Жеронимо Салседас, официант из «Тапаса», знавший и любивший группу Макканнов и быстро осознавший опасность. «Нас послали в район пляжа, - вспоминал он, - мы заглядывали во все переулки и выкрикивали имя девочки, но не нашли ее. Усиленные с течением времени за счет местных жителей, туристов и постояльцев – в общей сложности около сорока или пятидесяти человек – поиски продолжались всю ночь.

Воспитательницы детского сада Эми Тайрни и Эмма Найт тем временем поспешили в номер 5А, чтобы предложить свою помощь. Тайрни, которая вошла в детскую спальню, «посмотреть, не прячется ли там девочка», осмотрела шкафы. По ее воспоминаниям, постельное белье на пустой кровати Мадлен было «откинуто назад. Маленькое детское одеяло и мягкая игрушка» находились на кровати.

Постель у окна была «смята, как будто кто-то там сидел… Жалюзи были подняты… окно частично открыто». Выяснив, что обувь Мадлен осталась в номере, она решила, что маленькая девочка действительно была похищена».

Воспитательница Эмма Найт, представившаяся Кейт, вспомнила, что та была «в истерике и отчаянии… плача и зовя Мадлен по имени, крича: «Где она?» и стуча по изголовью кровати». Джерри, хотя и «явно расстроенный» и плачущий, пытался помочь.

Обезумевшим от горя родителям и их друзьям казалось, что до приезда полиции прошла целая вечность. «Это было, знаете, как «Где полиция? Где полиция?», - вспоминал Мэтт Олдфилд. - И снова пришлось идти на рецепцию… Джерри тоже пошел туда».

На самом деле, данные о телефонных звонках свидетельствуют о том, что прошло всего одиннадцать минут между первым звонком в полицию в 20:41 и вторым звонком, сделанным в 20:52. В показаниях, данных позднее офицером Нелсоном Коштой, одним из двух полицейских, направленных в патрульной машине в отель «Оушн Клаб» после первого звонка, он сообщает, что второй звонок застал их в пути. Услышав, что пропавший человек является «очень маленькой девочкой», по его словам, он и его коллега Жозе Роке проехали оставшиеся полторы мили до отеля «Оушн Клаб» на высокой скорости.

Офицеры появились на рецепции в 23:00 или около того – не более чем через двадцать минут после первого звонка – и были встречены там Джерри, Мэттом Олдфилдом и двумя работниками «Оушн Клаб». Джерри, как вспоминал Олдфилд, «то сохранял спокойствие, то впадал в полную истерику от горя».

Офицер Кошта и Сильвия Батиста из руководящего состава персонала отеля «Оушн Клаб», переводившая для Джерри, рисовали более яркую картину. «Джерри встал на колени, - вспоминала Батиста, - ударил обеими руками об пол, как молящийся араб, и дважды вскрикнул от неописуемого отчаяния».

Вскоре после этого, когда полицейские появились в номере 5А, дела пошли нелегко. «Оба они были явно португальцами, - вспоминала Фиона Пейн, - они вообще не говорили по-английски. И это было ужасно… потому что мы были в полном отчаянии и обезумели… мы считали каждую проходившую секунду… Мы просто пытались сообщить о необходимости действовать безотлагательно, но просто не чувствовали, что они понимают эту необходимость… Кейт становилась истеричной… потому что она просто хотела, чтобы кто-нибудь стал делать что-нибудь, что хоть как-то сдвинуло бы ситуацию с места».

Офицеры Роке и Кошта, как свидетельствуют их неторопливые рассказы, выполнили рутинные действия, которые требуются от полицейских, чтобы установить, что Мадлен действительно пропала. «По прибытии на место происшествия», указано в показаниях Роке, он и его коллега «вошли внутрь номера… обыскали все помещения и все содержимое номера, чтобы подтвердить факт исчезновения – и в результате действительно установили, что /исчезнувшая девочка/ отсутствует в номере».

В детской комнате Роке заметил, что постельное белье на кровати Мадлен кажется «слишком аккуратным». Было похоже, подумал он, «что ее подняли с постели или она сама встала с нее очень аккуратно. На простыне сохранился отпечаток, который, похоже, был сделан лежавшим там детским телом».

Роке и Кошта также заметили, как и ранее Эми Тайрни, что жалюзи в детской спальне не были полностью опущены. Они были, сообщил Роке, «подняты на ширину руки». Окно, которое, как заявила воспитательница Тайрни, было частично открыто, когда она его видела, теперь было закрыто. Когда Кейт обнаружила исчезновение Мадлен, сказал Роке Джерри, и жалюзи, и окно были открыты.

Как и другие, Кошта посчитал «очень странным», что вопреки царящей вокруг суматохе, близнецы Макканнов глубоко спали. Вся увиденная им сцена, вспоминал он, не производила впечатления вторжения снаружи. Ему она показалась более похожей на «обычное исчезновение, когда ребенок ушел самостоятельно», чем на похищение.

Около этого времени плачущая Кейт сообщила Коште, что хочет, чтобы на место прибыло больше полицейских. «Она была обеспокоена тем фактом, - сказала она во время одного из телефонных звонков друзьям в Соединенном Королевстве, сделанных ими с Джерри в ту ночь, - что на месте находилось всего два полицейских офицера, и считала, что полиция ничем ей не помогает». На самом деле, в пути уже находились дополнительные силы полиции.

Получив первый доклад от патрульных офицеров, сержант, дежуривший в Лагуше, решил сам направиться в отель «Оушн Клаб». Опытный ветеран Антонио Дуарте приказал своим подчиненным сохранять место происшествия в неприкосновенности.

Слишком поздно, поскольку они и многие другие люди к этому времени уже более часа топтались внутри и снаружи номера 5А.

Прибыв на место и выслушав краткий доклад Роке, Дуарте решил, что ему самому нечего заходить в номер. Он объехал Прайа-да-Луш, обращая особое внимание на плавательные бассейны и открытые площадки в надежде найти пропавшую девочку. Еще четверо офицеров НРГ, двое из них, находившиеся не на дежурстве, а прибывшие добровольно, прибыли на место в течение часа после появления первого патруля. Двое других офицеров прибыли к часу ночи.


Поблагодарили за сообщение: vvvvv | maria_pr | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

Несмотря на позднее время известия о произошедшем распространились по жилому корпусу и по округе. Пол и Сьюзен Мойес, проживавшие двумя этажами выше, были разбужены стуком в дверь – возможно кем-то из группы Макканнов. Узнав, что была похищена маленькая девочка, они встали и в течение двух часов участвовали в поисках.

Другой сосед пытался предложить немного утешать. «Не волнуйтесь», говорил он по воспоминаниям Рейчел, «все будет хорошо… Я сам потерялся, когда был ребенком, но вернулся».

Один весьма нежелательный визитер посетил номер 5А. Фиона Пейн, которая всю ночь крутилась, пытаясь быть полезной, вспомнила, как «одна женщина, работавшая в каком-то баре в Прайа-да-Луш… чуть ли не ворвалась на балкон, будучи уже довольно пьяной». Фиона и Джерри убедили ее уйти.

Тем временем сержант Дуарте через десять минут после своего прибытия решил, что данное дело является слишком сложным для НРГ. Национальная республиканская гвардия представляет собой орган «быстрого реагирования», занимающийся в основном проблемами транспорта и общественного порядка. Расследование серьезных преступлений главным образом ведется другим органом, Судебной Полицией или СП. Несмотря на мнение своего патрульного офицера Кошты, Дуарте посчитал, что эпизод, произошедший в отеле «Оушн Клаб», может быть преступлением.

Поэтому вскоре после полуночи по приказу Дуарте был сделан звонок в СП в Портимане. Руководитель местного подразделения Криминальных расследований Гонсало Амарал был проинформирован о случившемся за поздним ужином. В номер 5А отеля «Оушн Клаб» были направлены инспектор и следователь.

С точки зрения следователя – человека, изначально ответственного за сбор вещественных доказательств – место преступления выглядело катастрофически. «Люди, находившиеся в номере и рядом с ним, - указывалось в заметках специалиста Жоао Баррейраса, - входили и выходили из здания, блуждали по всему номеру совершенно свободно… без каких-либо ограничений или заботы о сохранении места происшествия в неприкосновенности».

Из этих заметок следует, что Баррейрас считал НРГ ответственной за недостаточную сохранность места происшествия. Один из офицеров НРГ сказал ему, как следует из отчета, что они «искали девочку в шкафах и других местах в номере, не обращая никакого внимания на то, что сами оставляют свои собственные следы или уничтожают и искажают любые следы, представляющие потенциальный интерес для расследования».

В 1:15 появились еще два офицера НРГ с немецкими овчарками. Использовав одеяло с кровати Мадлен для получения ее запаха, они провели собак рядом с номером, вокруг отеля «Оушн Клаб» и по более обширному периметру. Первая собака сначала проявила «небольшой интерес» рядом с номером 5А, но из поисков в конце концов ничего не вышло. Собаки были натренированы на выполнение задач, связанных с поддержанием общественного порядка, а не на поисковые действия. Тем не менее, офицеры с собаками работали вплоть до восхода солнца.

По мере того, как проходили ночные часы, не принося никаких новостей, мучения Джерри и Кейт – а также чувство беспомощности – все возрастали. Их семья и друзья вспоминали, как час за часом они пытались понять, как можно помочь найти Мадлен. Расс О’Брайен нашел одну из воспитательниц, Эми Тайрни, чтобы напечатать двадцать или тридцать фотографий пропавшей девочки. Некоторые из этих фотографий передали сержанту НРГ Дуарте, который раздал их людям, участвующим в поисках.

После появления офицеров СП, когда ситуация немного успокоилась, один из ведущих расследование офицеров сел вместе с Джерри и Рассом О’Брайеном, пытавшихся с позволения СП восстановить события того катастрофического вечера. О’Брайен оторвал обложку детской книжки со стикерами, лежавшей в гостиной – она принадлежала Мадлен – взял ручку и набросал перечень наиболее существенных событий.

Написанная каракулями записка начиналась так:
«8:45 – бассейн
Мэтт возвратился в 9:00-9:05 – прислушивался у всех трех номеров – все жалюзи опущены»

Затем, после перечисления всех проверок, совершенных в течение вечера, записка заканчивалась таким образом:
«9:55 – Кейт понимает, что Мадлен…
10:00 – Поднята тревога»

Доктор О’Брайен, который решил, что записка написана так плохо, что «не годится, чтобы ее дали кому-нибудь для чтения», вскоре написал вторую, сходную с первой, записку на внутренней стороне обложки от книги Мадлен. Обе хронологии попали в материалы уголовного дела, расследуемого португальской полицией.

Во время работы над хронологией О’Брайен заметил, что Джерри «просто уставился на стол… очень тихий, очень, очень слабый». Сейчас он был очень усталым, но также и очень расстроенным. До этого, во время разговора по телефону со своей сестрой Патрисией в Великобритании он жаловался, что полиция «не принимает ситуацию всерьез». Почему, хотел бы он знать, до сих пор не перекрыта граница?

Ранее им удалось разыскать сотрудника консульства, который позвонил в «Оушн Клаб» и поговорил по телефону с офицером НРГ Роке. Из Соединенного Королевства сестра Джерри и ее муж связались с британским посольством в Лиссабоне.

Сервис-менеджер отеля «Оушн Клаб» Сильвия Батиста, выступавшая в качестве переводчика для Макканнов до поздней ночи, наблюдая за ходящими туда-сюда членами группы, поняла, что они «очень хотят рассказать о случившемся прессе». Дэвид Пейн считал, что они должны поставить в известность СМИ, в то время как О’Брайен призывал воздержаться и предоставить все полиции. Офицер СП Баррейрас совершенно четко предупредил: «Никаких СМИ!», но Джерри сказал ему, что они уже связались со Sky News.

Была сделана попытка связаться со Sky News по электронной почте. По просьбе одного из членов группы Макканнов их сосед сверху Пол Мойес со своего ноутбука попытался отправить электронное сообщение в Sky News. На деле получилось так, что это сообщение так и не дошло до редакции новостей. Рейчел Олдфилд, со своей стороны, позвонила своей подруге, бывшей замужем за журналистом ВВС Джемсом Лендейлом, в надежде привлечь внимание программы ВВС News 24. Цепочка телефонных звонков пробудила первоначальный интерес круглосуточной новостной службы ВВС. Около 3:00 Кейт дозвонилась своей лучшей подруге, чей гражданский муж Джон Корнер управлял компанией по производству видеопродукции и имел связи с прессой. К утру Корнер передал изображения Мадлен в ВВС и в другие СМИ.

К 7 часам утра, однако, сюжет о произошедших событиях еще не попал в эфир. Тогда Кейт дозвонилась до Джил Ренвик, подруги еще со времен начала своей медицинской карьеры. Ренвик перезвонила на GMTV, в то время осуществляющую утреннее телевизионное вещание для ITV, а Sky News подхватила эту тему около 7:30. Так началась новая история, которой суждено было просуществовать многие годы.

Хоть Кейт и Джерри и пытались действовать рационально в эти первые часы, было совершенно очевидно, что они находятся в состоянии крайнего эмоционального стресса, выражавшегося, по мнению офицера Роке «необычно». Вскоре после появления его со своим коллегой из НРГ, патрульный сообщил, что «родители девочки встали на колени на пол в своей спальне, положили головы на кровать и просто плакали».

Они молились. Оба Макканны являются последователями римско-католической церкви, особенно Кейт. «Кейт отчаянно хотела повидаться со священником, - вспоминала Фиона Пейн, - чуть ли не сразу после исчезновения Мадлен, что люди находили странным. Но я думаю, это просто был ее образ мышления. «По крайней мере, я могу помолиться за Мадлен» - это ее надежда на то, что она хоть как-то действует. Но это не работало… Она продолжала молиться, стоять коленопреклоненной везде, молясь, молясь и молясь, прося привести ей священника. И она хотела, чтобы все молились за Мадлен и за ее безопасность».

Независимо друг от друга Кейт и Джерри позвонили Отцу Полу Седдону, священнику из Ливерпуля, который обвенчал их восемь лет назад и который крестил Мадлен. «Я позвонил Полу, - вспоминал Джерри, - и он спросил: «Что я могу сделать?» И я сказал: «Просто помолитесь, пожалуйста, помолитесь»». Они молились вместе по телефону – и Седдон выразил надежду, что «с Мадлен, возможно, произошел припадок лунатизма, и что с ней все будет хорошо».

Для Кейт, однако, подобный сеанс удаленной духовной связи и утешения оказался недостаточным. В 3 часа ночи, когда она и Джерри попросили связаться с местным священником, офицер Роке попытался разыскать его, но неудачно. Еще позже Джерри попросил показать ему, в каком направлении находится ближайшая церковь. Сильвия Батиста, все еще действующая в качестве переводчика, была удивлена настойчивостью Макканнов. «Они не объясняли, зачем им нужен священник… Не было никаких свидетельств, что девочка мертва – обстоятельство, при котором обычно вызывают священника».

Ближе к 4 часам утра Макканнов переселили из номера 5А. Детективы из СП хотели опечатать место происшествия, хоть и слишком поздно. Воспитательницы «Оушн Клаб» и полицейские помогли перенести близнецов – к изумлению, до сих пор глубоко спящих – в расположенный неподалеку номер Пейнов. Даже тогда Кейт все еще недовольно жаловалась на отсутствие священника. «Я не могу сказать точно, что она говорила, - вспоминала мать Фионы Пейн Дайенн, - но, знаете, /она говорила:/ «Португалия – католическая страна, а священника нет?»»

«Мы положили Кейт и Джерри на матрас на полу, - говорила Фиона Пейн, - и около половины пятого мы все решили просто попытаться лечь и, если не поспать, то хотя бы отдохнуть».

Однако, перед тем как лечь, Джерри и Дэвид Пейн еще раз вышли на поиски Мадлен. Они «спустились вниз вдоль рецепции отеля «Оушн Клаб» к пляжу, - вспоминал Пейн, - и Джерри там впереди, со мной рядом, сломался – совершенно явно сломанный человек. Я пытался сделать все что мог, чтобы утешить его».

Джерри знал – хотя в тот момент Кейт этого еще не знала – информацию, которую ранее сообщила Джейн Таннер, и казавшуюся теперь крайне подозрительной.

Когда Кейт подняла тревогу, Таннер не было вместе с другими членами группы в ресторане; она находилась в номере, где они проживали с Рассом О’Брайеном, потому что их младшая дочь плохо себя чувствовала и не спала. Услышав крики и выйдя наружу, чтобы выяснить, что происходит, она столкнулась с Рейчел Олдфилд, первой из их компании, кто попался ей на пути. А когда Олдфилд рассказала ей причину суматохи – о том, что Мадлен исчезла, что окно в детской спальне было открыто, а занавески подняты – Таннер вспомнила одну вещь, которую она видела час назад и которая в тот момент показалась неважной.

Возвращаясь в номер, чтобы проверить собственных детей - Таннер предполагала, что это было около 21:15-21:20, за сорок минут до обнаружения исчезновения Мадлен – она видела мужчину, переходящего дорогу всего в нескольких ярдах от номера Макканнов. Еще не было совсем темно, и она смогла видеть его довольно хорошо. Он нес ребенка, который казался спящим и одетым в пижаму.

Теперь, когда Рейчел Олдфилд рассказала ей об исчезновении Мадлен, Джейн Таннер «уловила связь между этими событиями». Как она вспоминала позднее, она подумала: «О, тот человек выглядел довольно странно». А затем: «Этого не может быть…» Раньше она особо об этом не думала – лишь, что этот человек был просто «каким-нибудь отцом, несущим своего собственного ребенка… вероятно из детского сада… Никогда, за целый миллион лет, я бы не подумала, что это Мадлен».

Что же в той ситуации казалось странным? «Что действительно меня поразило, - говорила она, - это босые ноги». У ребенка, которого нес мужчина на руках, были босые ноги – а вечер был очень холодным. Мужчина, в свою очередь, оставлял впечатление одетого «не как турист» - его одежда заставляла предполагать, что он «был одет по погоде». И шел он «целенаправленно», даже – как сказала Таннер в другой раз – «в порыве».

Таннер выглядела «шокированной» во время своего разговора с Рейчел Олдфилд спустя несколько минут после обнаружения исчезновения Мадлен. Фиона Пейн, с которой она говорила практически сразу же после этого, заметила, что она «тряслась», ужаснувшись тому, что она, по ее собственному мнению, видела. Они решили, что должны рассказать об этом полиции и сделали это – сначала офицерам НРГ, а затем одному из следователей Судебной Полиции.

В ту ночь Таннер отмела мысль о том, чтобы рассказать матери Мадлен об увиденном. Однако она не могла избежать рассказа об этом Джерри Макканну, поскольку он находился в комнате, где она разговаривала со следователем СП. Когда она описывала то, что видела, Джерри выглядел «абсолютно терроризированным».

В телефонном разговоре со своей сестрой Патрисией в Соединенном Королевстве об исчезновении Мадлен Джерри «упомянул возможность того, что она могла быть похищена педофилом».


Поблагодарили за сообщение: Iraida | vvvvv | maria_pr | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 3

В предстоящий небольшой остаток ночи Кейт и Джерри Макканны вскоре отказались от попыток уснуть. «Начинало слегка светлеть, - говорила Фиона Пейн, - Кейт и Джерри, тепло одетые, отправились на улицу искать Мадлен».

Это было мрачное для них время. Семья, известная в настоящее время своей непоколебимой надеждой на то, что их дочь жива, на рассвете 4 мая явно допускала, что она может быть мертва. Они делали то, что будут делать люди позднее эти днем – заглядывали под крышки мусорных баков.

«Мы повторяли снова и снова, - вспоминал Джерри. - Только бы она нашлась, только бы она нашлась». В тот период, с 5 до 7 часов утра, полицейские, все еще находящиеся на месте происшествия, казалось, не проявляли никакой активности. Супруги чувствовали себя брошенными.

Негодование родителей тем, что, по их мнению, являлось недостатками в работе португальской полиции, начавшееся в первый момент безумия от пропажи Мадлен, продолжалось. Со временем оно превратится во взаимное, разлагающее недоверие между ними и полицией. Однако создается впечатление, что офицеры, прибывшие по первой тревоге, отнюдь не пренебрегали своими обязанностями. Один из них, сержант Дуарте, вспоминал, что оставался в ту ночь на месте происшествия до 5 часов утра, затем сделал небольшой перерыв и вернулся в 7 утра. И все же существовал огромный разрыв между ожиданиями родителей – основывающимися на их концепции действий правоохранительных органов в урбанизированной Великобритании – и возможностями португальской полиции действовать оперативно.

Уже в 2012 году в отчете ассоциации служащих НРГ будет выражен протест против серьезной недоукомплектованности, слабости технических средств и тяжелых условий работы отделений полиции во всей провинции Алгарве. Отмечалось, что это является особенно вопиющим в регионе, где во время туристического сезона население увеличивается втрое – с 400 тысяч человек зимой до 1,5 миллионов человек.

Отчет НРГ впоследствии назовет усилия своих офицеров, затраченные на этом раннем этапе дела Макканн, «титаническими». В действительности же, группа, осуществлявшая поиски в те первые ночные часы, насчитывала девять офицеров – включая тех, кто не был на дежурстве, а был вызван из дома. Еще некоторое количество офицеров было собрано для проведения поисков на пляже утром. Были вызваны со своей базы, расположенной более чем в ста милях, проводники с четырьмя собаками, обученными для проведения поисково-спасательных работ, а не поддержания общественного порядка – им пришлось ехать ночью в Прайа-да-Луш. Позднее к ним присоединилось еще несколько коллег с собаками. Только на следующий день НРГ вызвала вертолет и обратилась к местным властям за помощью.

Менеджер отеля «Оушн Клаб» Джон Хилл, считавший, что в первый день в поисках участвовало около двадцати полицейских, соглашался с тем, что если бы он оказался в такой же ситуации, что и Макканны, то сам был бы «чертовски огорчен». Он, однако, добавил, что «если бы там было даже сто полицейских, я все равно хотел бы больше».

Подчиненные Хилла много помогали, некоторые делали это самоотверженно. Воспитательница Эмма Найт оказывала помощь до 4 часов утра, а в 8 часов она уже снова была на месте. Она оставалась там до второй половины дня, ухаживая за близнецами и показывая им вертолет в небе. Весь персонал уборщиц отеля «Оушн Клаб», как только они появились на работе, был отправлен на в поиски. Другие при дневном свете еще раз осмотрели плавательные бассейны и травяные лужайки. Листовки с информацией о пропавшем ребенке были напечатаны и розданы в отеле «Оушн Клаб» и, на португальском языке, по всему поселку Прайа-да-Луш.

Некоторые местные жители проявляли интерес к тем местам на дорогах, которые были вскрыты для проведения дренажных работ и прокладки кабеля. Британский гражданин Джон Боллинджер обратил особое внимание на крупные дорожные работы, ведущиеся вдоль улицы Диреита, на перекрестке, расположенном в двухстах ярдах от номера Макканнов, поскольку они шли как раз напротив его дома. Траншея длиной в пять ярдов и глубиной в четыре или пять футов оставалась открытой в ночь, когда пропала Мадлен, огражденная шатким барьером, со щебнем, разбросанным вокруг отверстия. Боллинджер был настолько обеспокоен, что, услышав новости о Мадлен, отправился к номеру 5А и сообщил полицейскому офицеру об этой проблеме.

Другой британский гражданин, Рекс Морган, обратил внимание на кабельный колодец со снятым люком, расположенный приблизительно в том же районе. «Дорога освещается, - сообщил Морган, - но кто-нибудь мог упасть в колодец». В полицейских документах содержится отчет, из которого следует, что муниципальные рабочие были допрошены относительно этих объектов гораздо позднее, но они сообщили, что тщательно проверили места проведения дорожных работ утром 4 мая и ничего там не обнаружили.

После возвращения в свой номер после поисков на рассвете, родители Мадлен встретили неожиданных посетителей. Североирландский журналист-фрилансер Лен Порт, проживавший в регионе, услышал новости об исчезновении по Sky News и прибыл в Прайа-да-Луш, ожидая застать там кипящую деятельность, но обнаружил поселок «таким мирным и спокойным. Там ничего не происходило». Затем он заметил полицейского офицера, стоящего около парковки перед номером 5А – и, наверняка, стал буквально первым репортером, оказавшимся на месте происшествия, вскоре превратившемся в место проведения «циркового представления», устроенного СМИ.

Порт увидел двух женщин, разговаривавших на автомобильной парковке около номера. Одна из них плакала, и он подумал, что она, должно быть, и есть мать пропавшей девочки. Это действительно была Кейт, к которой обратилась англичанка по имени Ивонн Мартин. Мартин, которая в свое время занималась защитой детей, задавала вопросы, казавшиеся ей уместными. Дэвид Пейн, которому, как и Кейт, она показалась навязчивой, попросил ее уйти.

Знакомый постоялец отеля привел из Прайа-да-Луш местного жителя по имени Роберт Мюрат, чей отец был по рождению наполовину португальцем, наполовину британцем, и который бегло разговаривал на обоих языках. «Он показался очень нужным человеком, с которым можно было бы связаться, если он нам потребуется», - вспоминал Расс О’Брайен; он занес в свой мобильный телефон его номер. В последующие дни полиция будет использовать Мюрата в качестве переводчика.

Тем временем Кейт не отказалась от своего настойчивого желания увидеть священника. Выполняя ее просьбу, О’Брайен пытался связаться сначала с местным римско-католическим священником – который, как выяснилось, временно отсутствовал – а затем, в качестве замены, с англиканским священником. Тот со своей женой прибудут позднее этим днем, помолившись вместе с родителями Мадлен и прочитав отрывок из Нового Завета, начинавшийся словами «Потерпите за маленьких детей…» Местной церкви, Носса Сеньора да Луш, средневековому строению, использовавшемуся как католиками, так и протестантами, предстояло стать в последующие недели едва ли не самым важным местом для Макканнов.

Когда утром инспектор Жоао Карлос попросил группу Макканнов приехать в Портиман и дать показания, Кейт сидела и слушала с помощью мобильного телефона как ее подруга в Соединенном Королевстве молится «на другом конце провода». В полицейском отделении в Портимане их ожидал британский консул Билл Хендерсон, знавший о приключившейся с Макканнами беде благодаря ночным звонкам. Полиция не была этим довольна; руководитель расследования Амарал напишет позднее, что слышал, как Хендерсон «говорил по телефону, что Судебная Полиция ничего не делает».

Заслушивая показания Кейт, как она впоследствии вспоминала, инспектор спросил, был ли это первый ее визит в Португалию. Она ответила утвердительно, прибавив, что он окажется последним. Это была реплика очень измученной женщины, о которой ей придется сожалеть. Отношения с португальской полицией начинались не очень удачно.

Из протоколов допросов того дня явно следует, что и Кейт, и Джерри рассказали о Джейн Таннер, видевшей человека, несущего маленького ребенка недалеко от номера 5А – к тому времени Кейт уже сообщили об этом – а Джерри закончил свои показания, призвав арестовать и подвергнуть уголовному преследованию человека, похитившего его дочь. Родители не сомневались в том, что это было похищение. Полиция, как покажут дальнейшие события, такого заключения не сделала.

Усилия Макканнов и их друзей, потраченные за последние двадцать четыре часа на телефонные звонки, окупились сполна, в чем они смогли убедиться, когда полицейская машина, на которой они возвращались в Прайа-да-Луш, вырулила к номеру. Их ожидала целая орда журналистов, телевизионщиков и фотографов, ноутбуки навесу, сверкание фотовспышек – первые признаки внимания СМИ, которого они желали и которое они будут проклинать.

Супруги искали убежища в своем номере. Там они встретили мать и отца Кейт, срочно прибывших из Ливерпуля в Португалию, советников, приглашенных их туристической компанией, и нескольких британских дипломатов. Хотя им предложили перекусить, Джерри решил, что им следует сначала поговорить с прессой.

Кейт взяла с собой Кота-Соню, любимую мягкую игрушку, оставленную в детской спальне после исчезновения Мадлен. Она прижала ее к себе, когда впервые тем вечером вышла к представителям прессы, она будет с ней снова и снова, пока та не станет известной на весь мир.

Супруги выглядели сломленными, Кейт стояла, опустив голову. Ее муж обнял ее, когда, едва не плача, со своим сильным шотландским акцентом зачитывал текст обращения, набросанного несколько минут назад:

«Слова не могут передать боль и отчаяние, которые мы переживаем, будучи родителями нашей прекрасной дочери… Мы просим тех, кто может знать какую-либо информацию… пускай даже самую незначительную, связаться с португальской полицией и помочь нам ее вернуть целой и невредимой. Пожалуйста, если Мадлен у вас, позвольте ей вернуться домой к маме и папе, брату и сестре».

Исчезновение маленькой британской девочки неожиданно превратилось в масштабное международное медиа-событие, причем вопреки интересам португальских следователей. Положения португальской конституции и уголовного кодекса серьезно ограничивают пределы того, что полиция может сообщать публике о ходе расследования. Даже для того, чтобы позволить прессе узнать о самом факте исчезновения Мадлен, потребовалось делать официальный запрос для получения согласия правительства. А теперь еще на сцене появились Макканны, предлагая широкой аудитории версию о том, что их дочь была схвачена похитителем.

«Огромное, беспрецедентное присутствие СМИ» терзало инспектора СП Карлоса. Он будет негодовать по этому поводу еще несколько месяцев спустя, жалуясь на то, что вся работа полиции должна была вестись параллельно с «рассуждениями и предположениями прессы, некоторыми вполне вероятными, а некоторыми явно фантастическими. Для его шефа Гонсало Амарала обстановка в Прайа-да-Луш представляла собой картину «беспрецедентного вторжения прессы». Он позднее с горечью писал в своей книге, посвященной этому делу, что казалось, «будто друзья Макканнов сообщили об исчезновении Мэдди прессе еще до того, как они проинформировали об этом полицию».

Однако СП считала, что необходимо обеспечить немедленную передачу соответствующей информации во все правоохранительные органы. Первоначальное уведомление было отправлено в штаб-квартиру Интерпола в 11:05 утра. Следующее сообщение было передано еще до того, как Джерри и Кейт отвезли домой в тот вечер, хотя лишь в начале следующей недели была объявлена «Желтая тревога» («ОЧЕНЬ СРОЧНО») – уведомление о пропаже человека.

Мадлен Макканн стала одним из пунктов в списке, используемом бюрократической системой. Капрал Роке, первый офицер НРГ, появившийся на месте происшествия, заполнил формальный «Рапорт об исчезновении человека»:

«Имя: Мадлен Бет Макканн
Пол: женский, белая
Дата рождения: 12-05-2003
Рост: около 0,90 метра. Цвет глаз: левый глаз голубой, правый глаз – зеленый с коричневым
Светлые волосы с каштановыми кончиками длиной до плеч
Дочь Джеральда Патрика Макканна и Кейт Хили
Незамужняя, Удостоверение личности № <…> выдано 04-08-2003
Место рождения: Лестер, Соединенное Королевство
Место проживания: <…>, временно, с 28 апреля, в номере 5А, отель «Оушн Клаб», улица Доктор Агостиньо да Силва, Вилья-да-Луш
Тел.:
Профессия:
Место работы:
Особые приметы: маленькое коричневое родимое пятно на левой ноге
Дата исчезновения: 03-05-2007 между 21:30 и 22:00

Возможные причины: из номера 5А, отель «Оушн Клаб», улица Доктор Агостиньо да Силва, Вилья-да-Луш, когда она спала вместе со своими братом и сестрой в одной из спален, чье окно выходило на парковку перед жилым корпусом. На возможность похищения было указано родителями, потому что Джейн Таннер, временно проживающая в номере 5D отеля «Оушн Клаб», улица Доктор Агостиньо да Силва, сообщила о том, что видела человека в возрасте от 30 до 40 лет, рост около 1,78 метра, с темными волосами, одетого в светлые брюки и одежду темного цвета сверху, который нес ребенка, одетого в пижаму; а также вследствие того факта, что жалюзи в указанной спальне были подняты, а окно открыто. Были поставлены в известность сотрудники СП в Портимане, два инспектора прибыли на место происшествия и начали проводить расследование.

ПРИМЕЧАНИЯ:
На левой ноге имеется маленькое родимое пятно каштанового цвета; была одета в светлую пижаму (топ и штанишки) с изображением розового ослика внизу с буквами ON (sic); обуви на ногах не было.
Подписано в Лагуше, 4 мая 2007 года.
Жозе М. Б. Роке»

В то время как Для местного руководителя расследования Амарала, как он писал позднее в своей спорной книге, данная версия была сомнительной потому, что у него с самого начала было такое чувство, что «что-то не так с показаниями о произошедших событиях». К середине дня, как он утверждал впоследствии, он был озабочен «противоречиями и несоответствиями», присутствовавшими, по его мнению, в показаниях, полученных им к этому времени от членов группы Макканнов. Поздно вечером, после длительного обсуждения со своими подчиненными, как он сообщал, возникла озабоченность относительно неопределенности, которая, «возможно, была приемлемой для свидетелей, но подозрительной для следователей». Однако один из его офицеров возражал, считая, что на столь ранней стадии расследования такие подозрения безосновательны.

Макканны думали так же и в конце концов подали иск против Амарала за клевету в связи с публикацией данной книги. На момент выхода в свет нашей книги слушания по этому делу еще продолжались.

Ранее в тот день, как утверждал Амарал, он попросил британского офицера, отвечающего за связи между полициями обеих стран, предоставить информацию о Макканнах и их друзьях. Ответ, по его мнению, готовился слишком медленно.

Первый день расследования завершился в ранние утренние часы, вспоминал Амарал, когда его люди улеглись в помещении импровизированного «кризисного подразделения», созданного в Прайа-да-Луш, пытаясь немного поспать. К этому времени его собственная компетенция была серьезно ограничена. С данного момента операцией будут руководить высокопоставленные офицеры, присланные из Лиссабона. Местная команда полицейских, считал он, должна была просто работать и делать все возможное.

В то время, когда этот следователь совещался со своими подчиненными, один из членов группы Макканнов сделал то, что португальская полиция наверняка расценила бы как вмешательство в ход расследования. Дэвид Пейн, один из ближайших друзей Макканнов из состава их группы, позвонил в лондонский Скотланд Ярд. Ранее он разговаривал со своей сестрой и попросил ее установить первоначальный контакт в связи с «трудностями, с которыми мы сталкиваемся», а также с тем фактом, что они находились «в странной стране и не знали, что происходит». Он хотел «сделать все, чтобы помочь вернуть Мадлен назад».

Итак, вскоре после 23:00, Пейн позвонил специалисту Управления преступности Скотланд Ярда; это управление на тот момент занималось сексуальными преступлениями, в том числе педофилией и похищениями. В то время из этого звонка ничего не вышло, по мнению Пейна, но звонок свидетельствовал о том, насколько расстроены были члены группы, об их желании установить контакты за пределами Прайа-да-Луш, самим контролировать события.

В полночь Кейт сделала неожиданный звонок в Судебную Полицию, требуя соединить ее с руководителем расследования в Алгарве, с которым она разговаривала раньше и который обещал отвечать на ее звонки. Ей отказали. Наступил момент, признавалась она, когда она потеряла над собой контроль, начала кричать и ругаться. Она била кровать, серьезно ее повредив, затем, рыдая, упала на пол.

Приблизительно в то же время она позвонила по телефону в Соединенное Королевство Никки Джилл, своей подруге с первого года учебы в начальной школе тридцать шесть лет назад. Джилл надолго запомнила этот звонок. «Кейт, - говорила она, - была опустошенной и потерянной. Она сказала, что, судя по тому, как действует местная полиция, можно подумать, что она просто потеряла собаку».


Поблагодарили за сообщение: Iraida | vvvvv | ira74 | maria_pr | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 4

Однако на самом деле начальная стадия поисков велась гораздо серьезнее. Руководитель расследования Гонсало Амарал, со своей стороны, будет вспоминать, что стены в помещении его «кризисного подразделения» вскоре стали «покрыты аналитическими графиками, хронологиями событий, блок-схемами, перечнями задач, уже выполненных или еще планируемых к выполнению, фотографиями и другими важными материалам с помещенной в центре фотографией Мадлен – чтобы всегда напоминать нам о главной цели нашей работы».

Хотя Амарал и будет в конце концов отстранен от дела в самом разгаре споров относительно расследования, многие тысячи страниц материалов португальской полиции, обнародованные в 2008 году подтверждают мнение СП, что она прикладывала в то время все свои усилия.

«С самого начала это дело привлекло особое внимание, - рассказал авторам этой книги Фернандо Пинто Монтейро, в то время генеральный прокурор Португалии, - как и любое другой дело, связанное с исчезновением ребенка… Подобного рода преступления должны расследоваться в приоритетном порядке».

Наземные поиски в Прайа-да-Луш и его окрестностях возобновились на следующий день и продолжались в течение всей последующей недели. В ходе расследования они были расширены от непосредственно прилегающих к отелю «Оушн Клаб» мест до территории площадью сначала в двадцать девять, а затем в девяносто шесть квадратных миль. В соответствии с португальскими отчетами, на раннем этапе было задействовано восемьдесят офицеров, многие были прикомандированы из подразделений, расположенных в других регионах. Шестеро были из подразделения, работавшего с собаками-ищейками. Для местных офицеров были отменены все отпуска.

Дополнительный персонал был привлечен из пожарной бригады и других экстренных служб. В отдаленных местах, в диких, заросших кустарником районах недалеко от Прайа-да-Луш использовались люди, специализирующиеся на борьбе с лесными пожарами. Дайверы исследовали подводные пространства у дамбы Бравура в девяти милях к северу от Прайа-да-Луш. Использовались внедорожники, мотоциклы и даже лошади. Четыре легких самолета из аэроклуба в Лагуше совершали полеты на низкой высоте над районами поисков.

Британских граждан, добровольно участвовавших в поисках с самого начала, попросили еще раз проверить территорию после того, как ее уже обыскала полиция. Были отмечены отдельные районы, для поисков в каждом из них было выделено по офицеру.

Полиция останавливала и проверяла транспорт на близлежащих автострадах «чтобы контролировать подъездные пути к Прайа-да-Луш и прилегающим районам», при этом действуя спорадически, чтобы специально создать неопределенность «на тот случай, если девочка была похищена кем-то из этих районов… кто собирается вывезти ее оттуда».

Джерри Макканн был недоволен в ночь исчезновения тем, что, по его мнению, границы Португалии в этом регионе не были перекрыты. Руководитель расследования СП Амарал утверждал, что он на самом деле оперативно объявил тревогу на автомобильном мосту через реку Гуадиана на границе с Испанией в двадцати пяти милях и в Международном аэропорте Фару. Бывшие высокопоставленные португальские и британские сотрудники правоохранительных органов сообщили авторам этой книги, что было совершенно нереально надеяться на перекрытие протяженных границ Португалии.

В Прайа-да-Луш был обыскан пляж. В песок втыкали металлические щупы, но безрезультатно. В поселении были опрошены водители такси. Были допрошены двое работников отеля «Оушн Клаб», бывших в номере 5А за два дня до исчезновения Мадлен – чтобы объяснить, как работает стиральная машина и починить сломанные жалюзи (не в детской спальне, а в другой комнате) – и с них были сняты все подозрения. Было проверено и признано ложным сообщение о том, что к исчезновению мог быть причастен один из садовников. В целом, по данным полиции, будет формально и неформально допрошено более семисот человек. Было осмотрено свыше четырехсот домов и апартаментов, как следует из одного полицейского отчета, были проведены обыски на яхтах и катерах вдоль побережья.

Была проведена дополнительная судебная экспертиза в номере 5А. Один пригодный для идентификации отпечаток пальца был снят с рамы балконной двери и девять неидентифицируемых отпечатков – с самой двери. Три неидентифицируемых отпечатка были сняты с внешней стороны жалюзи у окна детской спальни. Пригодные для идентификации отпечатки были обнаружены на внутренней стороне окна в детской спальне.

Было собрано также сто сорок шесть образцов волос. На покрывале одной из кроватей (не кровать Мадлен) было обнаружено и отправлено на анализ пятно с подозрением, что это сперма. Для использования тестов ДНК были собраны образцы слюны Кейт и Джерри Макканнов и остальных членов их группы. Внутри и снаружи номера были сделаны фотографии.

Некоторые из волос впоследствии будут идентифицированы как принадлежащие людям, находившемся в номере на законных основаниях. Семнадцать различных образцов волос, как покажет проведенный СП анализ, не принадлежали ни одному из людей, находившихся в номере на законных основаниях. Некоторое количество других волос оказалось непригодным для проведения судебной экспертизы. Пятно, в котором подозревали сперму, как выяснится впоследствии, окажется слюной ребенка из семьи, останавливавшейся в номере 5А за неделю до Макканнов.

Выяснилось, что отпечатки, обнаруженные на внутренней стороне окна в детской спальне, совпадают с отпечатком ладони и пальца левой руки Кейт. Отпечаток на краю балконной двери оказался принадлежащим – к большому смущению португальской полиции – одному из офицеров НРГ, первым прибывших на место происшествия.

Утверждения о том, что португальская полиция действовала эффективно, вызвали скептицизм, если даже не насмешки, со стороны некоторых иностранцев, принимавших участие в поисках. «Я не видел никакого участия полиции в действиях, осуществляемых гражданскими людьми, - говорил Питер Паттерсон, друг Макканнов, - я чувствовал себя подавленным, поскольку казалось, что там нет ни координации, ни руководства». Кейт Макканн, со своей стороны, сомневалась, проводились ли вообще уличные поиски. Она саркастически заметила также, что полицейский эксперт, снимавшая отпечатки пальцев с жалюзи снаружи детской спальни, делала это, даже не надев защитные перчатки. Имеется фотография, подтверждающая, что Кейт была права.

Полиция безуспешно искала информацию, которая могла быть заснята на камеры видеонаблюдения. Отель «Оушн Клаб» такого оборудования не имел. «Основная часть отеля, - заявил управляющий директор Робин Крослэнд, - разбросана по поселку. Его здания, сооружения и постройки доступны с общественных улиц и переулков, а в Португалии противозаконно иметь камеры видеонаблюдения в общественных местах… На частной собственности они нам не нужны, поскольку у нас есть для этого рецепция».

Предпринимались попытки получить записи камер видеонаблюдения с автомобильных заправок на основных дорогах, проходящих через Прайа-да-Луш. Те записи, которые сохранились, не содержали полезной информации, остальные были стерты, а на нескольких заправках таких камер вообще не было.

С самого начала руководитель расследования Амарал направил британской полиции официальную просьбу об оказании помощи, запрашивая дополнительную информацию о членах группы Макканнов и прося о направлении в Португалию аналитика по криминальным вопросам. Британский офицер, отвечавший за связь между полицией двух стран, прибыл в Прайа-да-Луш из своей штаб-квартиры в Лиссабоне через два дня после исчезновения Мадлен.

Первые офицеры, прилетевшие из Соединенного Королевства, были офицеры по связям с пострадавшей семьей (FLO) из Лестершира. Они прибыли через двадцать четыре часа после исчезновения Мадлен, чтобы поддержать родителей.

В Англии «рабочие колеса» правоохранительных органов вращались не быстро. Хотя уже в ночные часы после исчезновения о случившемся было поставлено в известность Министерство иностранных дел, никто так и не позвонил в Центр по проблемам детской эксплуатации и онлайн защиты (CEOP) в Соединенном Королевстве, в то время аффилированный с Агентством по борьбе с особо опасной организованной преступностью (SOCA) – вплоть до конца недели. Джим Гэмбл, бывший руководитель североирландского антитеррористического подразделения, в интервью с авторами этой книги в 2014 году вспоминал о том, как развивались события. «Была такая атмосфера, что каждый хотел помочь, - говорил он, - после консультаций с МИД мы согласились на том, что пошлем двух наших поведенческих аналитиков».

Множество различных полицейских и правительственных агентств оказалось вовлеченными в это дело. Однако на самом раннем этапе на совещании в Лондоне было решено, что ведущую роль будут играть полицейские силы Лестершира, где проживали Макканны. Для координации усилий британской стороны была создана «золотая» группа, составленная из представителей полиции Лестершира, CEOP, SOCA и Национального агентства содействия полиции. Представители большинства этих агентств в свое время появятся в Прайа-да-Луш.

«Национальная дирекция СП одобрила появление этих офицеров полиции в соответствии с духом международного сотрудничества, - писал Амарал. - Мы предоставили в их распоряжение комнату рядом с нашим кризисным подразделением, которую они назвали «Спецотдел Португалия» /на самом деле –Операционный отдел/… Они рисовали гигантские плакаты с итогами работы, покрывавшие все стены комнаты. Они принимали участие в совещаниях португальских следователей и в принятии решений».

Однако атмосфера сотрудничества постепенно зачахла, как следует из описания Амаралом прибытия позднее в мае Главного суперинтенданта детектива Боба Смолла. «Мы хотели точно знать, что намерены делать эти англичане в нашей стране и куда они собираются отправиться, - вспоминал Амарал. Поэтому я дал четкие указания одному из португальских следователей следовать буквально по пятам за британским суперинтендантом. Я хотел знать, что они /британские офицеры/ узнали, что они делали, с кем они разговаривали».

Более того, Амарал заявил, что сам он оказался разочарован своими первыми британскими гостями. По его словам, «информация, приходящая из полиции Лестершира, была столь обильной, что у местной полиции возникали проблемы с ее анализом и отбором».

Критицизм становился улицей с двухсторонним движением. «Вся поступающая информация, - как узнал впоследствии Джим Гэмбл из CEOP от офицеров, прибывших тогда в Португалию, - скапливалась в коробках, которыми был заставлен весь стол. В Соединенном Королевстве у нас есть компьютеризированная система HOLMES (Home Office Large Enquiry System), куда заносится все. Мы не могли быть уверенными в том, что вся информация, присылаемая из Великобритании, была аккуратно зафиксирована в Португалии, должным образом проанализирована и отработана.

Их система сильно отличалась от нашей. Это вызвало серьезные проблемы. Их система в известной степени зависит от решений магистратов – «прокуроров». Они привыкли выжидать. Недостаточная независимость в осуществлении своей деятельности наших португальских коллег сильно тормозила их работу. Иногда нам было их просто жаль».

Недовольство британцев приводило португальцев в негодование и порождало у некоторых офицеров чувство, что к ним – как выразился Гэмбл – «относятся свысока». А это уже было явно раздражающее ощущение того, что британцы действуют «как колонизаторы».

Вне зависимости от того, проводила ли португальская полиция первоначальные поиски Мадлен в Прайа-да Луш и его окрестностях компетентно или нет, но они закончились безрезультатно. Одна слабая надежда на прорыв в расследовании, как бесстрастно зафиксировали полицейские документы, появилась на третий день, когда гражданин Германии возвратился со своей прогулки на лодке и сообщил, что видел «мешок темного цвета на утесе» недалеко от Лагуша, в пяти милях от Прайа-да-Луш. После проведения сложной операции по доставанию мешка, выяснилось, что в нем находится мусор.

С самого начала поступало множество сообщений о том, что Мадлен видели в сопровождении взрослых людей. Менеджер заправочной станции в Альбуфейре в тридцати девяти милях от Прайа-да-Луш считал, что мог видеть ее на следующий день после исчезновения в компании мужчины и женщины. Водитель такси считал, что она «возможно» была той маленькой девочкой, которую он видел в тот же день в трехстах милях севернее в сопровождении мужчины с английским акцентом, который «только что приехал из Алгарве».

Другой гражданин задавался вопросом: не была ли Мадлен той маленькой девочкой, которую видел в Лиссабоне его друг также 4 мая, «которую держал за руку мужчина, причем девочка была в состоянии полного отчаяния (она кричала и пыталась вырвать свою руку)». Не была ли она девочкой, которую видели в тот же день в торговом центре Vodafone в Лиссабоне? Или одной из двух девочек, которых несла семейная пара где-то в Лиссабоне?

Таких сообщений был целый поток: возможно Мадлен видели у стойки оплаты проезда в автомобиле с «вероятно голландскими или английскими регистрационными номерами», с «весьма неприятно выглядевшей» семейной парой; «Мадлен» - у нее были светлые волосы и, казалось, сходного возраста – которая схватила за руку покупателя в закусочной и, похоже, нуждалась в помощи; «Мадлен», на которой «не было одежды ниже пояса», виденная в сопровождении мужчины с азиатской внешностью, передавшего ее другому мужчине; «Мадлен», которую забрала с собой неизвестная женщина в отеле, после того как та сказала: «я хочу к своей маме».

Кроме того, с самого начала – и еще очень долгое время спустя – о «возможных» случаях, когда видели Мадлен, сообщалось из стран, расположенных вдали от Португалии. Маленькая девочка в розовом кардигане прилетела в аэропорт Гатвик в сопровождении мужчины и женщины наутро после исчезновения. Сообщивший об этом человек посчитал это странным, поскольку было всего 11 часов утра, а девочка выглядела «очень усталой». Еще одна девочка, прилетевшая в Гатвик в тот день несколько позже другим рейсом, выглядела «очень беспокойной», а ее волосы, казалось, были подстрижены «без должной заботы и внимания».

Вскоре, вслед за трансляцией передачи Sky News или ВВС, поступила информация о том, что девочку, похожую на Мадлен, с гибкой шляпой на голове и держащуюся за руку неизвестного мужчины, видели в торговом центре в Коста дель Сол в Испании. На следующий день «двойник» Мадлен был замечен в Коста Бланка. Спустя неделю или около того греческая группа, занимающаяся поисками пропавших детей, сообщила, что «Мадлен» видели аж не менее чем в семи различных местах по всей стране: в пригороде Афин, в окрестностях Фессалоники и на трех разных островах. Другие считали, что могли видеть ее в Женеве, в Швейцарии, на пароме, плывущем из Троона, Шотландия, в Северную Ирландию, на рейсе из Франкфурта в американский город Бостон и на книжной ярмарке в Бразилии.

И это было только начало. В последующий год поступят тысячи сообщений о том, что Мадлен видели не менее чем в сорока двух странах на пяти континентах – за исключением одной Антрактиды. Некоторые сообщения выглядели относительно правдоподобными, другие – безнадежно противоречивыми; в отчете португальской полиции, например, указывается, что в один и тот же день эту маленькую девочку «видели» в местах, уделенных друг от друга на расстоянии двух с половиной тысяч миль. Некоторые, может быть даже большинство людей, сообщавшие о таких случаях, поступали из хороших побуждений. Другие были пристрастны, как это происходит в случаях, связанных с широким освещением СМИ дел об исчезновении людей – особенно, когда пропадает маленький ребенок. Только небольшая часть сообщений заслуживала серьезного внимания или могла быть изучена.

Казалось, не существовало буквально ни одной ниточки, которая вела бы к решению. Не было обнаружено ни одного ключа к разгадке на месте преступления – если, конечно, это было преступление. Буквально ни одной подсказки от публики, ни одной, которая могла оказаться полезной. С самого начала и в течение сперва месяцев, а затем и лет это окажется главной проблемой. По крайне мере, осознанной проблемой.

Полицейские, возглавлявшие расследование на его начальном этапе, рассматривали причины, которые могли привести к исчезновению. Гонсало Амарал вспоминал, как оценивал различные возможности: «Ребенок мог проснуться ночью в постели и, не увидев своих родителей, выйти из дома на их поиски; смерть в результате несчастного случая и последующее сокрытие тела; причинение тяжелых физических повреждений, приведших к смерти; преднамеренное или непреднамеренное убийство; преступление из мести; похищение в целях получения выкупа; похищение педофилом… похищение или убийство потенциальным грабителем, случайно потревоженным ребенком».

Руководитель регионального управления СП в Алгерве Гильермино Энкарнасао сообщил Кейт после того, как она с Джерри дали свои показания, что это могло быть неудавшееся ограбление. Он также повторил мысль Амарала о том, что Мадлен могла просто выйти и заблудиться.

На этой ранней стадии расследования с точки зрения правоохранительных органов такие взаимоисключающие объяснения были отнюдь не бессмысленны, что следует из заявления высокопоставленного британского чиновника, сделанного уже в 2013 году. «Подобные случаи в самом начале расследования являются очень сложными, - говорил комиссар Скотланд Ярда сэр Бернард Хоган-Хоу. - Вы не можете знать точно, не ушел ли ребенок и заблудился ли он. Если речь идет о серьезном преступлении, это очень сложно понять».

Тем не менее, в мае 2007 года в Португалии Амарал и Энкарнасао были более чем открыты для версии, которой придерживались тогда и придерживаются сейчас Макканны – что их дочь была похищена. Амарал сразу решил, что необходимо «установить и идентифицировать всех педофилов, постоянно проживающих или отдыхающих в Алгарве».

Отметки, содержащиеся в опубликованных материалах португальской полиции, ссылаются на еще необнародованные документы, из которых можно сделать вывод о наличии подобных преступников в Алгарве. Остаются неопубликованными «список лиц, связанных с сексуальными преступлениями против детей и подростков», а также ссылки на лиц «имевших в прошлом отношение к преступлениям сексуального характера против детей» или «актам педофилии» и к «иностранным гражданам, связанным с сексуальным насилием над детьми и педофилией».

К 5 мая, через два дня после исчезновения, Энкарнасао – вполне вероятно имея в виду заявление Джейн Таннер о том, что она видела мужчину, несущего ребенка недалеко от номера 5А – говорил репортерам: «У нас есть свидетельства, указывающие на похищение». Полиция работает, добавил он, «над версией о том, что Мадлен удерживается в трех-пяти километрах /двух или трех милях/ от Прайа-да-Луш».

В соответствии с сообщениями прессы, опубликованными долгое время спустя, одним из первых, кто заинтересовал полицию, был местный житель Жоаким Маркес. Вместе с другим мужчиной Маркес, проживавший в пяти милях от Прайа-да-Луш, в деревне Барао де Сао Жоао, в 1995 году ночью изнасиловал двух отдыхавших британских девушек-тинейджеров на местном пляже. Теперь он находился на свободе, отбыв пятилетнее тюремное заключение. Сообщалось, что его сожительница была допрошена о его местопребывании в ночь, когда исчезла Мадлен. В конце концов в ходе расследования подозрения относительно этого человека были с него сняты.

Еще одной нитью для расследования стала информация, полученная, как писал Амарал, в процессе сбора показаний у персонала отеля «Оушн Клаб», о британском гражданине, подозреваемом в проявлении сексуального интереса к детям и бывавшем в баре, расположенном в 150 метрах от места исчезновения Мадлен». Как выяснилось в результате дознания, этот человек в мае 2007 года находился в Ираке и поэтому оказался непричастным к расследуемым событиям.

Еще одна нить, также никуда не приведшая следователей, была связана с сорокашестилетним британцем, проживавшем в Завиале, на побережье в двенадцати милях к западу от Прайа-да-Луш. Оказалось, что этот человек никогда не привлекался полицией в связи с уголовными преступлениями. Тем не менее, установление португальских и иностранных педофилов в регионе – «в большинстве своем англичан» по утверждению Амарала – продолжалось.

Очень перспективным казалось другое направление расследования. Мужчина-португалец сообщил о том, что когда он за четыре дня до исчезновения Мадлен со своей женой и двумя детьми был на пляже в Сагресе, также расположенном недалеко от Прайа-да-Луш, он «заметил мужчину, держащего в руках небольшую камеру серебристого цвета и скрытно фотографировавшего детей свидетеля… Этот человек, вместо того, чтобы подносить камеру к лицу, делал снимки, держа камеру около живота… Сделав фотографии его детей… человек стал фотографировать двух мальчиков в возрасте девяти и пяти лет».

Свидетель сообщил, что он стал подозревать в этом человеке возможного злоумышленника. Чуть позже, когда незнакомец стал вести себя так, будто пытается приблизиться к его четырехлетней дочери, свидетель серьезно рассердился и попытался сфотографировать этого человека на свой мобильный телефон. Ему удалось сделать фотографию этого человека, а также находившейся вместе с ним в автомобиле женщины.

В результате тщательной работы детективов удалось идентифицировать эту пару, ведущую себя столь странно – но только для того, чтобы опять разочароваться. Они оказались семейной парой из Польши, покинувшей Алгарве, вылетев из аэропорта Фару по пути на родину через два дня после исчезновения Мадлен. Оказалось, что женщина уже привлекалась полицией за езду в состоянии наркотического опьянения и связи с «получением собственности обманным путем». Однако не было никаких свидетельств, позволяющих связать эту пару с делом Мадлен.

Ни в арендованных ими в Португалии апартаментах, ни в нанятом ими автомобиле не было найдено никаких обличающих их следов. Анализ обнаруженных на кухне следов крови не показал ее принадлежности Мадлен. Показания свидетелей и иные доказательства позволили установить, что на обратном пути в Варшаву с ними не было никакого ребенка. Допрошенные в Варшаве, они отрицали факт своего знакомства с Мадлен.

Тем временем пресса возбужденно сообщала о том, что семья Макканнов сама побывала в Сагресе во время своего отдыха, давая пищу предположениям, что Мадлен, возможно, была одним и тех детей, которые заинтересовали подозреваемого фотографа. Однако история оказалась выдуманной, поскольку Макканны никогда не покидали Прайа-да-Луш до исчезновения Мадлен.

Были ли двое поляков в Прайа-да-Луш? Никто этого не знает, так как сделанные ими на отдыхе фотографии никогда не были обнародованы. Показания всего лишь одного свидетеля, столкнувшегося с ними, могут просто означать, что они любили снимать людей – и взрослых, и детей. История с таинственным фотографом, как кажется, была для расследования ложным следом.

Хотя еще не до конца была отработана версия с Сагресом, 7 мая официальный представитель португальской полиции заявил, что дело остается полной тайной. «У меня нет фактов, дающих основания утверждать, жив ли ребенок или нет, - сообщил прессе главный инспектор СП Олегарио де Соуза. - Мы сейчас заняты поисками ребенка, и пока не найдем его, мы не можем сказать ничего больше – потому что мы не волшебники».

В 2014 году бывший генеральный прокурор Португалии Пинто Монтейро, полностью отвечавший за надзор за ходом расследования, вспоминал практически полное отсутствие каких-либо улик и свидетельств. «Им ничего не удалось найти», говорил он, расстроенно разводя руками, «ничего, ничего».

Сейчас, однако, когда появилось время спокойно все проанализировать, некоторая информация, полученная еще на раннем этапе, представляется имеющей отношение к делу и потенциально ценной. Рассмотрим показания надежных свидетелей о посещениях некого сборщика пожертвований – или нескольких таких людей – на цели, которых не существовало.


Поблагодарили за сообщение: Saggita | vvvvv | tasha2000 | maria_pr | Iraida | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 5

Ближе к вечеру 20 апреля, за тринадцать дней до исчезновения Мадлен, туристка по имени Кейл Купер присматривала за своими играющими внуками, когда в дверь позвонили. Она открыла дверь и увидела перед собой мужчину «с оливковым цветом кожи, в возрасте 40-45 лет, ростом от шести футов до шести футов двух дюймов, худощавого или среднего телосложения… У него были усы мексиканского типа – густые и «кустистые», опускающиеся книзу по краям рта… Он выглядел как житель средиземноморья. Однако по его внешности и манерам я бы не сказала, что он был португальцем».

Разговаривая по-английски, но «с акцентом, не похожим на португальский», мужчина сообщил миссис Купер, что он «собирает деньги на приют для сирот в близлежащей деревне Эспиш». Он помахал перед ней листовкой и удостоверением с фотографией, но так, что она не могла прочесть их, и сказал, что приюту можно собирать пожертвования только раз в год. Хотя миссис Купер сказала, что у нее с собой нет наличных, посетитель продолжал разговор – чуть ли не пятнадцать минут – пытаясь убедить ее пожертвовать деньги.

Он показался ей «очень настойчивым», немного «угрожающим», и заставил ее чувствовать себя «очень некомфортно». Он произвел на нее настолько сильное впечатление, признавалась она, что вспомнила как видела его еще дважды – оба раза на пляже в Прайа-да-Луш. Во втором случае, сообщила она, он шел за группой маленьких детей, когда они, в сопровождении взрослых, шли к игровой площадке. Взрослые, как ей показалось, были одеты в футболки, которые носили работники детского сада отеля «Оушн Клаб».

Через два или три дня после визита, имевшего место на вилле миссис Купер, очень похожее событие произошло в четырехстах ярдах от нее – в том самом номере, в котором вскоре будет проживать семья Макканнов. Британский турист Пол Гордон, арендовавший номер 5А на протяжении недели непосредственно перед появлением там Макканнов, состоявшемся 28 апреля, вспоминал, как –либо 25, либо 26 апреля – к нему днем также явился посетитель.

«Дети спали, - вспоминал Гордон, - когда я услышал, как кто-то произнес мужским голосом «Привет»». Он понял, что голос шел от небольшой калитки, расположенной у лестницы, ведущей из номера на улицу. Он встал и «подошел к мужчине, который спросил меня, не хочу ли я сделать пожертвование на приют, находящийся среди холмов недалеко от побережья». Гордон дал ему десять евро.

Подобно мужчине у дверей Гейл Купер, этот человек имел с собой карточку с фотографией и что-то типа листовки, он говорил, что у него есть разрешение собирать пожертвования раз в год. Но в отличие от визитера миссис Купер он был вежлив, не агрессивен и не навязчив. Гордон вспоминал, что он был чисто выбрит – никаких свисающих вниз усов (см. фоторобот, рис. 24, слева) – и у него не было явно выраженного непортугальского акцента. Судя по описанию Гордона, это был другой человек.

Сообщалось, что было сделано еще четыре попытки собрать деньги подобным образом – все они произошли ранним вечером 3 мая, в день, когда исчезла Мадлен. Одна из них произошла в Прайа-да-Луш на вилле, принадлежащей Рексу и Айрис Морган. Двое мужчин – а не один – оказавшиеся у их дома, сказали, что собирают деньги на «хостел» или «хоспис». Один из них, возраст которого, по воспоминаниям мистера Моргана, составлял 25-30 лет, был похож на португальца, но хорошо говорил по-английски. Другой выглядел как «местный деревенский парень». Деньги, сказал один из этих мужчин мистеру Моргану, нужны были для того, чтобы «он смог помочь уберечь молодых ребят от влияния улицы, а молодых девушек – от занятий проституцией». (См. фоторобот одного из них, рис. 24, справа).

Мужчины продемонстрировали фотографии предполагаемого хостела, а миссис Морган запомнила еще кое-что. Заведение, сказали они, находится в месте под названием, похожем на «Бару Сан Хоа», за пределами городка или деревни Эспиш». Эспиш – это та деревня, которая упоминалась тринадцать дней назад, мужчиной, позвонившим в дверь миссис Купер.

Мужчины дома Моргана появились около 16:00. А в 17:00 или вскоре после этого они – или два их сообщника – объявились в Прайа-да-Луш у дома британской гражданки Денизы Эштон. Оба мужчины были гладко выбриты, насколько он помнит, и обоим было лет по сорок. Она отмечала, что тот из них, кто вел разговор, носил очки с толстыми линзами. Сценарий и исполнение были такими же, как и в ходе предыдущих визитов: карточка с фотографией, листовка, фотографии предполагаемого приюта – на них были изображены дети – и ссылка на деревню Эспиш.

Эспиш находится менее чем в двух милях от Прайа-да-Луш, это небольшой поселок с двумя тысячами жителей. Барао де Сао Жоао, расположенное в четырех милях к северу – должно быть то место, которое запомнилось Айрис Морган как «Бао Сан Хоа» - и того меньше.

Для нашей истории инциденты со сборщиками пожертвований важны в связи с тем фактом, что никакого приюта или другого подобного заведения нет ни в Эспише, ни в Барао де Сао Жоао, ни вообще в том районе. Авторы этой книги посетили оба этих населенных пункта и пообщались с местными жителями, хорошо знающими окрестности. Они, а также глава фонда, собирающего пожертвования на приюты, сообщили нам, что такого «приюта» не существует.

Люди, приходившие для того, чтобы попытаться получить деньги от миссис Купер, Пола Гордона из номера 5А, у Морганов и миссис Эштон, все были – в лучшем случае – «липовыми» сборщиками пожертвований, старавшимися получить деньги под вымышленными предлогами. А что могло случиться, если люди, к которым приходили эти мужчины, в тот момент отсутствовали? Представляется разумным следующий вывод: убедившись, что в доме или в квартире никого нет, они могли заняться своим основным занятием – кражами.

Известная информация по данному вопросу более чем достаточна для такого вывода. «Мы должны были принимать во внимание мелкие кражи, совершаемые на приморском курорте и в туристическом комплексе, - писал руководитель расследования Амарал. - Во время курортного сезона кражи происходят довольно нередко… Нельзя исключать версию о квартирной краже, которая пошла не так, как задумывалась». Данные соображения заставили Амарала после исчезновения Мадлен послать детективов в местную тюрьму для допроса молодого человека, отбывавшего срок за серию краж со взломом, осуществленную в этом районе. Человек оказался очень сдержанным, и детективы так ничего от него и не узнали.

Действительно, в 2007 году в Прайа-да-Луш произошла целая эпидемия квартирных краж, хотя в этом регионе, полностью зависящем от туризма, публичное освещение данной проблемы было ограниченным. В первые четыре месяца 2007 года, по информации, содержащейся в резюме, опубликованном во время проведения британского расследования дела Мадлен, произошло четырехкратное увеличение числа квартирных краж в регионе.

Беспокойство жителей отразилось в сообщениях, подобных цитируемому ниже, размещенному на веб-сайте Expatforum:

«23 марта. Район Луш… Сидели в гостиной и смотрели передачу Deal or No Deal (около 16:30), а в это время вор пробрался на кухню и украл сумочку - мы не слышали ни звука. Были подняты только одни жалюзи, дверь заперта, окно закрыто… Никаких признаков кражи. Это уже вторая вилла, которую обокрали за эту неделю».

В своих показаниях полиции после исчезновения Мадлен целая дюжина работников отеля «Оушн Клаб» сообщали о кражах в отеле. Нуньо Консейсао, техник по обслуживанию оборудования, заявил: «вторжения в номера являются обычным делом, особенно для совершения краж, некоторые происходят оттого, что постояльцы оставляют двери незапертыми». Чаще всего, заявил бармен Тиаго Фрейтас, случались кражи в номерах, расположенных на нижних этажах.

Незадолго за расследуемых событий произошли кражи в номерах, расположенных рядом с номером, арендованным Макканнами. В феврале, за три месяца до исчезновения Мадлен, произошел в рейд номер, находящийся всего в ста ярдах. Были украдены деньги, камера и мобильные телефоны. Йен Робертсон, хозяин, выяснил впоследствии, что были обворованы также и двое его соседей, чьи квартиры были расположены на первом этаже.

За три недели до исчезновения, как сообщалось, были похищена 500 фунтов стерлингов наличными и личные вещи из номера в том же самом жилом корпусе, что и номер 5А. 16 апреля незнакомый мужчина позвонил в другой номер в том же корпусе и спросил его обитателей «о немецкой семье». Затем, когда они были на ужине, номер был обворован. В соответствии с сообщениями, полученными из полицейских источников, в тот месяц произошла еще одна кража в отеле «Оушн Клаб». Был потревожен ребенок, но грабители ретировались, когда вошли родители.

В один из дней приблизительно за неделю до исчезновения Мадлен вор был застигнут врасплох во время совершения кражи в квартире Памелы Фенн, расположенной непосредственно над номером 5А. «Она сидела и смотрела телевизор, - сообщила ее подруга, - когда услышала шум из спальни…Мужчина, должно быть, услышал, что она идет, и уже вылезал в окно. Она увидела только заднюю часть его головы».

Естественно, что номер 5А сам мог оказаться объектом ограбления. Он не только был расположен на первом этаже жилого корпуса, но и имел две двери, которые выходили на улицу, что делало его особенно уязвимым. Более того, за две недели до появления Макканнов вышла из строя лампа, висевшая у входной двери. Преступники могли интересоваться номером 5А задолго до того, как он приобрел свою печальную известность. Детская няня Маргарет Холл вспоминала инцидент, произошедший с ней в одну из ночей лета 2006 года, когда она ухаживала в этом номере за маленькой девочкой.

В показаниях Холл, данных ею полиции, сообщалось о том, что она услышала шум и вышла из входной двери, чтобы разобраться в его причине. В тени что-то двигалось, и ей сначала показалось – поскольку недавно имелись проблемы с грызунами – что это крыса. Но несколько мгновений спустя она в шоке поняла, что это мужской коричневый ботинок. Она закричала, и из темноты показался мужчина, отчего зажегся свет, работавший от датчика движения. Он подошел к ней, говоря: «Нет, нет». Холл показалось, что мужчине около тридцати лет и он, возможно, португалец. В испуге она вернулась в номер 5А и на следующий день сообщила о происшествии менеджменту отеля.

Из информации, сообщенной Кейт Макканн поздно вечером на следующий день после исчезновения ее дочери британским консулом в Алгарве Биллом Хендерсоном, следовало, что в этой провинции недавно наблюдались ситуации, когда проникший в номер человек забирался в кровати, где спали дети. Долгое время деталей не сообщалось, однако сам факт, что имели место вторжения в дома и квартиры с явной сексуальными мотивами, в конце концов станет серьезным объектом внимания для следователей. Это направление расследования, потенциально очень важное, будет описано позднее.

Убедительное свидетельство о том, что кто-то следил за номером 5А во время пребывания там Макканнов в 2007 году, содержится в показаниях британской девочки Тасмин Силленс. Двенадцатилетняя Тасмин, проживавшая неподалеку, имела основания наблюдать за тем, что происходит недалеко от этого номера – когда-то он принадлежал ее бабушке, и она жила там некоторое время. Она рассказала полиции, всего через несколько дней после исчезновения Мадлен, что она дважды видела незнакомого мужчину около номера 5А. Он, как казалось, бродил вокруг, наблюдая за номером.

Первый раз Тасмин увидела этого мужчину вскоре после 8:00 30 апреля, на третий день рокового отдыха Макканнов, когда проходила мимо вместе с матерью, чтобы сесть на школьный автобус. Мать и дочь шли по левой стороне улицы Доктор Франсиско Гентиль Мартинс (см. схему улиц в разделе иллюстраций), когда она заметила его. Он опирался на стену в переулке между жилым корпусом и зоной бассейна, «внимательно смотря на балкон» номера 5А.

В среду, 2 мая, накануне исчезновения Мадлен, Тасмин снова увидела этого мужчину. В то утро она не пошла в школу, поскольку плохо себя чувствовала, но около полудня вышла на улицу, чтобы пойти в аптеку и супермаркет. Получасом позже, уже по дороге домой, он снова привлек ее внимание. На этот раз он не находился в переулке, а стоял перед входом в отель «Оушн Клаб», ведущим в ресторан «Тапас». Засунув руки в карманы, мужчина опять смотрел в направлении номера 5А, а также, возможно, других номеров слева от него.

В послеобеденное время того же дня британская туристка, остановившаяся в номере, расположенном недалеко от номера Макканнов, видела мужчину приблизительно в том же самом месте, который также, казалось, «наблюдал» за номером 5А. Эта женщина, которая просила не называть ее имени, видела его несколькими днями раньше, слоняющимся поблизости.

Имеется еще одно сообщение о подозрительном эпизоде, произошедшем всего за несколько часов до исчезновения Мадлен. Оно сделано Кэрол Транмер, пятидесятидевятилетней племянницей миссис Фенн, пожилой женщины, проживавшей непосредственно над номером 5А и всего несколько дней назад столкнувшейся с вором, вторгшимся в ее собственный номер. Транмер, бывший секретарь в Виндзорском Замке, навещала свою тетю во время попытки купить собственный дом в Португалии. В послеобеденное время 3 мая, когда они с мужем сидели на балконе и разговаривали, она увидела нечто, что даже тогда выглядело весьма подозрительно.

«Я увидела какого-то человека, - вспоминала она, - выходящего из номера на первом этаже, очень аккуратно и спокойно закрывающего за собой калитку. Это показалось мне очень странным. Он огляделся по сторонам, закрыл калитку и быстро прошел под нами». Этот человек, разъяснила Транмер, находился в том самом переулке или аллее, где юная Тасмин видела мужчину ранним утром три дня назад (*).
(*) Из протокола показаний Транмер, данных ею позднее, следует, что человек, которого она видела ведущим себя подозрительно, находился у калитки соседнего с 5А номера, где в ту неделю проживали друзья Макканнов Олдфилды. Олдфилды и их годовалая дочь ушли после обеда на пляж или на занятия парусным спортом. Ни они, ни Транмер не смогли точно назвать время, когда это произошло.

Сразу же после того, как она увидела человека в проулке, рассказала Транмер, она попыталась привлечь внимание к странности происходящего своей тети и мужа, но они оказались заняты своим разговором. Время было упущено, но сам инцидент засел у нее в памяти. Несколько дней спустя, уже будучи в Англии, она прочитала сообщения о похищении Мадлен и сразу же позвонила в полицию. Что ее более всего удивило, повторила она, так это то, как мужчина закрывал калитку, будто «делая так, чтобы она не издала ни звука… он закрывал ее обеими руками, несколько раз… Эта его скрытность и привлекла мое внимание». Мужчина двигался «крадучись, как будто он не хотел, чтобы кто-нибудь узнал, что он здесь ходит».

В соответствии со свидетельством, обнародованным полицией много позднее, во все эти дела мог быть вовлечен не один человек.

Имеются как сходства, так и отличия в описании свидетелями виденного ими человека. Кэрол Транмер и Тасмин Силленс вспоминали, что человек, которого они видели, был европейского типа, светлокожий, в возрасте от тридцати до сорока лет, с коротким светлыми или «бесцветными» волосами. Они оценили его рост – в случае с Транмер, когда она видела его сверху, сделать это было непросто – в пять футов 10 дюймов, «не низкий» (Транмер) и в пять футов 11 дюймов (Тасмин). Как сообщали, британская женщина-турист, упомянутая выше, сказала, что мужчина, которого она видела имел рост пять футов 10 дюймов и, по ее мнению, выглядел как «португалец».

Описание внешности виденного ими человека, сделанные Тасмин и британской туристкой, очень похожи друг на друга. Тасмин вспоминает, что внешность у него была «уродливая, даже отвратительная», с «маленькими прыщами на лице». Британская туристка сказала, что человек, которого она видела, был «очень уродлив, с изъеденной кожей». (*)
(*) См. изображения на рис. 25. Левое сделано по описанию Силленс; в центре – по описанию туристки; справа – по описанию Транмер.

Если вокруг номера 5А происходила какая-то незаконная деятельность в течение этих нескольких дней, то в ней могло принимать участие более одного человека. В соответствии со свидетельством, обнародованным несколько лет спустя – на одном из брифингов британской полиции – двух человек видели «на балконе расположенного рядом свободного номера, судя по всему, 5С, всего двумя дверьми дальше номера Макканнов», днем 3 мая.

Всего через пять часов после того, как Кэрол Транмер видела человека в переулке, пропала Мадлен Макканн.


Поблагодарили за сообщение: Saggita | vvvvv | maria_pr | Iraida | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 6

«Мамочка, а где же Мадлен?»

Двухлетние близнецы Макканнов изумляли всех тем, что глубоко спали в течение всех безумных часов после исчезновения их старшей сестры. Когда они наконец проснулись, они, казалось, на некоторое время забыли о ее отсутствии. И только на второй день маленький Шон наконец задал этот вопрос. Его мать выдержала длинную паузу, а затем сказала близнецам правду в самой мягкой форме, которую только могла выбрать. Мадлен пропала, сказала она, и ее надо найти.

Кейт и Джерри Макканны, а не их оставшиеся дети – вот кто нуждался в помощи. Рядом с ними теперь были члены их семьи и советники, предоставленные туристической компанией. Но атмосфера отчаяния оставалась прежней. «Действительно, с самого начала, - говорил Джерри, - бывали периоды, когда я беспокоился, потому что Кейт сказала, что хочет войти в океан - и плыть, и плыть, и плыть. Это явно вызывало сильное беспокойство».

Кейт вспоминала: «У меня часто возникали мысли вроде того, что может быть мы все погибнем в автокатастрофе. И если так случиться, мы все будем мертвы и боль уйдет… Было так больно и это очень сложно описать, это тяжелое удушающее чувство день ото дня, боль от исчезновения Мадлен и беспокойство за нее. Бывали времена, когда мне хотелось, чтобы это закончилось. Я ничего не сделала бы…»

Известной достопримечательностью к востоку от Прайа-да-Луш является вулканическое образование, названное Роха Негра или Черная Скала. Наутро после исчезновения Мадлен некая женщина сказала Кейт, что прошлой ночью она видела, как автомобиль ехала по дороге, ведущей к Скале – по которой обычно никто не отваживался ездить. Днем позже Кейт собиралась принудить себя взбежать по этой дороге на гору, чтобы наказать свое тело болью в попытке избавиться от боли, которую она чувствовала внутри себя.

Как вспоминала Кейт, в дни, последовавшие после исчезновения Мадлен: «Меня мучали ужасные видения - сменяющие друг друга изображения, которые никакой нормальный человек не пожелал бы увидеть. Я видела ее, лежащей холодной и изуродованной на большой серой каменной плите, страшные картины как ее разрывают на части проходили перед моим внутренним взором. Я отчаянно стремилась поговорить с кем-нибудь об этом, и когда мы с Джерри прогуливались по пляжу в Португалии, я созналась ему в этом. У него, конечно, были такие же мысли».

«Поначалу, - говорил Джерри, - мы не могли думать ни о чем, кроме как о самом плохом исходе, где все было плохо. О том, что ее похитили, изнасиловали, убили и закопали».

Долгое время лишь крайнее истощение могло заставить ненадолго заснуть. Кейт отказалась от самой идеи принимать пищу и стала терять вес. Некоторое облегчение принесло появление в конце концов римско-католического священника, которого Кейт просила привести еще раз, и снова безуспешно. Отец Жозе Пачеко отсутствовал на месте, но, как он сообщил полиции, теперь вернулся и прибыл в номер, где застал Макканнов в состоянии, как ему показалось, «сильного страдания».

Пачеко, известный среди своих прихожан как Отец Зе, постоянно молился вместе с ними. В то первое воскресенье, и многие последующие воскресенья он присутствовали на богослужениях в местной церкви Носса Сеньора да Луш. Вечером следующего дня группа местных женщин и детей пришла в номер прочитала молитвы. Несколько дней спустя Отец Пачеко дал супругам ключ от церкви, чтобы дать им возможность попасть туда в любое время и обрести утешение и уединение.

Когда они выходили из церкви после своего первого посещения, рыдающая Кейт, повинуясь порыву чувств, задержалась, чтобы поблагодарить прихожан за поддержку. «Пожалуйста, - попросила она, - продолжайте молиться за Мадлен. Она прекрасна».

То, что Кейт смогла это делать, было достижением. К данному моменту она и Джерри уже в течение двадцати четырех часов пользовались помощью Алана Пайка, советника по кризисным ситуациям, одного из консультантов, прилетевших по просьбе туристической компании «Марк Уорнер». Он вспоминает, что по прибытии в Прайа-да-Луш обнаружил их обоих «истощенными, измученными, сбитыми с толка и рассерженными», даже «в столбняке». Пайк, поработавший с людьми в трагических ситуациях уже не один десяток раз, считал, что их состояние как раз такое, «какое можно ожидать от родителей, у которых отняли собственную дочь».

Его точка зрения хорошо согласуется с опубликованном в США в том же году отчете Национального центра по проблемам пропавших и эксплуатируемых детей. Дети пропадают в различном возрасте и вследствие различных причин, но реакция их родителей одинакова. Они могут, как сказано в отчете, чувствовать себе «в изоляции, никем не поддерживаемыми, уязвимыми, раздраженными и бессильными». Они страдают от эмоционального шока, который не является однородным и может характеризоваться постоянной сменой острых переживаний периодами нахождения в ступоре и наоборот».
 
Некоторые читатели могут посчитать потребность Кейт Макканн в священнике, ее молитвы и постоянные посещения церкови необычным или даже чрезмерным. На самом деле, как следует из американского отчета, «может оказаться благоприятным вовлечение в сообщество верующих». Поэтому не удивительно, что вопреки ужасной реальности своего положения, она почувствовала себя немного утешенной после первого после исчезновения Мадлен посещения воскресного богослужения.

Обращаясь к ней и к Джерри во время службы, отец Пачеко сообщил им, что прихожане с ними. Он побуждал их иметь «esperanca, forca, coragem» - «надежду, силу и мужество». Для Макканнов эти слова станут чем-то вроде мантры, которую необходимо постоянно повторять на португальском языке в самые тяжелые для них моменты.

Алан Пайк услышал от Макканнов нечто, что они вряд ли когда-либо признавали публично. В те первые дни, сообщил он в одном из более поздних интервью, они были уверены, что их дочь мертва. Он напомнил им о фактах: «К настоящему времени не обнаружено ничего, что свидетельствовало бы о том, что Мадлен мертва».

В течение последующих месяцев Пайку пришлось буквально каждый день общаться с Макканнами, регулярно встречался с ними в последующие два года, и даже после этого он не прерывал с ними связь. Один из его первых советов, на первый взгляд казавшийся сомнительным, в итоге оказался полезным. Практически с самого начала они находились в окружении членов семьи, искренне желавших помочь, но не преуспевшими в этом отношении.

Пайк, рассказывал Джерри, помог им «смотреть вперед, пытаться выкинуть из головы все размышления, сделать все, чтобы смотреть вперед». Он сказал, что их эмоциональное состояние в это время важнее эмоционального состояния других людей, предположив – в некотором смысле – что численность приехавших членов семьи может быть избыточной. Было решено, что родители Кейт и ее тетя, мать Джерри и его брат вскоре вернутся в Соединенное Королевство.

Тем временем дезориентированная Кейт хваталась за любую соломинку. Когда подруга подруги ее родственницы в Соединенном Королевстве сообщила о том, что имела «видение» Мадлен в какой-то лодке, пришвартованной поблизости, она должным образом проинформировала об этом полицию. Когда судно было обыскано, как и ожидалось, ничего на нем найдено не было.

Однако другой эпизод, тоже связанный с «видением», заставил Джерри изменить свое отношение к происходящему. Когда супруги молились в местной церкви, вспоминал он, «я начал думать… Я чувствовал себя по-настоящему очень плохо и не был уверен, каким путем следует идти. И у меня в голове возник образ, будто я нахожусь в туннеле, а вместо света в конце него туннель становился все уже и уже и только в очень отдаленной точке показался маленький кусочек света, а туннель начал становиться все шире и шире… Как будто что-то – я не говорю, что это был Святой Дух – снизошло на меня и показало этот образ… Я не могу сказать, что это было видение, потому что я не знаю, какими бывают видения. Но у меня в мозгу возник образ, и он определенно помог мне принять решение. В ту ночь я стал одержим. На следующий день я встал на рассвете и начал делать телефонные звонки».

Советник по кризисным ситуациям Пайк, убеждавший супругов: «возьмите под контроль происходящее, насколько вы способны», мог оказать не меньшее влияние, чем это видение. Будучи кардиологом высокого уровня, Джерри Макканн всегда был разумным, целеустремленным человеком, но в некоторой степени ведомым. Он вспоминал, что размышлял тогда: ««Мы не должны каждый день плакать с утра до ночи, потому что это не поможет». И вот, через три дня я взял себя в руки, раньше, чем это смогла сделать Кейт». Хоть и будучи травмированным эмоционально, Джерри с этого момента начал демонстрировать свою решимость не быть пассивной жертвой. Наоборот, он превратился в главную движущую силу того процесса, который уже начал превращаться в уникальную глобальную историю.

К этому времени у Макканнов уже был советник по СМИ и, в некоторых случаях, официальный спикер, который, как и Пайк был предоставлен туристической компанией. Алекс Вулфол, специализировавшийся в основном на оказании помощи компаниям, действующим в сложных ситуациях, отмечал, что дни шли за днями, а Джерри «вел себя так, как это делал бы врач. Врачи – аналитики по натуре. Он начал беседовать со мной на стратегические цели, о том, что они могут сделать сами».

Репортеры, фотографы, команды телевизионщиков были теперь на месте в полном составе, большинство из них расположилось как можно ближе к номеру, где проживали Макканны. Они составляли новостные сообщения, хотя никаких новостей не было, выдаивали из местных жителей и туристов ничего не значащие интервью. Одна из команд телевизионщиков проникла в церковь, где Кейт, как она думала, могла обрести уединение. Когда впервые она и Джерри отважились выйти на прогулку, журналисты толпой следовали за ними.

Спустя немногим более недели после того, как они впервые укутали в одеяло свою маленькую дочь на ночь за время своего отдыха в Португалии, два врача стали известны во всем мире, а их жизнь изменилась – к сожалению, по самой худшей из возможных причин. Они еще не могли знать, что уже очень скоро о них поползут ядовитые слухи, появятся поддельные «расследования» и откровенная ложь. Они еще не могли знать, что СМИ – и португальские, и британские – пока еще с виду очень сочувственно к ним относящиеся, оклевещут их.

Отношения Макканнов с Судебной Полицией, которые с самого начала были непростыми, стали развиваться в наихудшем направлении. 10 мая супругов и их друзей Мэтта Олдфилда, Расса О’Брайена и Джейн Таннер попросили вновь прибыть в отделение полиции и дать новые показания. Поначалу их впечатления от этой встречи показались им многообещающими, затем тревожными, а в конце концов – совсем зловещими. Офицеры выглядели дружелюбными и – что более важно – активно работающими над делом. Кейт провела восемь часов в ожидании, но в конце концов услышала, что может возвращаться домой. Пройдет еще четыре месяца, прежде чем полиция вызовет ее снова.

Друг Макканнов Мэтт Олдфилд провел в отделении неспокойное время. Джерри, бывший неподалеку от того места, где Олдфилд давал показания, слышал, как он кричал будто в истерике. Ему сообщили, как он говорил впоследствии, что именно он передал Мадлен из окна спальни своему сообщнику. Это было похоже на сериал Жизнь на Марсе. (*)
(*) Научно-фантастический и детективный сериал ВВС, транслировавшийся до апреля 2007 года.

На фоне всех этих событий, происходивших на той неделе в Прайа-да-Луш, вдали от всеобщей суматохи друзья Макканнов собрались еще раз для того, чтобы реконструировать – на сей раз в формальном документе – события вечера, когда пропала Мадлен. Как уже раньше сообщалось на страницах нашей книги, Расс О’Брайен в первые часы после несчастья набросал две очень грубые хронологии, составленные в самых общих чертах. Полиция сообщила, что эти документы, написанные на обертке детской книжки, не подойдут. Поэтому, четыре или пять дней спустя, они снова работали над хронологией.

«Когда мы вернулись после наших первых допросов, то все почувствовали, - вспоминал Расс О’Брайен, - что наверняка множество деталей не было сообщено полиции в тот вечер. Нам всем очень хотелось сообща составить хронологию событий, прежде чем факты начнут затуманиваться в нашей памяти». Воспользовавшись ноутбуком, позаимствованным у одного из тренеров по теннису, О’Брайен набросал первый предварительный вариант, пока Джерри и Кейт занимались другими делами. После своего возвращения они добавили свои комментарии. В результате документ оказался гораздо более длинным и детализированным документом, с привязками по времени передвижений членов группы за те полтора часа, пока не было обнаружено исчезновение Мадлен. Этот документ, по мнению группы, являлся наиболее точным отчетом о произошедших событиях, который они были в состоянии составить.

Озаглавленный «Хронология событий: вторник, 3 мая 2007 года, с 20:30 до 22:00», данный трехстраничный документ был скопирован на карту памяти и передан британскому офицеру по связи, который, в свою очередь, официально передал его старшему офицеру Судебной Полиции. Он остается единственным наиболее согласованным отчетом, подготовленным людьми, непосредственно участвовавшим в описанных событиях, произошедших тем вечером, и приводится ниже:

Хронология событий: вторник 3 мая 2007 года – с 20:30 до 22:00

По воспоминаниям:
Джерри Макканна – 5А
Кейт Макканн – 5А
Дэвида Пейна – 5Н (второй этаж)
Фионы Пейн – 5Н (второй этаж)
Дайенн Вебстер – 5Н (второй этаж)
Джейн Таннер – 5D
Рассела О’Брайена – 5D
Мэтью Олдфилда – 5В
Рейчел Олдфилд – 5В

Время показано приблизительно, но в полном соответствии с тем, что нам удалось вспомнить.

До 20:30 все семейные пары и дети находились в своих номерах, готовясь ко сну.
- 5А (Мадлен, Амели и Шон Макканны),
- 5В (Г**** Олдфилд),
- 5D (Э**** и И**** О’Брайен) и
- 5Н (Л**** и С**** Пейн).

20:30 - Стандартное резервирование мест для группы в ресторане «Тапас» - такое же, как и в течение всей недели (понедельник-четверг).

20:35 - Джерри Макканн (ДМ) и Кейт Макканн (КМ) появляются за столиком в ресторане «Тапас».

20:40 - появляется Джейн Таннер (ДТ), а вскоре после нее – Матью Олдфилд (МО) и Рейчел Мампильи Олдфилд (РМО).

20:45 – за столом появляется Рассел О’Брайен (РОБ).

20:55 – МО возвращается к номерам, чтобы проверить помещения на первом этаже, встречая по пути Дэвида Пейна (ДП), Фиону Пейн (ФП) и ее мать Дайенн Вебстер (ДВ), идущих к столу в ресторане.

20:57 – МО прислушивается снаружи у окон всех номеров на первом этаже, выходящих на автомобильную стоянку (5А, 5В и 5D), чтобы удостовериться, что все спят. В это время жалюзи всех окон опущены.

21:00 – МО возвращается за стол. Заказаны закуски.

21:05 – ДМ возвращается в свой номер (5А) и входит в него, используя вход через балкон. Калитка, выходящая на улицу, а также калитка на балконе у вершины лестницы были в то время закрыты. Он входит в номер через балконную дверь, закрытую, но не запертую. Дверь /в детскую спальню/ слегка распахнута (приблизительно на 45 градусов), что необычно. Все 3 детей на месте и спят. ДМ думает, что жалюзи были опущены. В комнате, где спят дети, полностью темно. Уходя из комнаты, ДМ прикрывает дверь приблизительно до 5 градусов. Затем он идет в туалет по малой нужде.

21:15 – ДТ уходит из-за стола и видит ДМ, разговаривающего со знакомым отдыхающим («Джезом» Уилкинсом) снаружи калитки у балкона номера 5А. Оба они стоят по направлению вверх от калитки к улице А. да Силва. Она не заговаривает с ДМ, когда проходит мимо них.

По мере того, как ДТ продолжает подниматься к пересечению с улицей А. да Силва, она видит человека, несущего на руках ребенка, пересекающего перекресток слева направо со стороны номеров на восток по улице А. да Силва по направлению к ресторану «Миллениум». Он был на той же самой стороне дороги, как и ДТ, в 5-10 метрах впереди нее.

Описание мужчины:
- Возраст от 35 до 40 лет.
- Рост приблизительно 1,7 метра, худощавое телосложение.
- Густые темные блестящие волосы, возможно с зачесом направо. Волосы длиннее сзади (т.е. они не подрезаны и не подбриты).
- Передняя и левая часть лица не видны.
- Брюки в полную длину, не костюмные, материя без складок. Цвет возможно коричневато-горчичный. Это не джинсы.
- Жакет с длинными рукавами, застегнутый спереди, возможно на молнию. Он собран по низу и возможно имеет коричневый цвет.
- Туфли полуформального типа.
- Носит ли он перчатки – установить не удалось.
- Он не несет на себе рюкзак или какой-нибудь иной идентифицируемый объект.
- Он несет только ребенка, голова которого находится у левой стороны его грудной клетки, в сторону от ДТ, а ноги у правой стороны, т.е. как бы укачивая ребенка как младенца.
- Он выглядит так, будто идет целенаправленно в определенном направлении.
- Он не относится к числу людей, с которыми ДТ была знакома в последнюю неделю.
- Он одет нетипично для «туриста», или, по крайней мере, его одежда не кажется пошитой в Великобритании и скорее всего приобретена в Португалии.

Описание ребенка:
- Ребенок выглядел как девочка европейского типа в возрасте 3-4 лет.
- Она лежала в его руках неподвижно/расслаблено находясь в состоянии сна или, возможно, под действием наркотиков.
- Казалось, что она недостаточно одета для этого времени - позднего вечера, на ней была только пижама; на штанах был легкий цветочный орнамент, возможно с завернутыми вверх кромками. Топ хорошо разглядеть не удалось, но, как кажется, он имел другой цвет, возможно розовый.
- На ее ногах не было обуви.

ДТ проверила только номер 5D, войдя в него через закрытую на замок дверь номера со стороны автостоянки. Оба ребенка внутри спали. Она не проверяла номера 5А и 5В.

21:20 – ДТ возвращается в ресторан, к этому времени ДМ также уже возвратился. Вся компания принимается за закуски, которые поданы к этому моменту.

21:25 – Покончив с закусками, МО и РОБ возвращаются в номера через вход у автомобильной стоянки для проверки помещений. Сначала они идут в 5D, где слышат плач дочери РОБ Иви. РОБ входит в номер, в то время как МО проверяет внутри 5В, а затем возвращается в 5D.

21:30 – РОБ остается в 5D, поскольку его дочь вырвало. МО идет проверять 5А через балконный вход. Калитка на улицу закрыта, а вот дверка наверху лестницы на балкон возможно открыта. Балконная дверь закрыта, но не заперта.

МО входит в номер, слышит какой-то звук, доносящийся из детской спальни, возможно издаваемый ворочающимся в своей кроватке одним из близнецов. Он не входит в спальню, но может видеть через сейчас уже открытую дверь (больше, чем на 45 градусов) внутренность комнаты. Он видит обоих близнецов в своих кроватках, но специально не проверяет Мадлен, так как не раздается никаких звуков, а близнецы спят. Он вспоминает, что в комнате кажется более светло, чем он ожидал, возможно из-за того, что жалюзи подняты, а занавески раздвинуты.

21:35 – МО возвращается за ресторанный столик, к этому времени подаются или уже потребляются основные блюда. МО сообщает ДТ, что Иви плохо себя чувствует.

21:40 – ДТ возвращается в 5D, чтобы сменить РОБ за уходом за Иви.

21:45 – РОБ возвращается за стол, чтобы съесть основное блюдо, оставляя ДТ в 5D.

21:55 – РМО спрашивает за столом, который час. Появляется основное блюдо для РОБ.

22:00 (приблизительно) – КМ покидает стол, чтобы проверить детей в 5А. Калитка закрыта, калитка наверху лестницы также, возможно, закрыта. Она входит через закрытый балконный вход, занавески на котором задернуты. Она проходит через жилую зону, со стороны детской спальни не слышно никаких звуков. Она готова уйти, когда замечает, что дверь в спальню открыта (приблизительно на 60 градусов).

Она пытается закрыть ее, и дверь захлопывается. Посчитав, что открытая балконная дверь вызвала сквозняк, она проверяет эту дверь, но она закрыта. КМ возвращается в спальню и открывает дверь в нее, чтобы проверить, не обеспокоил ли детей произведенный шум.

В этот момент она замечает, что Мадлен нет. Она проверяет другую кровать в комнате, а также их с Джерри кровати. Затем она повторно проверяет, не находится ли Мадлен в своей спальне. В этот момент она замечает, что занавески развеваются с порывом ветра. Она подбегает, отдергивает занавески и замечает, что жалюзи полностью подняты, а окно открыто, ставня полностью сдвинута влево.

Затем она обыскивает ванную, кухню и гардеробы.

Не найдя Мадлен, она бежит к входу в ресторан, крича с дорожки, ведущей к ресторану, и поднимая тревогу из-за пропажи Мадлен.
« Последнее редактирование: 16.01.16 00:00 »


Поблагодарили за сообщение: Saggita | maria_pr | Iraida | vvvvv | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

К тому времени, когда Джейн Таннер принимала участие в составлении новой хронологии, она еще больше была убеждена в том, что ребенка, которого, как она видела, переносили через дорогу – во время проверки своих собственных детей в 21:15 в тот роковой вечер – была Мадлен. Ее уверенность в этом основывалась на цвете пижамы, которая была надета на ребенке.

В своих показаниях полиции наутро после исчезновения Мадлен, Таннер сообщила, что на ребенке, которого она видела, по ее мнению, была одежда, «выглядевшая как пижама из хлопка светлого цвета (возможно белого или розового)». Хотя она и не была уверена, но сказала, что на пижаме, как кажется, был изображен узор, возможно с изображением цветов».

Однако на следующий день, когда они сидели вместе с Фионой Пейн, она увидела статью в Daily Telegraph, в которой пижама Мадлен описывалась как «белая» - без каких-либо упоминаний ни о розовом цвете, ни об узорах из цветов. Прочитав это, как вспоминала Фиона, Таннер отреагировала немедленно. «Может я видела тогда все-таки не Мадлен», сказала она, «если на ней была надета белая пижама. Потому что у того ребенка пижама не была белой… На ней было, я точно уверена, на ней было что-то вроде узора, а штанишки были закатана вверх или там была еще какая-то деталь внизу».

Фиона была поражена. «В тот момент, - говорила она позднее, - у меня в жилах похолодела кровь». Потому что Фиона уже знала (а Таннер еще нет) – от Кейт – цвет и дизайн пижамы, которая была на Мадлен, когда ее уложили в постель. И это было на самом деле очень похоже на то, как описывала Таннер цвет и дизайн штанишек пижамы – все, что она могла видеть – на ребенке, которого, как она видела, нес незнакомый мужчина.

Пижамные штанишки, как рассказала полиции Кейт через несколько часов после исчезновения, действительно были белые, но с розовым цветочным узором по мотивам ослика Иа из «Винни-Пуха», и небольшая гофрированная оборка внизу на каждой штанине (см. фотографию). Она купила пижаму в прошлом году в магазине Marks & Spenser.

Когда значение виденного ею дошло до ее сознания, когда Таннер поняла, что она, возможно, действительно видела похитителя, уходящего прочь вместе с Мадлен, она была потрясена. «Мне было очень плохо, - скажет она много месяцев спустя. Я чувствовала, что могла бы сделать так, чтобы это не произошло. Я думаю об этом каждый день».

Насколько важным было – или не было - для расследования то, что видела Таннер, останется под вопросом в течение нескольких последующих лет.

Со своей стороны, Кейт Макканн снова и снова упрекала себя в другой вещи, связанной с одним маленьким обстоятельством, которое беспокоило ее еще до того, как она обнаружила, что ее дочь исчезла. З ужином в то злополучный вечер, о чем уже говорилось выше, она упомянула об утреннем эпизоде, когда Мадлен спросила, почем ее мать не пришла к ней прошлой ночью, «когда я и Шон плакали».

Мадлен не ответила, когда мать попросила рассказать об этом подробнее. Как это часто бывает с детьми, ее внимание переключилось на что-то другое. После ее исчезновения данный инцидент засел в голове у Кейт – до такой степени, чтобы рассказать португальской полиции о том, что она считает этот вопрос «странным». Она снова упомянула об этом в разговоре с британскими полицейскими офицерами два дня спустя в Прайа-да-Луш.

Означал ли вопрос Мадлен, размышляли она и Джерри, что в номере 5А побывал кто-то вечером накануне исчезновения? «Когда мы обнаружили, что она пропала, - расскажет она через несколько лет, - мне показалось вполне вероятным, что кто-то попытался проделать это прошлым вечером, но его спугнули. Может быть, когда дети начали плакать, он запаниковал и сбежал».

Была также еще одна вещь. Тот факт, что несмотря на суматоху, продолжавшуюся всю долгую ночь 3 мая – несмотря на завывания отца и истерику матери – близнецы продолжали спать. «Они не шевелились, - вспоминала Фиона, - это было странно… Кейт продолжала класть ладони на близнецов, чтобы проверить, дышат ли они. Она очень старалась проверять, все ли с ними в порядке… это казалось очень странным… они даже не мигали».

Даже когда их в конце концов перенесли в другой номер, как вспоминали Фиона и ее мать Дайенн, близнецы так и не проснулись. Более того, ребенок, которого несли около номера 5А и которого видела Джейн Таннер, был «недвижим/расслаблен» - не так, подумала она, как выглядит ребенок, которого только что взяли с постели.

Не может ли быть так, спрашивала Кейт британских полицейских два дня спустя, что тот факт, что ее дети оставались глубоко спящими, указывал на применение седативных препаратов – к кому-нибудь из детей или ко всем детям сразу – похитителем? Нельзя ли объяснить этим крайнюю усталость, которую она заметила у Мадлен в тот вечер? Не давали ли ей что-нибудь в течение дня или даже в предыдущий вечер?

Предположение Кейт подкреплялось воспоминанием о том, что она заметила коричневое пятно на верхней части пижамы Мадлен утром 3 мая, когда ее дочь упомянула о том, что плакала предыдущей ночью. Тогда Кейт подумала, что это пятно от чая, но позднее она уже не была в этом уверена. Спустя годы этот вопрос все еще ее беспокоил.

Один из наркотиков, который может быть использован в качестве седативного препарата, а именно паральдегид, оставляет коричневое пятно на коже после инъекции. Однако он не оставляет подобный след на материале и поэтому не может объяснить происхождение пятна на пижаме Мадлен. То, что выглядело пятном от чая, вполне могло им и быть.

Судебно-медицинская экспертиза человеческого волоса может иногда определить, употреблялся ли его хозяином наркотик, и такие тесты были позднее проведены с волосами близнецов. Они дали отрицательный результат, но это может ничего и не значить. Многие месяцы прошли с момента происшествия до проведения тестов, необходимые волосы могли быть за это время уже быть срезаны. Кроме того, анализ волос не является точной наукой.

Были ли близнецы усыплены или нет, как мог похититель довести Мадлен до бессознательного состояния, прежде чем вынести ее из номера 5А? Консультации с экспертами в области анестезии и токсикологии не дают простого ответа. Некоторые из упомянутых наркотиков могут быть введены в организм либо путем инъекции, либо через рот, но оба этих метода вряд ли были использованы 3 мая 2007 года. Даже если бы предполагаемый похититель обладал умением и соответствующими медицинскими принадлежностями, существовал риск того, что ребенок проснется и закричит, прежде чем препарат начнет действовать. Попытка ввести препарат через рот спящего ребенка, связана с такой же опасностью.

Один за другим – к удивлению авторов – дававшие консультацию эксперты ссылались на возможности хлороформа, препарата, о который, как считали авторы, применялся только в рассказах о Шерлоке Холмсе. Кусок ткани или подушка действительно могут быть использованы для введения хлороформа, как описывает почтенная детективная литература. Он действует быстро и может довести человека до бессознательного состояния менее чем за две минуты. В руках умелого человека хлороформ может быть очень эффективен для приведения спящего ребенка в бессознательное состояние. Врачи использовали его подобным образом в викторианскую эпоху для того, чтобы не пугать детей перед проведением хирургических операций.

Однако у хлороформа существуют и серьезные недостатки – очень немаловажные для гипотетической версии похищения ребенка в деле Мадлен. Этот препарат имеет острый запах, который можно распознать в течение часа – в зависимости от размера комнаты и вентиляции. Хотя, возможно, имело значение то обстоятельство, что, как утверждала Кейт Макканн, окно было открыто, когда она возвратилась в номер и обнаружила исчезновение Мадлен, ни она, ни один из других людей, побывавших в номере 5А, этого запаха не обнаружили.

Из числа нескольких других анестезирующих препаратов, которые можно применять, как и хлороформ, намочив кусок ткани, один – севофлуран – может привести маленького ребенка в бессознательное состояние в течение пары минут. Однако севофлуран также оставляет ощутимый запах. Другие препараты, способные привести человека в бесчувствие – технические растворители бензол, ксилол и толуол, которые используются в чистящих средствах и в средствах для снятия краски. Однако они также могут в течение неопределенного периода времени оставлять заметный запах.

Большинство указанных выше седативных препаратов используются в так называемых DESA – Сексуальных нападениях с использованием наркотиков. Однако, для того, чтобы содержать объект нападения в состоянии сна в течение того периода времени, который потребуется похитителю, он должен вводить седативный препарат, держа при этом дыхательные пути свободными. Если введение препарата остановится, то объект нападения проснется. А если препарат будет применяться неправильно или если пациент, либо жертва будет сопротивляться и сделает глубокий вздох и получит слишком большую концентрацию препарата – может произойти остановка сердца. Анестезия, примененная любителем, может убить.

В субботу, 12 мая, исполнилось четыре года со дня рождения Мадлен. Еще раньше к ограждению на площади в Ротли, деревне в Лестершире, где она проживала, привязали желтые ленточки, которые будут висеть там много дней. Теперь же, чтобы отметить ее день рождения, в небо выпустили воздушные шарики. В Глазго, родном городе Джерри, футбольные болельщики шотландской Премьер-лиги надели желтые браслеты и держали плакаты с надписью: «ПОМОГИТЕ НАЙТИ МАДЛЕН».

В Прайа-да-Луш официальный представитель Макканнов Алекс Вулфол зачитал заявление Макканнов. «Сегодня четвертый день рождения Мадлен, - гласило оно, - мы хотим отметить этот день, попросив людей удвоить свои усилия, чтобы помочь найти Мадлен… Пожалуйста, продолжайте искать, продолжайте молиться, пожалуйста, верните Мадлен домой».

Джерри и Кейт провели день вдали от прессы, на частной вилле, предоставленной в их распоряжении отелем «Оушн Клаб». Принесли вино и пиво, Джерри попытался произнести праздничный тост в честь своей дочери, но был так расстроен, что не мог продолжать.

Вечером супруги присоединилась к молящимся в количестве более трехсот человек на специальной церковной службе, посвященной Мадлен. Молящиеся соединились одной зеленой лентой, что символизировало единство. Некоторые несли в руках зеленые ветки молодых весенних побегов – символизирующие рост, надежду и новую жизнь.

Два дня спустя, в понедельник, 14 мая, Кейт Макканн отправилась на пробежку (она и ее муж оба бегуны) – в первый раз со дня исчезновения Мадлен ей удалось собраться с духом для этого. Во время бега она повторила десяток молитв.

В тот вечер, в 9:24, Sky News передало сообщение о том, что некий мужчина допрашивается португальской полицией в связи с делом Мадлен. Вскоре выяснится, что его зовут Роберт Мюрат.

Обратимся теперь к этой запутанной истории.


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | Iraida | vvvvv | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 7

Насколько это следует из имеющихся документов, история с Мюратом началась рано утром 4 мая, вскоре после исчезновения Мадлен. Между 8 и 9 часами утра Стивен Карпентер, британский турист, остановившийся в номере, расположенном на расстоянии около ста пятидесяти ярдов от номера 5А, услышал мужской голос, произносящий: «Что происходит?»

Вопрос был задан по-английски и раздался с другой стороны изгороди, отделявшей жилой блок отеля от частного участка. Карпентер, познакомившийся с Макканнами в прошедшую неделю, объяснил, что он только что узнал об исчезновении их дочери. Невидимый собеседник из соседнего сада наконец показался, чтобы сказать: «Я живу здесь уже четырнадцать лет. Я хорошо говорю по-португальски, я могу помогать с переводами». Его зовут, как он сказал, Роберт, он также добавил, что у него есть дочь в Соединенном Королевстве в таком же возрасте, что и Мадлен. Он понимал, что приходится переживать ее родителям.

Это был Роберт Мюрат, тридцатитрехлетний сын матери-британки и отца, наполовину англичанина, наполовину португальца. Он вырос в Прайа-да-Луш, но работал и в Португалии, и в Соединенном Королевстве. Он разошелся со своей женой-британкой, проживавшей в Англии с их четырехлетней дочерью. Хорошее знание Мюратом португальского языка периодически давало ему возможность подзаработать в качестве переводчика в Соединенном Королевстве.

Карпентер, как он сообщал впоследствии, сразу понял, что эта встреча с Мюратом может быть полезной. Без промедления он отвел своего нового знакомого в отель «Оушн Клаб» и представил его Джерри и Кейт Макканнам. Сержант НРГ Дуарте, вернувшийся к тому времени на место происшествия после небольшого перерыва, вспоминал, что Мюрат «предложил помощь в качестве переводчика». Он уже был там, стоя в готовности помогать, когда в 9:30 к номеру 5А прибыл инспектор СП. Когда корреспондент Daily Telegraph Фиона Говэн появилась у номера 5А, Мюрат был «первым, кто ее встретил». Впоследствии они встречались несколько раз, и он рассказывал ей, что работает в тесном контакте с полицией.

Днем, в сопровождении представителя отеля «Оушн Клаб», Мюрат работал с офицерами, допрашивающими британских постояльцев. Полиция упоминала его в качестве «переводчика» в протоколах нескольких допросов свидетелей, в том числе в протоколе допроса Дайенн Вебстер, матери Фионы Пейн.

Мюрат быстро стал знакомым многих британских журналистов, съехавшихся в Прайа-да-Луш. Помимо работы с полицией, он помогал своей матери – с которой проживал вместе в доме – с созданным ею импровизированным информационным стендом, установленным на пляже. Несколько раз он делился своей точкой зрения, как сообщала Говэн из Telegraph, заключавшейся в том, что Мадлен «была похищена кем-то не из местных жителей и что он думает, что ее уже нет в Португалии и ее вряд ли удастся найти».

«Я просто местный парень, который делает все возможное, чтобы помочь», - говорил Мюрат репортеру Daily Mail Нилу Сирсу. Через три дня после начала расследования, однако, в воскресенье, 6 мая, некоторые журналисты стали относиться к нему с подозрением. В тот день к инспектору Судебной Полиции Мануэлю Пиньо «обратилось несколько журналистов, сообщивших, что они считают поведение Мюрата при общении с ними очень подозрительным, особенно потому, что он всегда демонстрировал крайнее любопытство… Когда они попытались сфотографировать его, он показался очень встревоженным и прямо им отказал, сказав, что у него дочь в таком же возрасте, что и пропавшая девочка, и что он находится в процессе развода».

Затем, 8 мая неизвестный человек – женщина, бегло говорившая на португальском языке – позвонила в Судебную Полицию. Она вылила целый поток зловещих обвинений, ни одно из них не подтвержденных фактами, но явно направленных против Мюрата – игнорировать их было сложно.

Пять дней спустя, вечером 13 мая, португальская полиция – действуя через британского офицера по связи – пригласила подругу Макканнов Джейн Таннер принять участие в скрытом эксперименте опознания личности. Они хотели выяснить, считает ли она, что Мюрат является тем человеком, которого она видела несущим ребенка около номера 5А за сорок пять минут до того, как обнаружилось исчезновение Мадлен.

Надежного и убедительного отчета о процедуре опознания, а также о ее результатах, не имеется. Она, очевидно, представляла собой скрытое наблюдение Таннер и полиции – из фургончика, замаскированного под коммерческий автомобиль – за тем, как Роберт Мюрат и два непохожих на него человека переходили дорогу. В соответствии с утверждениями руководителя расследования Гонсало Амарала, Таннер узнала в Мюрате человека, которого она видела в вечер исчезновения Мадлен с ребенком на руках – «по его походке». В сбивчивых ответах в ходе гораздо более позднего допроса сама Таннер сказала одновременно две вещи: она не думает, что это был Мюрат, и, похоже, в то время она думала, что это мог быть он. По сообщению Кейт Макканн, португальские полицейские, сопровождавшие Таннер, сказали ей, что не надо подписывать какие-либо показания о результатах опознания.

Еще до проведения этого судебного эксперимента с Таннер Мюрат арендовал автомобиль и временно покинул территорию Прайа-да-Луш. Он рассказал британскому репортеру, освещавшему эту историю, что его стало беспокоить внимание, которое ему оказывали. Тем не менее, он продемонстрировал присутствие достаточного чувства юмора, чтобы поддержать шутку, порожденную журналистами – о том, что он был «главным подозреваемым». Он даже стал представляться как главный подозреваемый.

14 мая, на следующий день после проведения опознания с Таннер, никто уже больше не смеялся. В то утро в 7:00 полиция вошла в дом недалеко от отеля «Оушн Клаб», где проживал Мюрат вместе со своей семидесятилетней матерью. Они огородили его лентой, можно было видеть, как одетые в белое полицейские в масках ходили тут т там и работали в саду. Были осушены два больших бассейна с водой. Как сообщила ВВС, были забраны компьютеры, мобильные телефоны и видеозаписи.

Джерри и Кейт Макканны узнали о происходящих событиях из телевизионных новостей. Они смотрели их стоя, оцепенев от мысли, что следующее, что покажут в новостях, будет полицейский, выходящий из дома с маленьким мешком, где лежит тело.

Однако такой ужасной находки так и не будет сделано ни в тот день, ни в последующие дни. Главный инспектор СП Олегарио де Соуза заявил, что обыск на вилле был «обычной процедурой». Тем временем, Роберта Мюрата отвезли в полицейский участок для допроса; он был официально объявлен arguido – статус, обычно получаемый в подобных ситуациях в португальской юридической системе.

Приблизительный перевод слова arguido – «объявленный» или «формальный» подозреваемый. Важно понимать его смысловое значение, не в последней степени потому, что сами Макканны впоследствии будут объявлены arguido. Данный термин формально означает лицо, которое подозревается в возможном совершении преступления. Статус человека, объявленного arguido, схож со статусом «предупрежденного перед допросом» в Соединенном Королевстве или – в Соединенных Штатах – лицу, которому зачитали его права в соответствии с Правилом Миранды.

Лицу, объявленному arguido, можно задавать обвиняющие его вопросы, а его ответы на эти вопросы заносятся в протокол. Однако, помимо ряда неудобств, связанным с получением статуса arguido, имеется и ряд преимуществ и дополнительных прав. Такой человек имеет право на присутствие своего адвоката во время допроса, имеет право сохранять молчание, не может преследоваться за ложные показания и должен быть ознакомлен со всеми уликами, имеющимися против него.

Подвергнутый девятнадцатичасовому допросу, публично названный подозреваемым, Роберт Мюрат был выпущен без предъявления ему обвинений. Его возможности высказываться публично были теперь серьезно ограничены португальским законодательством, но в эксклюзивном интервью криминальному корреспонденту Sky News Мартину Брюнту он заявил, что «был сделан козлом отпущения за что-то, что сам не делал… Это разрушило мою жизнь и затруднило существование моей семье как здесь, так и в Британии».

В Соединенном Королевстве, в деревне в графстве Норфолк, жена Мюрата Доун, с которой он находился в процессе развода, заявила, что верит в «полную невиновность» своего мужа. Он был, как она сказала, «самый предупредительный и искренний человек, которого она когда-либо встречала». Она и другие люди выходили с плакатами, на которых были написаны подобные заявления. Дядя Мюрата Ральф сказал, что «он так ласков и добродушен. Он просто пытался помочь». Его двоюродная сестра Салли сказала, что Мюрат «никоим образом» не мог быть причастен к исчезновению Мадлен. Он всего лишь проявил «излишний энтузиазм, стараясь помочь людям, как он обычно и делает». Его английский друг и бывший коллега Гарет Бэйли сказал, что он просто «непринужденный парень».

В Прайа-да-Луш также нашлись люди, оказавшие ему поддержку. Вероника Феннел, работавшая с Мюратом, сказала, что он «прекрасный парень», «трудяга», который «хотел оказаться в центре внимания». Друг семьи Так Прайс сказал, что Мюрат был «очень огорчен» обвинениями и «отчаянно желает сам выступить и очистить свое имя».

Непростое положение, в которое попал Мюрат, продлилось еще много месяцев и повлияло на судьбу еще трех человек, включая немку Михаэлу Вальцух, с которой он находился в романтических отношениях. Они планировали работать вместе на рынке недвижимости, виделись почти каждый день и часто разговаривали по телефону. Теперь детективы усердно допрашивали Вальцух о ее передвижениях и контактах с Мюратом в критичные для расследования промежутки времени. Во время обыска дома Мюрата они обыскивали и ее дом.

Объектом внимания оказался и двадцатиоднолетний русский по имени Сергей Малинка, работавший в компьютерном бизнесе. Мюрат и Михаэла Вальцух попросили его создать веб-сайт и по этому вопросу тесно контактировали. Поэтому и он, в свою очередь, был допрошен, а в его доме был проведен обыск.

Клеветнические заявления самого разного толка будут появляться относительно этой троицы. На следующий день после исчезновения Мадлен, по заявлению водителя грузовика, он видел рядом с автомобилем женщину-блондинку, передающую через изгородь «сверток, завернутый в одеяло» - по мнению водителя, там мог находиться ребенок – мужчине, находившемуся в другом автомобиле. Когда ему показали фотографии, свидетель посчитал, что одна из них, возможно, напоминала Михаэлу Вальцух. Эта нить никуда не привела. Комплексная проверка отчетов об их звонках с мобильных телефонов, установление мест, где находились телефоны в момент, когда с них делались звонки, показали, что Вальцух, Малинка и Мюрат находились за много миль от того места, где предположительно произошла передача таинственного свертка.

Малинка публично заявил, что никогда не привлекался полицией и совершенно невиновен – ничего, относящегося к делу Мадлен Макканн ни в его доме, ни в его вещах не нашлось. Полиция не объявляла его подозреваемым. Тем не менее, он заявил, что фурор вокруг его имени «внезапно, в одночасье» разрушил плоды всех его усилий преуспеть в Португалии».

Что касается Роберта Мюрата, то разрушительные по своим последствиям обвинения не ограничились анонимным телефонным звонком в полицию, имевшим место непосредственно перед тем, как вокруг него разразилась буря. Другие люди делали заявления о его сексуальных и психологических проблемах в прошлом. Все эти заявления оказались безосновательными. Один из свидетелей, допрошенных полицией, Линдон Поллард, знавший его с детства, будучи спрошенным об этих обвинениях, назвал их «смехотворными».

Самым компрометирующим предметом, найденным в доме Мюрата оказался вибратор – какой может быть найден в дальних ящиках в шкафах миллионов людей – и страница из старой копии Daily Telegraph с рецензией о книге под названием «Женщины Казановы». В отчете португальской прокуратуры будет в конце концов отмечено, что анализ содержимого компьютера Мюрата – и, естественно, Малинки – «не обнаружил ничего, что могло было бы уличить их участием в какой-либо незаконной деятельности».

Если оставить в стороне язвительные обвинения и скандальные слухи, то действительно важное значение имело то, как Мюрат, его любовница Вальцух и Сергей Малинка могли объяснить, чем они занимались вечером 3 мая, когда исчезла Мадлен.

Вальцух заявила, что она и ее дочь присутствовали на Библейском собрании – она принадлежала к числу Свидетелей Иеговы – она задержалась после него и прибыла домой около 23:00, а затем легла спать. Малинка заявил, что в тот вечер ужинал дома вместе с семьей, а затем работал на своих компьютерах в своей комнате. В документах расследования не содержится ничего, из чего можно было бы заключить, что полиция не была удовлетворена их алиби.

К несчастью для Роберта Мюрата, сведения о его местопребывании в критические часы того вечера и ночи были поставлены под определенное сомнение. С самого начала он утверждал, что в тот вечер приехал домой около 19:30 – после того, как, по его мнению, его мать Дженни вернулась после выгуливания собак – и провел вечер, смотря телевизор, ужиная и разговаривая со своей матерью на кухне. Около «22:30 или немного раньше», по его словам, он услышал звук сирены. Его мать Дженни, чьи показания соответствовали показаниям сына, также заявила, что слышала сирену. Если это было действительно так, то они, должно быть, слышали сирену первого полицейского автомобиля, спешившего в отель «Оушн Клаб» в результате звонков с сообщением об исчезновении Мадлен. Она прибыла на место около 23:00.

В соответствии с показаниями Мюрата, он, услышав звук сирены, сделал какое-то замечание матери, «но не выходил из дома, чтобы разобраться, в чем дело… лег спать около полуночи и не выходил из дома до следующего утра».

Сначала возникли вопросы относительно этой хронологии, поскольку некоторые из членов группы Макканнов, а также некоторые другие люди заявили о том, что, по их мнению, они видели Мюрата – или человека, похожего на него – рядом с номером 5А в ночь исчезновения Мадлен. Однако трое бизнесменов, знавших Мюрата, и семь полицейских утверждали, что его там не было. Члены группы Макканнов впоследствии допускали, что их воспоминая - о том, что видели его около номера - являются ненадежными.

Наконец, имеется одна вещь, которая выяснилась в результате анализа телефонного траффика Мюрата в вечер, когда исчезла Мадлен. Из него видно, что он разговаривал со своей любовницей Михаэлой Вальцух три раза по своему мобильному телефону между 23:20 и 23:48. В этот период также был зарегистрирован его краткий, тридцатисекундный звонок Сергею Малинке в 23:39. Последний звонок Михаэле Вальцух был сделан со стационарного телефона в доме Мюрата в 23:53 и продолжался до 00:01. Если предположить, что этот звонок не был сделан его матерью, то, следовательно, в это время сам Роберт Мюрат находился дома.

На этом испытания не закончились – ни для Мюрата, ни для Малинки. Поздней весной 2008 года автомобиль Малинки, припаркованный возле его дома, был сожжен. Рядом на тротуаре кто-то намалевал слово «FALA» - «ГОВОРИ». По словам Малинки, он «живет, будто в плохом сне, который никогда не закончится».

Не закончилась пытка и для Роберта Мюрата. Он все равно официально оставался в статусе arguido.

Мюрат превратился в заложника истории с Мадлен. Страшась высунуть нос из дома, он вскоре стал «отчаявшимся человеком… постоянно расхаживающим взад-вперед», - сообщала его мать. Он рассказывал одному британскому посетителю: «Я абсолютно ничего не сделал. Мне нечего скрывать… А всю мою семью буквально распяли».

Два месяца спустя с ним продолжали поступать как с подозреваемым, когда полиция явилась к нему, чтобы во второй раз обыскать участок земли вокруг его дома. Всю невысокую растительность удалили, деревья срубили, земляной покров проткнули щупами – а сам он снова оказался осажденным репортерами. В октябре, когда ничего не изменилось, он будет рассказывать ВВС: «Прошло пять месяцев. Мои сбережения потрачены. Мама делает все, что в ее силах, но все просто очень, очень тяжело».

Этой беде суждено было длиться, как выяснилось, более года. Однако в июне 2008 года, как следует из отчета португальской полиции, она пришла к выводу, что «в ходе исчерпывающего и методичного изучения деятельности Мюрата и людей, близких к нему, не было обнаружено абсолютно никаких свидетельств, связывающих его с совершением расследуемого преступления». На следующий месяц было объявлено о снятии с него статуса arguido.

Мюрат в судебном порядке преследовал одиннадцать британских газет и агентство Sky News за клеветническое освещение его жизни за прошедший год. Они принесли извинения и выплатили около 600 тысяч фунтов компенсации. Сергей Малинка и Михаэла Вальцух, которые также подали иски в суд, получили извинения и в общей сложности 200 тысяч фунтов компенсации.

Изучение авторами настоящей книги документов португальской полиции подтверждает тот факт, что не существует абсолютно ничего, что могло бы указать на причастность Роберта Мюрта Михаэлы Вальцух и Сергея Малинки к исчезновению Мадлен Макканн. Бывший «объявленный подозреваемым» Мюрат в конце концов получил возможность публично рассказать о том, что ему пришлось вытерпеть. Будучи главным докладчиком на заседании Кембриджского Союза по вопросу о деятельности «желтой» прессы, он рассказал, как – месяц за месяцем – он ощущал себя «как лиса, преследуемая сворой ищеек. Я часто чувствовал, что нахожусь где-то между состояниями, описанными в романах Кафки и в фильме Уилла Смита «Враг государства»».

Вспоминая о том времени, когда начались его мытарства, он говорил, что допрос, устроенный ему полицией, напоминал «фильмы о КГБ. Я чувствовал, что они стараются меня подставить». Моя жизнь, сказал он, была разрушена. Единственное, что он мог отчетливо вспомнить о том, как все начиналось весной 2007 года, это впечатление, «будто они поймали похитителя Мадлен».

Для Роберта Мюрата, возможно, все это так и остается реальной составляющей его нынешней жизни.
« Последнее редактирование: 16.01.16 23:27 »


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | Iraida | vvvvv | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 8.

Хотя во второй половине мая в центре внимания находился «объявленный подозреваемым» Мюрат, вся история Мадлен превратилось в сферу приложения безжалостной журналистской энергии. К 16 мая ВВС сообщала о том, что «огромный интерес СМИ перевернул вверх ногами сонный курорт в Алгарве».

Поначалу там находился в основном британский контингент репортеров, ожидающих любого события, которое могло показаться каким-либо развитием ситуации, ожидающих любого заявления, которое могло поступить от Макканнов, ищущих возможность сделать фотографию, пытающихся – обычно – вести себя сочувственно. Лондонские редакторы возвратили часть британского контингента через десять дней или около того – но в спешке восстановили первоначальные объемы своей активности после того, как разразилась история с Мюратом. «Мы провели здесь неделю, и возвратились в воскресенье, - вспоминал фотограф Sunday Telegraph Джастин Сатклифф. - Но затем во вторник они решили послать нас снова. Мне удалось за это время только постирать вещи».

Другие европейски газеты и информационные каналы следовали их примеру. Сначала среди них были репортеры из соседней Испании, затем немцы, французы, скандинавы и – от Соединенных Штатов – Associated Press. Ведь это была история, оказывающая «сильное эмоциональное воздействие», по выражению репортера немецкого телевидения Сабины Михель, вскоре ставшим общеизвестным, «которое проникает через все границы».

Начиная с самого первого дня с сообщений Algarve Resident, англоязычной газеты из Алгарве, исчезновение Мадлен привела в Прайа-да-Луш все действующие в Португалии собственные СМИ. В течение недели, когда британская пресса была временно отвлечена заявлением премьер-министра Блэра о намерении уйти в отставку, португальская пресса уделяла делу Мадлен больше внимания, нежели британская.

Наиболее простым объяснением данному обстоятельству – вполне возможно, что и самым главным - является тот факт, что португальцы относятся к детям с особой нежностью. Другая, менее приятная причина заключается, как предположило новостное агентство Inter Press, в том, что история Мадлен представляет собой прекрасный пример португальского идиоматического выражения «Para o ingles ver». Оно буквально переводится как «Специально для англичан» - или, другими словами, стать одним фронтом, чтобы надавить на иностранцев и избежать любой критики с их стороны.

Прайа-да-Луш внезапно распростился со своей безмятежностью благодаря сеющим безумие СМИ. Первые вертолеты участвовали в поисках Мадлен. Теперь же они стали использоваться для съемок репортажей. Сон местных жителей был потревожен гудением генераторов, снабжающих электроэнергией грузовики для спутниковой связи. Фотографии, снятые в то время, говорят сами за себя. Макканны, отважившиеся выйти поговорить с прессой, что они делали в большинство из тех дней, обнаруживали себя уставившимися на ряды из множества микрофонов и видеокамер (см. рис. 6).

Например, в своем заявлении, сделанном 14 мая – в день, когда Мюрат был объявлен подозреваемым – Джерри Макканн специально подчеркнул позицию, которой он и Кейт будут придерживаться еще долгое время. При отсутствии свидетельств обратного, говорил он, «мы верим, что Мадлен в безопасности и о ней заботятся». До тех пор, пока ее не найдут, сказал он, у них нет никаких намерений покидать Португалию.

Иногда в такой обстановке, сообщать прессе было практически нечего. У Макканнов возникли трудности, скоро признался Джерри, в связи с проблемой, как он выразился, «информационной пустоты». В соответствии с португальскими законами, как уже говорилось выше, полиция не имела права сообщать информацию о ходе расследования – даже жертвам преступления.

Британские репортеры также сталкивались с трудностями в своей работе при таких ограничениях. «Источники информации для Sky News, - писал криминальный корреспондент этого новостного канала Мартин Брюнт, - здесь довольно скудные. Здесь нельзя незаметно подойти к дружелюбному копу и поболтать с ним вдали от камер. Мне приходится полагаться на местную португальскую прессу, чья надежность иногда находится под большим вопросом».

Вначале Джерри Макканн рассматривал освещение дела крупнейшими изданиями как важную составляющую, как способ привлечь помощь общества в поисках Мадлен. Он, однако не думал, что поиски продлятся долго, он даже сказал поначалу, что дело может оказаться «историей на один уикенд: «Британская девочка похищена из португальского отеля», ужасная история, но не более». Даже несколько недель спустя, отвечая на вопрос, не беспокоится ли он о том, что люди потеряют интерес к делу, он все еще предсказывал, что освещение СМИ этого дела «не продлится долгое время». Хотя он и добавил: «Мы могли бы гораздо более успешно передавать свои призывы людям таким способом, чем могли представить себе в самом начале».

Наиболее сильное визуальное воздействие на телезрителей оказывали репортажи из Прайа-да-Луш и Ротли, деревни, где проживали Макканны. Ограждения около отеля «Оушн Клаб» были увешены желтыми ленточками и украшены цветами. Среди мягких игрушек, принесенных и детьми, и взрослыми, часто встречался меховой Винни-Пух – чей друг Иа, как теперь было всем известно, украшал собой пижаму Мадлен, которая была надета на ней в вечер ее исчезновения.

Более чем в тысяче миль оттуда, в Соединенном Королевстве, множество таких знаков внимания, первоначально размещенных на военном мемориале в Ротли, затем стали размещать на соседних скамейках и даже на соседней автобусной остановке. Кроме ленточек, цветов и игрушек там были детские рисунки, корзинка для пожертвований, религиозные обеты и многочисленные изображения Мадлен. «Мэдди, мы даже не знакомы с тобой, - было написано в одном из посланий, - но ты с нами в наших сердцах». Другая карточка с изображением сложенных в молитве ладоней призывала зрителя «ждать чуда».

Комментарии, размещенные на детском канале ВВС, гласили:

«Мне по-настоящему жаль ее саму и ее родителей… Я всегда ношу желтую ленточку, приколотую к рубашке, и еще одну желтую ленточку в своих волосах. Большую часть времени я ношу одежду желтого цвета. Я верю, что с ней все в порядке!» - Жасмин, 12 лет.

«Я не могу спать, потому что мне снятся кошмары о том, что меня похитили. Держу свои глаза открытыми, чтобы следить – не крадется ли ко мне кто-нибудь в комнату» - Джеймс, 11 лет.

«Это привело к тому, что я чувствую себя сумасшедшей. Когда я одна, я по-настоящему осторожна, даже просто, когда иду домой. Я думаю, это плохо… Скорей Возвращайся Домой, Мэдди хххх» - Лиззи, 11 лет.

Дело об одном пропавшем ребенке стало ежедневным источником новостей (даже тогда, когда и сообщать было нечего), потрясающим общеевропейским событием, мощным, заразительным сочетанием сочувствия, горя и надежды, хотя иногда чересчур сентиментальным и слащавым.

Ключевым фактором, обеспечивший феноменальный рост известности этого дела, является интернет. Спонтанный обзвон по телефону, устроенный Джерри 9 мая, на следующий день, после того, как в церкви к нему явилось озарение, давшее ему уверенность в необходимости предпринять практические действия, принес быстрые результаты. Старый друг матери Кейт Пэт Перкинс, менеджер проектов в NHS, разослал по электронной почте обращение и фотографию Мадлен своим коллегам по NHS с просьбой разослать своим друзьям и знакомым. Это сообщение стало распространяться подобно вирусу.

Однако наиболее действенным среди всего прочего оказался в последующие месяцы веб-сайт, созданный в северной Шотландии по предложению старшей сестры Джерри Макканнов Филомены, преподавательницы предмета «Современные исследования» в средней школе. Филомена – «Фил» для членов семьи и друзей – взяла на себя инициативу и попросила своего бывшего ученика, восемнадцатилетнего Калума Макрея, создать сайт. Макрей, хорошо разбиравшийся в компьютерах, поддержал идею, и уже через двадцать четыре часа сайт работал, первоначально с адресом www.bringmadeleinehome.com, а затем с адресом www.findmadeleine.com. В складском помещении гаража, расположенного в промзоне, он и пять других бывших учеников будут работать, не покладая рук: помимо собственно ведения сайта, ежедневно разговаривать с Джерри Макканном, передавать поступающую информацию полиции и упаковывать браслеты, значки и плакаты с надписью: «Ищите Мадлен» для распространения по всему миру.

В первые сорок восемь часов существования сайта было зафиксировано шестьдесят миллионов обращений к нему. Менее чем за неделю на нем разместили свои сообщения о поддержке более 7500 человек из таких разных стран как Голландия, Австралия, Южная Африка, Малайзия, Сингапур и даже Казахстан и Азербайджан. Блог Джерри Макканна, запущенный на этом сайте в середине мая, в первые три месяца соберет миллиард обращений от восьмидесяти миллионов посетителей.

Слово об одной пропавшей маленькой девочке, произнесенное в Прайа-да-Луш, заставило заработать мощную информационную машину. В Facebook возникло более тридцати групп, двадцать три тысячи их участников готовы были оказать свою помощь в поисках. Изображение Мадлен было видно повсюду на YouTube. Внезапно ее светловолосая прическа и ее глаза – один из них с необычной, «полосатой» радужной оболочкой – стали известны во всем мире.

Тетя Мадлен Фил начала массовую рассылку сообщений по электронной почте, гласивших: «Мы не думаем, что она до сих пор находится в Португалии, нам необходимо распространить ее изображение и ее историю по всей Европе». В течение нескольких дней люди получали ее обращение в форме, похожей на спам: оно приходило к ним, пересланное множеством людей.

В Соединенном Королевстве телевизионные каналы предлагали эфирное время для рекламных объявлений, созданных для поддержки кампании по поискам Мадлен. Рекламные агентства предоставляли экспертов и материал, доступный в режиме онлайн – на шести языках. Операторы мобильной связи Vodafone, О2 и Telefonica проводили кампанию по рассылке текстовых сообщений.

Использовалась по полной программе и созданная сто лет назад программа распространения постеров о пропавших людях. Постеры с изображением улыбающейся Мадлен висели на стойках регистрации в аэропорте Стэнтстед, обслуживающих полеты в Португалию; постеры в автомобилях и в витринах магазинов в Гибралтаре; двадцать тысяч клеящихся постеров, оплаченных неким британским бизнесменом, которые можно было прилепить на автомобили и грузовики, разъезжающие по Европе; гигантское надувное табло, установленное на пляже в Прайа-да-Луш с массивным заголовком из News of the World со словами «Найди Мэдди»; постер, который должны были показывать на музыкальном конкурсе Евровидения, созданный по дизайну сестры Джерри Филомены; и постер формата А4, доступный в режиме онлайн и предназначенный для англо- и португалоговорящих жителей Алгарве. На нем была известная фотография Мадлен и текст следующего содержания на португальском и английском языках:

«ПРОПАЛА
Мадлен Макканн
В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ ЕЕ ВИДЕЛИ В ПРАЙА-ДА-ЛУШ 3 МАЯ
Есть ли у вас имеется информация, позвоните, пожалуйста:
Портиман, СП, тел. 282 405 400   Фару, СП, тел. 289 854 500»

На третьей неделе мая в Португалии, после обмена электронными сообщениями, некоторые – в том числе и высокопоставленные детективы, занятые в расследовании дела Мадлен – отстояли минуту молчания в знак солидарности с семьей Макканнов. В Северной Ирландии насчитывающая сто человек толпа провела молитвенную службу при зажженных свечах.

Продюсер звукозаписи по имени Стюарт Эппс сочинил и записал первую из бесчисленных песней о Мадлен:

«Я все думал: как же Земля может быть круглой,
Если люди плачут: «Когда найдут эту девочку?»
В чем же смысл всех этих страданий и боли, Мадлен?
Надеюсь, ты снова будешь дома, Мадлен».

В то же утро, когда происходила молитвенная служба, двести коммерческих радиостанций по всей Британии транслировали песню «Не забывай обо мне» группы Simple Minds. Она станет музыкальной темой мероприятий, посвященных Мадлен, а впоследствии и всем пропавшим детям в течение многих последующих лет. Другим кандидатом на роль музыкальной темы на раннем этапе был хит 1991 года Брайана Адамса «Все, что я делаю»; впоследствии Адамс посвятил Мадлен один из своих концертов.

В Лестершире, где проживали Макканны, десять тысяч человек купили желто-зеленые ленточные браслеты – в Португалии эти цвета символизируют надежду – средства от продажи которых поступили фонд поддержки поисков пропавшей девочки.

Были также индивидуальный проявления сочувствия. Один мужчина проехал на велосипеде триста миль за два дня из Дерри в Северной Ирландии в Ротли, чтобы собрать деньги для фонда Мадлен. Семь школьниц в Чешире собирали деньги, продавая желтые ленточки другим ученикам. Два отставных солдата в Йоркшире, один из которых сам ранее потерял дочь в автомобильной катастрофе, приехали в Португалию, чтобы вести свои собственные поиски в окрестностях Прайа-да-Луш. Одетые в армейское полевое обмундирование, снаряженные картами, компасами и биноклями, они обследовали пустыри и брошенные строения рядом с поселком.

Очень эффективным для британской публики оказались обращения спортсменов – особенно футболистов. Их призывы к безопасному возвращению Мадлен следовали один за другим: Криштиану Роналдо, сам португалец, из Манчестер Юнайтед; Джон Терри со своим португальским товарищем по команде Пауло Феррейрой из Челси; и, наконец, вездесущий Дэвид Бекхэм. Когда была опубликована фотография Мадлен в футболке клуба Эвертон – Кейт Макканн сама происходила из Ливерпуля – игроки Эвертона Нуно Валенте и Мануэль Фернандес, оба португальцы, призвали сообщить информацию о Мадлен.

Казалось, что на каждом календарном спортивном событии передавался призыв помочь Мадлен. В Глазго, родном городе Джерри, для испанских болельщиков, прибывших на финал Кубка Лиги европейских чемпионов 2007 года, было показано соответствующее видео. Другое видео было показано в перерыве финального матча на Кубок УЕФА. В середине мая на лондонском стадионе Lord’s на матче по крикету между сборными Англии и Вест-Индии игроки носили на руках желтые ленточки в память Мадлен. Игроки в крикет в Лестершире и Ланкашире носили такие же нарукавные повязки. Жокеи, участвовавшие в заездах на дерби в Эпсоме, за которыми следили миллионы телезрителей, также носили желтые ленточки.

С этим делом оказались связаны многие известные политические фигуры. Чери Блэр, супруга уходящего в отставку премьер-министра Тони Блэра позвонила Кейт Макканн и в разговоре упомянула о том, что ее подруга леди Кэтрин Мейер является основательницей двух организаций по проблемам пропавших детей – дело, которому она посвятила себя с тех пор, как ее бывший муж забрал у нее двух ее сыновей. Этот звонок стал важным шагом к установлению контактов с семейством Блэров.

Возможно, что результатом звонка, сделанного Джерри Макканном британскому послу в Португалии Джону Баку, явился звонок тогдашнего министра иностранных дел Маргарет Беккетт Джерри Макканну в отель «Оушн Клаб». Он воспользовался этим случаем, чтобы попросить об оказании давления с целью активизации и более эффективном ведении расследования португальской стороной – что явилось отражением сомнений и недоверия, начало которым было положено всего спустя час после исчезновения Мадлен и которые так никогда и не исчезли.

В Португалии даже годы спустя некоторые считают, что британское правительство оказывало недопустимое давление на лиссабонское правительство. «Это дело никогда не было чисто криминальным расследованием, - сказал авторам настоящей книги Карлуш Анжос, в то время президент профсоюза Судебной Полиции. - Я не помню другого такого дела, когда дипломаты одной страны оказывали такое давление на власти другой страны». С самого начала и до сих пор ходят слухи о том, что такое давление оказывалось вследствие существования неких связей между Макканнами и британской разведывательной службой.

Однако бывший Генеральный прокурор Португалии Монтейро Пинту не помнит ни о каком особом давлении – ни со стороны своего правительства, ни со стороны Соединенного Королевства. «Ни один из членов правительства не разговаривал со мной по поводу этого дела» - сказал он в 2014 году. - Ни премьер министр, ни президент не имеют права отдавать приказы генеральному прокурору… Британский посол однажды пригласил меня на ланч – его жена португалка – и мы обменялись некоторыми соображениями. Он просто попросил меня дать приоритет этому делу. Я заверил его, что все необходимое уже сделано».

Помимо политиков многие другие знаменитости оказывали в той или иной форме поддержку проводимой кампании. Зуи Уонамейкер, актриса, удостоенная многих наград, участвовавшая в фильме «Гарри Поттер и философский камень», озвучила одно из онлайн-посланий в кампании по поискам Мадлен. Бывшая участница группы Spice Girls Виктория Бекхэм, сама в то время мать троих детей, проживавшая в Испании, носила желтую ленточку на своей сумочке элитной торговой марки Hermès Birkin. Учитывая ее постоянное появление на страницах и экранах СМИ, это действительно было весьма эффективным жестом.

Поддержка в другой форме – причем критически важной – исходила от некоторых известных людей. В своем номере в Прайа-да-Луш Макканны столкнулись с тем фактом, что их семейная трагедия породила серьезные финансовые проблемы. Первым донором, по словам Кейт, оказался медицинский коллега из Соединенного Королевства, который предложил 100 тысяч фунтов в качестве вознаграждения за возвращение Мадлен. Менее чем за две недели было объявлено, что за это уже предлагается 2,5 миллиона фунтов.

Эта впечатляющая сумма была собрана за счет пожертвований основателя Virgin Group сэра Ричарда Брэнсона, руководителя сети супермаркетов British Home Stores сэра Филипа Грина, создательницы Гарри Поттера Дж.К.Роулинг, председателя футбольного клуба «Эвертон» Билла Кенрайта, Уэйна Руни из Манчестер Юнайтед – и еще процветавшей в то время газеты Руперта Мердока News of the World. Были и более мелкие пожертвования. Хозяин шотландского спортивно-оздоровительного комплекса Стивен Виньярд лично предложил целый миллион фунтов. Макканны должны были встретиться с адвокатами и обсудить, каким образом необходимо наилучшим образом распорядиться и управлять деньгами для выкупа и средствами «фонда борьбы за Мадлен». Был создан «Фонд Мадлен: Сделать все возможное», целями которого являлись: поиски Мадлен, поддержка семьи и передача в руки правосудия любого, замешанного в этом преступлении.


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | Iraida | vvvvv | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

22 мая Макканны объявили, что их приверженность продолжению поисков Мадлен безгранична. «Мы отправимся куда угодно, если это необходимо, - заявил Джерри репортерам, - чтобы сделать изображение Мадлен знакомым всей Европе… Все, что мы делаем – пытаемся расставить сеть как можно дальше и шире».

На следующий день они сделали еще один шаг к расширению международной известности – и большей уверенности в их религиозном пыле. Они совершили четырехчасовую автомобильную поездку к римско-католической святыне в Фатиме, к северу от Лиссабона, где в 1917 году – в соответствии с рассказами очевидцев, которым доверяют верующие – трое детей пастухов шесть раз наблюдали явление Девы Марии в листве деревьев.

Десятью днями ранее в церкви в Прайа-да-Луш, на следующий день после того, как Макканны отметили четвертый день рождения Мадлен, только что появившийся из Соединенного Королевства священник, крестивший ее, отслужил специальную мессу, посвященную восьмидесятилетию того чудесного события. Теперь, в Фатиме, Джерри и Кейт молись у мраморной колонны, отмечавшей место, где, как верили, произошло явление Марии. У Кейт, державшей, как почти во всех случаях, игрушку Кота-Соню, в волосах были желтая и зеленая ленточки.

Кейт молилась о том, чтобы Дева Мария защитила ее дочь. Ректор святыни молился за «всех детей, находящихся вдали от своего дома и в особенности за маленькую Мадлен, чтобы Наша Госпожа могла позаботиться об этих детях».

Важным достижением было то, что Макканны теперь имели своего официального британского представителя. Им оказался Кларенс Митчелл, бывший корреспондент ВВС, чьим местом работы на тот момент являлся Отдел мониторинга СМИ Секретариата кабинета министров в Лондоне. Он был временно прикомандирован к Министерству иностранных дел и получил инструкции вылететь в Португалию и работать там с представителями прессы. На той же неделе, что явно не являлось совпадением, ожидающий официального назначения на пост премьер-министра Гордон Браун позвонил Джерри, а Министр иностранных дел Маргарет Беккетт обсудила ход расследования со своим португальским коллегой.

За три недели пребывания с Макканнами Митчелл сблизился с ними. В конце концов он уйдет в отставку с государственной службы, чтобы работать с ними вплоть до 2014 года. Именно он 27 мая сообщил супругам, что близится визит в Ватикан.

В назначенное время они прибыли в Ватикан для встречи папой Бенедиктом XVI. На борту частного реактивного самолета, предоставленного сэром Филипом Грином, в сопровождении целой стаи репортеров Макканны вылетели в Рим. Они были приглашены британским послом и другими дипломатами посетить Святой Престол, провели ночь в резиденции посла и на следующий день оказались в Prima Fila, специальных зарезервированных сидячих местах, ожидающими встречи с Папой.

Для любого католика, как вспоминала Кейт, это было «невероятно важным событием. Я искренне верила, что встреча изменит судьбу Мадлен… В некотором смысле, это ближайший путь к общению с Богом. И я просто думала, что все мои молитвы и т.д. теперь гораздо быстрее попадут к Богу».

Встреча была короткой, но трогательной. Помощник подвел Папу Бенедикта к Макканнам, и Кейт попросила его помолиться за ее пропавшую дочь. Он взял их обоих за руки, а затем – с помощью большого пальца – благословил фотографию Мадлен. На последовавшей пресс-конференции Джерри заявил, что их католическая вера дала им силу, что излияние добрых чувств восстановило его веру в гуманность, поставленную под вопрос после похищения.

Затем последовало тринадцатидневное суматошное путешествие, которое дало немного или вообще ничего не дало, но которое позволило делу Мадлен оставаться в новостях СМИ. Не прошло и двадцати четырех часов после их возвращения из Рима, а Макканны уже вылетели в Мадрид. Пять дней спустя они отправились на поездку с краткими остановками по Германии и Голландии, а затем вновь в Португалию.

Еще больше полетов, некоторые из них на любезно предоставленном частном самолете другого бизнесмена, еще больше приглашений от вежливых британских дипломатов, еще больше интервью в СМИ. А также встречи с министрами правительств и – впервые – с представителями организаций, работающих с пропавшими детьми или детьми, подвергшимися насилию. Были беседы, раскрывавшие глаза на проблему детского траффика и пугающий рост распространения изображений сексуального насилия над детьми.

Наконец, первое жесткое столкновение с обманщиком. Из британского посольства в Берлине сообщили о звонке по телефону некого мужчина – он назвался Вальтером – утверждающим, что имеет информацию о Мадлен. Он настаивал на том, что будет разговаривать только с Джерри или Кейт. Звонок был сделан в испанскую полицию и был расценен как серьезный, поскольку обратное ничем пока не подтверждалось. Будучи проинструктированы, как действовать в случае повторного звонка, Макканны ждали – и ждали… Никаких контактов с «Вальтером» больше не было.

В Испании будут арестованы шестидесятиоднолетний итальянец и его португальская подруга по обвинению в попытке получить деньги у Макканнов за ложную информацию о Мадлен. Это дело так и не дошло до суда.

Последовавшие недели принесли похожую, но гораздо более длительную пытку. 14 июня по электронной почте пришло следующее неподписанное сообщение:

«To: Макканнам
Subject: Похищение Мэдди
ЭТО СООБЩЕНИЕ ДЛЯ СЕМЬИ МАККАННОВ
ВЧЕРА Я РАЗГОВАРИВАЛ С ОФИЦЕРОМ ПОЛИЦИИ И СКАЗАЛ ЕМУ, ЧТО ОТПРАВЛЮ ЭЛЕКТРОННОЕ СООБЩЕНИЕ
Я НАДЕЮСЬ, ПОЛИЦИЯ ПЕРЕШЛЕТ ЕГО ДЖЕРРИ
Если он хочет поймать похитителей, то это займет всего один день – и дело будет окончено. Я думаю, это последний уикенд, который проведет ваша дочь вне семьи.
Все зависит от мистера Макканна.»

Среди целой серии последующий сообщений между сторонами, одно из них (от Джерри) гласило:

«Нам необходимо знать, является ли эта информация истинной. Можете ли вы предоставить мне доказательства того, что вы знаете, где находится Мадлен, и что с ней все в порядке?»

В другом сообщении от лица, инициировавшего контакт, было написано:

«Привет, Джерри, или…
Я не знаю, на самом ли деле ты Джерри или полицейский офицер, или официальный представитель семьи. Но я могу сказать тебе, что действительно знаю этих людей, потому что вырос вместе с ними… Я знаю о похитителях все: их адреса, имена, место, где они прячутся. Я буду честен с тобой и со всей командой следователей.
Мне нужна награда в сумме 2.000.000 (2 млн. евро).
Из этой суммы мне нужен аванс в размере 500.000 (500К).
Аванс ты должен передать мне лично в Голландии… После получения этой суммы я перешлю тебе все детали о месте, где они прячутся…
Ты должен знать, что я сам мошенник, но делаю все это только ради денег.»

Автора этих электронных сообщений выследили в Эйндховене в Голландии, где он надеялся избежать обнаружения, посылая свои сообщения из интернет-кафе и офиса службы занятости. Его обвинили в попытке мошенничества.

Всего будет сделано шесть попыток вымогательства, настолько значительных, чтобы воспринимать их серьезно. Другой обман заставил супругов по-настоящему расстроиться. Амстердамская газета De Telegraaf получила и опубликовала письмо с картой, на которой была изображена местность в районе португальской деревни Арао, всего в девяти милях от Прайа-да-Луш. На карту были нанесены крестики, помеченные словами «vermoedelijke vindplaats Madeleine» - «место, где может быть удастся найти Мадлен». Тело пропавшей девочки, как было сказано в письме, было захоронено «к северу от дороги под ветками и камнями, в шести или семи метрах от дороги».

Это письмо в некоторой степени напоминало другое письмо, полученное в предыдущем году, в котором содержались предположения о том, в каком месте могут быть захоронены две бельгийские девочки, убитые педофилом. В Португалии полиция отнеслась к этому серьезно. Офицеры с собаками-ищейками оцепили большой район, сконцентрировав внимание на участке каменистой земли – но ничего так и не нашли.

Джерри говорил: «Когда с вами случается такое, когда вам приносят вроде-как достоверное письмо, сообщающее некую информацию, немедленная реакция такова: «Действительно ли это правда?» Мысли о ведущихся публично поисках, в результате которых Мадлен может быть обнаружена мертвой, являются очень тревожными. Кейт было плохо».

Для Макканнов жизнь колебалась между надеждой, разочарованием и отчаянием. Несколькими неделями ранее пришли известия об освобождении похищенной одиннадцатилетней девочки всего в восьмидесяти шести милях от Прайа-да-Луш недалеко от границы с Испанией. Захватывающая автомобильная погоня закончилась арестом похитителя – он оказался пьяницей, знакомым членам семьи – и возвращением девочки родителям.

Радость для одной семьи, слава для португальской полиции, и продолжение мучений для Макканнов. Поиски Мадлен продолжались, а полиция не вызывала у них доверия.

И все время они ждали.


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | Iraida | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 9

Отношения Макканнов с португальской полицией претерпели путь от натянутой сердечности до крайнего отчуждения. Их негативные чувства во время самой первой ночи, когда они впали в истерику от беспокойства, возможно были чрезмерными. Однако и на следующий день они совсем не были впечатлены атмосферой в полицейском участке при виде полицейских офицеров, слоняющихся вокруг в джинсах и футболках. Равнодушное отношение, с которым они столкнулись в тот день, как вспоминала Кейт, вызывало боль и раздражение.

Джерри заявлял прессе, что он и Кейт «никогда» не критиковали португальскую полицию. Это справедливо относительно их публичных высказываний, но не отражает их чувства и мнения, высказанные в частных беседах. Для «всеобщего употребления» Джерри ограничивался лишь упоминанием о том, что время для «разбора полетов» наступит позже.

Действительно, мало что могло способствовать их доверию к полиции в первые недели после исчезновения Мадлен. Равнодушное отношение продолжалось. Самым худшим было чувство, что они отгорожены от расследования, что им ничего не сообщают о его ходе. Только через три недели после исчезновения их дочери, в ответ на повторные просьбы им разрешили встретиться с двумя старшими офицерами.

На этой встрече присутствовали высокопоставленные полицейские, начальник регионального управления Судебной Полиции Гуильермино Энкарнасао и Луиш Невес, возглавлявший национальное агентство по борьбе с тяжелыми преступлениями. Хотя они и мало чем поделились из существенной информации, Макканны почувствовали, что первый шаг сделан.

Всего будет проведено восемь таких неофициальных встреч. После первой из них официальный представитель СП Олегарио де Соуза выразил оптимизм, заявив, что Мадлен будет «возвращена живой» и что расследование продолжается. Макканны, со своей стороны, публично выразили благодарность за «огромную, целеустремленную работу СП».

Документы португальской полиции свидетельствуют о том, что работала она напряженно, хоть и недостаточно результативно. Приходилось заниматься версией о причастности Роберта Мюрата, повторным раундом допросов нескольких членов группы Макканнов, проведением судебной экспертизы, свидетельскими показаниями и множеством сообщений о том, что Мадлен видели, частью потенциально перспективных, частью не имеющих никакой ценности. Мадлен или похожую на нее девочку видели в Алгарве, в Испании – чаще всего – в Северном Уэльсе, в Ирландии или Шотландии, в Египте или на Мальорке. Полиция получала, как выразился один инспектор, «целое Вавилонское столпотворение» информации.

Хотя поиски в самом поселке Прайа-да-Луш и в его окрестностях с 10 мая стали завершаться, отдельные поисковые мероприятия там спорадически проводились. Привозили полицейских собак, чтобы осмотреть заброшенный дом в двух милях от отеля «Оушн Клаб». Полицейского водолаза спустили в колодец на расположенном рядом поле. И все безрезультатно. «Расследование, - напомнил прессе официальный представитель Соуза, - это не детективный роман, в котором человек, совершивший преступление, всегда в конце концов оказывается разоблаченным».

На следующий день неназванный полицейский источник холодно сообщил: «Правда заключается в том, что до сих пор у нас нет ни малейшей идеи о том, где может находиться жертва. Тяжело говорить это, но мы должны быть реалистами. Шансы найти девочку живой с каждым днем уменьшаются».

Сообщалось, что масштабы расследования сокращаются, а многие детективы, вызванные из Лиссабона, возвращаются в столицу. Однако основная команда в количестве тридцати следователей продолжала работу.

К недоумению и негодованию членов группы Макканнов, полиция в течение трех недель не публиковала описание неизвестного мужчины, которого друг семьи Джейн Таннер видела переходящим дорогу с ребенком на руках – совсем рядом с номером 5А – в 21:15, до того, как было обнаружено исчезновение Мадлен. Когда, 25 мая, это в конце концов было сделано, произошла путаница с ростом этого человека.

Как указано в рапорте полицейского офицера, разговаривавшего с Таннер в ночь, когда пропала Мадлен, она считала, что рост возможного подозреваемого составляет 5 футов 10 дюймов – офицер записал его как 1, 78 метра. На следующий день, в полицейском участке, когда она разговаривала с другим офицером, рост был записан как «около 1,70 метра» - «около 5 футов 7 дюймов». Таннер впоследствии заявила, что меньший рост получился вследствие неправильного перевода и проблем с переводом футов с дюймами в метры. Существенно более низкий рост значился в информации, переданной 25 мая португальской прессе, в то время как англоязычные СМИ получили версию с 5 футами и 10 дюймами. Повсюду путаница.

Спустя пару недель Макканны публично заявили, что они «встревожены» новым комментарием официального представителя полиции Соузы. Через несколько лет, когда уже не было нужды быть дипломатичными, Кейт признала, что на самом деле она была в ярости. Де Соуза заявил, что присутствие множества людей в номере 5А после исчезновения Мадлен «могло, по меньшей мере, усложнить работу судебных экспертов. В худшем случае, это могло привести к уничтожению всех улик. Это может оказаться фатальным для расследования».

Как следует из документов полиции, офицеры, которые прибыли тем вечеров в номер и должны были сохранить в неприкосновенности место возможного преступления, на самом деле этого не сделали. Они сами действовали в номере неосторожно, даже привели туда собак. Вывод, который можно было сделать из комментариев де Соузы, однако, заключался в том, что в «загрязнении» места происшествия следует обвинить Макканнов. Представитель родителей заявил, что это «является, как минимум, бесчувственным. Конечно же, члены семьи должны были обыскать номер. Если у вас исчез ребенок, вы ищите под кроватями, в шкафах, за дверьми, везде. Это неизбежно».

Имелось еще одно в некотором смысле тревожное обстоятельство. Не прошло и двадцати четырех часов с момента исчезновения Мадлен, как 4 мая руководитель расследования Гонсало Амарал сам был объявлен формальным подозреваемым – arguido – в ходе судебного процесса по делу о другом расследовании исчезновения девочки, которое подмочило его репутацию как полицейского офицера.

Указанное дело было связано с исчезновением одиннадцатилетней португальской девочки по имени Жоана Киприано в четырнадцати милях от Прайа-да-Луш. Ее мать и дядя были обвинены в ее убийстве, хотя тело так и не было обнаружено. Затем, уже находясь в тюрьме, мать заявила, что трое офицеров Амарала под пытками вырвали у нее признание в убийстве. Хотя детективы в конце концов будут оправданы, в 2009 году Амарал получит условный срок за дачу ложных показаний.

В 2007 году, когда через месяц после начала расследования дела об исчезновении Мадлен были обнародованы выдвинутые против Амарала обвинения по делу Киприано, Макканны через своего представителя заявили, что они «естественно, очень озабочены». Представляется весьма многозначительным тот факт, что Амаралу позволили играть ведущую роль в главном деле - также связанном с расследованием исчезновения другой девочки – в то время как циркулировала информация о его недостойном профессиональном поведении.

Когда спустя несколько лет вопрос об этом был задан президенту профсоюза СП в 2007 году Карлушу Анжосу, тот возразил: «Это неправильно, - сказал он относительно Амарала. - Он был начальником над всеми, руководителем департамента, он не был вовлечен непосредственно в расследование… ни в то, ни в другое дело… Британские полицейские никогда этого не поймут».

Непосредственно перед тем, как против Амарала были выдвинуты обвинения в связи с делом Киприано, британская пресса обнародовала историю, заставляющую предположить, что он не относится к делу Макканнов серьезно. Его видели обедающим в рыбном ресторане в Портимане с главным инспектором де Соузой. В статье упоминалось о том, что на столе стояли вино и бутылка виски John Walker Black Label и что оба офицера явно наслаждались жизнью. Они попросили включить телевизор, чтобы посмотреть новости – это происходило, когда Макканны находились в Берлине и давали там пресс-конференцию – и, как сказал их сосед за столиками, «смеялись и шутили между собой, пока ее показывали… казалось, они оба воспринимали все происходящее как шутку».

Когда его спросили, соответствует ли, по его мнению, это история действительности, де Соуза стойко защищался. Расследование дела Мадлен было «очень, очень печальным, - говорил он, - но у каждого человека должно быть свободное время для обеда… он должен есть и пить. Это нормально». Бывший президент профсоюза СП Анжос соглашался с ним. «На Амарала, - сказал он недавно, - стали давить СМИ, они разузнали все детали его личной жизни… Офицеров британской полиции, направленных сюда, видели за четырехчасовыми обедами, но никто об этом даже не упоминал». Амарал шутил по этому поводу: «Я не пью виски. За обедом я пью пиво. Если бы они написали так, то это было бы правильно».

Оставляя в стороне вопрос о том, о чем именно был смех и шутки, все происходящее было, конечно, совершенно нормальным – португальцы ни в коей мере не собирались прекращать расследование. И хотя португальцы сократили численность людей, работающих на месте, они обратились к своим британским коллегам за квалифицированной помощью.

В ответ на просьбу Лиссабона, еще на ранней стадии британский Центр по проблемам детской эксплуатации и онлайн защите (CEOP) распространил по интернету призыв о предоставлении любой информации, которая могла бы способствовать поискам Мадлен. Поведенческие аналитики из CEOP помогали в расследовании, само агентство долгое время продолжало заниматься этим делом.

В частности, CEOP обращалось к туристам, побывавшим в Прайа-да-Луш за несколько недель до исчезновения Мадлен с просьбой прислать любые фотографии, сделанные ими на отдыхе в районе отеля «Оушн Клаб». Изображения людей на заднем плане фотографий сравнивались с фотографиями известных британских педофилов и других преступников с использованием современных технологий распознавания внешности. Однако никакого серьезного прорыва достичь не удалось.

Поскольку не исключалась возможность того, что похититель мог оказаться в британских списках, соответствующая информация была направлена в Португалию. «У нас имеется список, - сказал Джим Гэмбл из СЕОР. - Граждане разных стран континента отправляются жить под жарким солнцем. А некоторые из них проявляют сексуальный интерес к детям. В обстановке отдыха, когда дети едва одеты, эти люди становятся заинтересованными. Мы составили список преступников-педофилов, которые находились в Алгарве и примыкающих районах, и передали его португальцам».

В Алгарве появились британские специалисты в области телекоммуникаций для оказания помощи при анализе данных о звонках с мобильных телефонов в районе отеля «Оушн Клаб» в соответствующее время. Будучи включенным, даже если он не используется для разговора, отправки текстовых сообщений или выполнения иных операций, мобильный телефон отправляет сигнал на находящуюся поблизости мачту, а отметки таких сигналов с указанием времени сохраняются, что позволяет определить приблизительное местоположение телефона – «с точностью около ста ярдов, - сообщил Гэмбл авторам. - Имелся большой объем подобной информации о мобильных телефонах».

«По своей собственной инициативе, - сообщил Гэмбл, - один крупный провайдер отобрал информацию, относящуюся к времени исчезновения Мадлен. Похоже на попытку найти иголку в стоге сена, однако на самом деле это не так».

В деле Мадлен надежда на успех вырастала в два раза. Специалисты по анализу мобильной связи сумели изыскать возможность для правоохранительных органов проверить показания допрошенных свидетелей об их передвижениях. Тем временем, прослеживая сигналы с неизвестных мобильных телефонов, специалисты могли попытаться установить передвижение возможных похитителей. Подобная информация была использована пятью годами ранее для осуждения Йена Хантли в убийстве двух маленьких девочек в Сохэме.

При освещении СМИ известных уголовных дел обычной практикой является обращение к бывшим полицейским офицерам с просьбой прокомментировать ход и направление расследования этого дела. Иногда такие комментарии бывших офицеров основываются на результатах общения со следователями, иногда – просто на их личном опыте. Дело Мадлен Макканн не было исключением. Бывший офицер Скотланд Ярда Джон О’Коннор в середине мая поделился своей точкой зрения на этот счет.

Статистика, как заявил О’Коннор, свидетельствует о том, что похищения, подобные случаю с Мадлен, «происходят только в спокойных и отдаленных местах». Хотя многие с этим могут и не согласиться, но он, кажется, считал, что Прайа-да-Луш является именно таким местом. «Более чем вероятно, - продолжал он, - что ее похититель удерживает ее по месту своего проживания, совсем близко от места преступления, и не может покинуть его вследствие широкой огласки и активной деятельности, последовавшими за ее похищением». Возвращаясь назад, он указал на то – вопреки всеобщему мнению – что до сих пор нет уверенности в том, что Мадлен вообще была кем-то похищена. Оставалась возможность, как он считал, что ребенок просто вышел из номера и заблудился в ночи.

В своем комментарии, предполагающим желание придерживаться дипломатичного подхода, О”Коннор отверг критику в адрес португальской полиции. Он верил, что они распутают это дело.

Через две недели после начала расследования, безотносительно вопроса об их компетентности, местные детективы получили информацию огромной потенциальной важности.

В вечер, когда исчезла Мадлен, большая семья из Ирландии гуляла по Прайа-да-Луш. Там был Мартин Смит (ему было уже под шестьдесят), ушедший на пенсию руководящий работник компании Unilever, вместе со своей женой Мэри, сыном Питером и невесткой Сайл, дочерью Ифе и четырьмя маленькими детьми. Для Питера и Сайл это был последний день отдыха, поэтому вся группа пошла поужинать и выпить в местный бар. Затем они отправились в принадлежащий семье номер в одном из жилых комплексов, расположенном недалеко от отеля «Оушн Клаб».

На этом своем обратном пути, как вспомнят все они, за исключением маленьких детей, им повстречался мужчина, несший маленького ребенка. Как сообщил позднее Питер Смит: «Это довольно обычное для курортного местечка явление, и мы особо над ним не задумались». Однако, где-то через две недели после этого, уже будучи в Ирландии, когда исчезновение Мадлен еще постоянно попадало в новости, Питер и его отец пришли к мысли: то, что они видели, может быть очень важным. После этого Мартин связался с португальской полицией, которая, держа с ним связь через ирландскую полицию – попросила его и других членов его семьи прибыть на допрос.

И вот, 26 мая, Мартин Смит, его сын Питер и его дочь Ифе вновь прилетели в Португалию, чтобы сообщить официальные показания о виденном ими человеке с ребенком. Они увидели его, когда он подошел к ним на расстояние немногим более двух ярдов. В соответствии с показаниями Смита и его сына, он был белым, в возрасте около тридцати пяти лет, среднего телосложения, его рост составлял от 5 футов 9 дюймов до 5 футов 11 дюймов. Все трое Смитов считали, что у него были короткие коричневые волосы.

Ребенок, которого нес мужчина, был девочкой – в возрасте около четырех лет, как считали Мартин Смит и его дочь (Питер Смит считал, что она, должно быть, была несколько моложе). Она была белой и – в этом все трое были согласны – у нее были светлые волосы. Ифе вспомнила, что волосы были длинными. Она и ее отец сообщили, что на ней было надето что-то вроде пижамных штанишек – Ифе считала, что они были «белые или слегка розовые». Она не была завернута в одеяло. Когда члены семьи вспоминали, что они тогда видели, некоторые решили, что она была босая. Ее руки свисали вниз, и она казалась спящей. Мартину Смиту показалось, что мужчина нес девочку неуклюже – как будто он не привык это делать.

Девять человек из семьи Смитов не шли все вместе, когда им повстречался мужчина с ребенком, они двигались по отдельности в разных местах дороги. Питер считал, что мужчина шел с обычной скоростью, «немного ускоренным шагом, поскольку он спускался под гору». Ифе сообщила, что он приблизился к ним в темпе «между быстрой ходьбой и бегом». Питер Смит не помнил, чтобы мужчина пытался скрыть свое лицо или отвести взгляд. Его отец Мартин думал по-другому. «Мы затем заметили одну вещь – он не поздоровался с нами, - сказал он. - Моя жена Мэри вспомнила, что спросила его: «Она спит?» Но он так ей и не ответил. Он просто нагнул голову вниз и отвел глаза».

Смиты видели мужчину недалеко от пересечения улиц Эскола Примария и 25 Апреля. Если посмотреть на карту Прайа-да-Луш, то станет ясно, что он двигался со стороны номера Макканнов и места, где Джейн Таннер также видела мужчину, несущего на руках ребенка – в четырех или пяти минутах ходьбы.

В соответствии с показаниями Смитов, они встретились с мужчиной около 22:00, то есть через сорок пять минут после того, как Джейн Таннер видела мужчину, и точно в то время, когда Кейт Макканн обнаружила исчезновение Мадлен. В последующие годы следователи будут обсуждать возможное значение этих двух встреч.

Был ли мужчина, которого видели Джейн Таннер и Смиты, одним и тем же человеком – похитителем – удаляющимся с Мадлен? Несмотря на то, что описания мужчин, виденных Таннер и Смитами, во многом совпадали, они различались прической. Мужчина, каким его помнила Таннер, имел волосы «длиной до шеи». Ифе Смит вспоминала, что у человека, которого видела она, волосы были сзади короткими».

Воспоминая свидетелей о некоторых деталях после произошедшего события могут быть явно ошибочными. Если Таннер и Смиты видели разных людей, то был ли один из них похитителем, а другой просто невинным родителем, возвращающимся домой с ребенком? Если так, то кто кем был? Если человек, виденный Смитами около 22:00, был похитителем, а человек, виденный Таннер за сорок пять минут до этого, таковым не являлся, то это серьезно меняет хронологию событий того вечера. Но – и это остается большим «но» - возможно ли, что и Таннер, и Смиты видели людей, не имеющих отношения к преступлению? Не были это просто невинные родители? В 2007 году, когда у следствия практически имелось каких-либо существенных зацепок, лучше всего было рассматривать все возможные варианты.

Если бы записи с камеры видеонаблюдения, расположенной рядом с местом встречи Смитов и незнакомца, изучили бы вовремя, признавал руководитель расследования Амарал, то, по его мнению, можно было бы найти изображение виденного ими человека. Однако этого сделано не было. «Я приказал своим офицерам собрать все записи камер видеонаблюдения в Прайа-да-Луш, - с сожалением говорил Амарал, но к тому моменту, когда они добрались до этого места, запись, сделанная камерой, была уже стерта. Это была ошибка, и я всегда буду сожалеть о ней. Я чувствую, что Мэдди подвели».

Со своей стороны, Мартин Смит сказал, что «считает португальских копов не слишком эффективной командой». Он думал, что они не восприняли его информацию серьезно. Справедливо это или нет, но другие англичане, связанные с этим делом, разделяли это чувство. Одним из них был хозяин супермаркета по имени Джордж Брукс, который, по его словам, немедленно сообщил о странном инциденте, произошедшем незадолго до 6 часов утра 4 мая – в утро после исчезновения Мадлен.

Брукс в тот день выехал перед рассветом, чтобы отвезти своего сына на железнодорожную станцию в Лагуше в пяти милях от Прайа-да-Луш. Было еще совсем темно, вспоминал он впоследствии, когда по дороге домой в свет его фар попали мужчина и женщина. Как и двое мужчин, которых видели поздним вечером накануне недалеко от номера Макканнов, они несли ребенка.

Хотя и сложно было разглядеть их подробно, Брукс сообщил, что обоим им было, по его мнению, за тридцать. Мужчина был «немногим ниже 6 футов», «имел волосы до плеч и выглядел довольно загорелым». Женщина «имела темные волосы и была худощавой». На его взгляд, они были непохожи на британцев или на туристов. Ему показалось странным, как они несли ребенка. «По их позам можно было заключить, - сообщил он, - что они пытались нести его так, чтобы никто этого не заметил, и они были сильно недовольны, когда попали в свет фар моего автомобиля».

Брукс посчитал, что они выглядели «очень подозрительно» и позвонил в полицию, когда приехал домой. Однако, как он заявил впоследствии, было решено, что этот эпизод «не представляет интереса для расследования». В другом документе утверждается, что вопрос был своевременно изучен – но это, в свою очередь, не согласуется с данными о том, что несколько месяцев спустя предпринимались попытки вновь расследовать этот инцидент.

Теперь уже невозможно понять, видел ли Брукс на самом деле что-то подозрительное, или он просто испугал невинную семью, куда-то торопящуюся вместе со своим ребенком. Место, где он их увидел и которое тогда показал, было расположено недалеко не только от железнодорожной станции, но и от пристани в Лагуше. Близость пристани, где находились дюжины судов, могла иметь значение. В начале расследования детективы поработали в гавани и составили списки судов, которые приходили и уходили оттуда в период непосредственно до и после исчезновения Мадлен. Возможность того, что она была вывезена из Португалии морем и переправлена на расстояние двести миль через Гибралтарский пролив в Марокко, в мае 2007 года представлялась весьма серьезной.

Через шесть дней после исчезновения женщина из Норвегии по имени Мари Олли зашла в магазин на автозаправке в марокканском городе Марракеше. И там, во время ожидания у кассы, она заметила девочку в возрасте трех или четырех лет, стоящую рядом с мужчиной. «Я пригляделась к ней, поскольку она была очень милой, - вспоминала Олли. - Довольно неожиданно было увидеть маленькую светловолосую девочку, стоящую в одиночестве в Марокко… Она выглядела печально. Я посмотрела на нее, она посмотрела на меня. Затем она повернулась к мужчине и сказала что-то вроде: «Скоро ли мы сможем увидеть маму?» Я не могу сказать, что он ей ответил».

Нечто во всей этой ситуации показалось ей тогда странным, признавалась Олли. Ей хотелось что-то сказать своему мужу по этому поводу, когда она вернулась в автомобиль, но она не сказала – супруги были озабочены поиском маршрута в порт, чтобы на пароме покинуть Марокко и вернуться к себе домой в Испанию. Она не обращала особого внимания на новости во время своего отдыха, она не знала об исчезновении маленькой светловолосой девочки и ее поисках. Только на следующий день, когда она посмотрела новости, услышала Мадлен и увидела ее изображение, она поняла, что именно она могла видеть. Она была, по ее словам, «на девяносто девять процентов убеждена в сходстве». Она позвонила в полицию.

Дело пошло туго. Испанская полиция, утверждала Олли, вообще не хотела принять ее звонок. Она позвонила в Соединенное Королевство и разговаривала с офицером Скотланд Ярда. Никто ей не перезвонил. Она снова позвонила 23 мая. Из документов следует, что не ранее 6 июня, спустя три с лишним недели после своего первого сообщения о том, что она видела, с ней связалась португальская полиция.

Только что вернувшись в Португалию из своих поездок в Германию и Голландию, Джерри и Кейт Маканны вылетели в Марокко, где им показали записанное на пленку телевизионное интервью /допрос/ Олли, после просмотра которого они выглядели подавленными. Хотя это направление расследования было очень перспективно или казалось им таковым, оно не было проведено своевременно. Их беспокоила не только задержка в проведении допроса Олли. В магазине, где свидетельница видела девочку, очень похожую, по ее словам, на Мадлен, имелась камера видеонаблюдения. К тому времени, когда полиция попросила просмотреть записи, сделанные в тот день, они уже были стерты.

Хрупкая надежда была разбита; Макканны вернулись в Прайа-да-Луш. В последующие недели и месяцы, как свидетельствуют полицейские документы, последует целый каскад других сообщений о том, что Мадлен видели в Марокко. Однако ни одного мало-мальски серьезного подтверждения того, что они имеют под собой основания, обнаружено не было. В сентябре произойдет чуть ли не сенсация, когда некая женщина представит фотографию –сделанную во время ее пребывания в Марокко – на которой темноволосая марокканская крестьянка несет на спине маленькую светловолосую девочку. Пресса завопила в полный голос и – что гораздо серьезнее – СЕОР использовала компьютерные технологии для исследования фотографии.

Девочка на изображении оказалась не Мадлен, а дочерью несущей ее женщины. Она была похожа на европейку, в том же возрасте, телосложении и внешности, что и Мадлен Макканн. Однако в Марокко чаще, чем в других окружающих эту страну регионах, встречаются люди со светлыми волосами.

Доктор Роберт Дженкинс, эксперт по реконструкции лицевых черт, с которым консультировались в период ажиотажного интереса к той фотографии, обратил внимание на то, что девочка на изображении может быть одной из тысяч марокканских детей.

«Возможно, - заметил он сухо, - в данном случае слишком много желаемого, а не действительного».

Желаемое – для многих, для Джерри и Кейт Макканнов – надежда, отчаянная надежда.
« Последнее редактирование: 17.01.16 22:24 »


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | Saggita | Iraida | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 10

Макканны продолжали сохранять свой удивительный темп – и максимально высокое самообладание. Накануне своего вояжа через Берлин, Амстердам и Марокко Джерри и Кейт появились в программе ВВС Crimewatch и обратились с еще одним призывом сообщить имеющуюся информацию. Выглядевшая изможденной Кейт продемонстрировала розово-белую пижаму, идентичную той, которая была надета на Мадлен в вечер ее исчезновения, но заметно меньшую по размеру. Она принадлежала ее двухлетней сестре Амели.

Спокойным голосом она говорила о хороших людях – их оказалось большинство – оказавших такую «замечательную» поддержку за эти недели. Затем она продолжила: «На свете существует немного плохих людей, а также немного несчастных людей. И мне думается, что это кто-то из этих несчастных людей, кому просто захотелось получить нашу дочь».

«Еще не поздно, - сказал Джерри, - вернуть ее обратно… Я только отвечу на телефонный звонок, если у кого-то есть важная информация. Это может быть кто-то, кто близок к людям, у которых находится Мадлен - а может быть и сами эти люди – они могут позвонить в полицию и сказать, где находится Мадлен».

В последующие дни продолжали поступать новости о Макканнах. Они намеревались оставаться в Португалии до конца лета, как сообщил их официальный представитель 9 июня – «в месте, где они чувствуют, что находятся с ней в духовной связи… По их убеждению, именно здесь Мадлен пока и остается». Затем, находясь в Марокко, Джерри сообщил, что они после этого планируют «некоторое время поразмышлять». В следующий уикенд, на День Отца, появилась еще одна его цитата: «Я не могу думать ни о чем ином, кроме как о том, каким образом мы можем помочь вернуть Мадлен назад».

Менее недели спустя по всему миру было проведено мероприятие, посвященное Мадлен. В пятидесяти странах, почти в трехстах различных местах были выпущены в небо связки из пятидесяти желтых воздушных шаров, чтобы отметить пятьдесят дней с даты исчезновения Мадлен. На воздушных шарах в Ирландии, запущенных школьниками, были нанесены номера телефонов и адреса электронной почты, по которым могли обращаться, располагающие полезной информацией. В Калифорнии были выпущены пятьдесят белых голубей. В Афганистане запустили пятьдесят воздушных змеев, на каждом из которых была изображена фотография Мадлен. В Прайа-да-Луш Джерри и Кейт были сфотографированы запускающими в небо воздушные шары. Следующий этап кампании, как заявил Джерри, будет связан с «проведением мероприятий».

Как ни несчастлива была жизнь Макканнов, она постепенно становилась подчиненной определенному порядку. Материалы блога Джерри последних трех недель июня показывает, что главным элементом этого порядка стало планирование кампании. Теперь основное внимание уделялось поддержанию внимания к делу в Португалии и повышению активности участия в обсуждениях вопросов, связанных с детьми, на международном уровне. Супруги встречались с полицией, чтобы узнавать новости о ходе расследования – на самом деле, на этом этапе их было совсем мало – и обсудить вопрос о том, как вести себя с людьми, считающими, что видели Мадлен. Джерри постоянно стремился справляться с лавиной писем и сообщений по электронной почте, которую породили их усилия.

Их друзья по обернувшемуся трагедией отдыху, задержавшиеся надолго позже первоначальной даты своего отъезда, теперь уехали. Другие друзья и родственники, прилетевшие, чтобы предложить утешение, на которое они были способны, тоже разъехались. Дни в кругу семьи, время с Шоном и Амели на пляже и у плавательного бассейна стали особенно важными. Соблюдение религиозных предписаний оставалось строгим и гораздо более серьезным, чем обычная формальность.

12 июня в своем блоге Джерри отметил, что прошло сорок дней и сорок ночей с момента исчезновения Мадлен – аллюзия испытаний Христа в пустыне – и что они с Кейт посетили церковь в Прайа-да-Луш помолиться о том, чтобы Мадлен была бы в безопасности и ее удалось бы отыскать.

Кейт истово молилась каждый день. Она металась между мольбами Господа о возвращении своей дочери и раздражением, что Он не отвечает на ее молитвы. «Укрепит ли это мою веру или разрушит ее?» - спрашивала она себя, как она заявила корреспонденту римско-католического еженедельника The Tablet. Она решила, что не разрушит. «Это привело к обратному результату. Это дало нам надежду и силу».

Находясь в отчаянии, Кейт и Джерри в определенный период времени помимо католической веры обдумывали, не воспользоваться ли помощью, предлагаемой людьми, посвятившими себя совершенно другой форме духовной службы – экстрасенсов.

Личности подобного рода с самого начала стремились принять участие в деле Мадлен. В их число входили: практикующие нетрадиционную медицину рэйки, верящие в свою способность передавать «универсальную энергию» через ладони своих рук и с оптимизмом откликнувшиеся на призывы в интернете оказать помощь для благополучного возвращения Мадлен; лозоискатель из Австрии – лозоискательство подразумевает определение места предмета или живого существа с использованием какого-либо инструмента – который, используя свой маятник, установил, что исчезнувшая девочка находится в указанной им испанской деревне; медиум, сообщивший полиции в Соединенном Королевстве о том, что получил информацию о Мадлен, держа в руке ее фотографию; ясновидящий, в конце мая заявивший, что Мадлен жива и что она находится в ящике на борту египетского круизного корабля Andrea и что она сойдет на берег в указанное им время; голландец, выдававший себя за «связного с ангелами», контактировавший с друзьями Кейт и Джерри (в 2005 году проживавшими в Голландии) и заявивший, что ему удалось в посетившем его видении узреть похитителя в образе тридцативосьмилетнего мужчины с сообщницей-женщиной.

Эти конкретные заявления могли и не достичь лично Макканнов ибо Кейт и Джерри получали тысячи подобных сообщений от экстрасенсов; но некоторым из них они все же уделяли немалую долю своего времени и сил.

Через пять дней после исчезновения Мадлен, как следует из отчета британской полиции, Кейт Макканн позвонила туда и сообщила следующее (в изложении сотрудника полиции):

«У друга ее дяди и тети из Лестера есть подруга, которой явилось видение, что Мадлен находится на судне в гавани Лагуша с каким-то мужчиной. Эта женщина прибыла в Португалию и поговорила с Кейт. Они побывали в гавани и нашли это судно, его название – Shearwater… Сегодня я говорил с Кейт, и она передала мне фотографии этого судна. Она также передала мне фотографию находящегося там мужчины. Это не тот человек, которого женщина увидела в своем видении… Это очень важно для Кейт… и она очень довольна тем, что мы расследуем данное обстоятельство… Можем ли мы после окончания расследования сообщить ей его результаты?»

Десять дней спустя, как следует из документов португальской полиции, данный вопрос действительно был изучен. Три офицера прибыли в гавань Лагуша, обыскали судно под названием Shearwater, поговорили с мужчиной, находившемся на его борту и из отчетов морской службы выяснили, что судно в течение двух последних месяцев не покидала свою стоянку. Старший следователь полиции, задействованный в этом мероприятии, составил отчет, отметив в нем, что он не обнаружил «ничего странного… или чего-нибудь, что вызвало у него интерес».

Спустя три недели после исчезновения Мадлен пресса сообщила о том, что «один из самых известных экстрасенсов» Диана Лазарус готовится вылететь в Португалию, чтобы «принять участие в поисках». Лазарус, сообщившая, что была приглашена близким другом Джерри и Кейт Макканнов и «никогда бы не отправилась в Португалию без согласия этой пары», объявила о первых своих открытиях, еще даже не уехав.

По ее словам, Мадлен жива и находится в Испании; ее стараются сделать похожим на мальчика, сделав короткую стрижку; за ней хорошо ухаживают и «она будет возвращена своим папочке и мамочке». Она была похищена после слежки неким мужчиной «с кожей оливкового цвета, темными волосами, вытянутым и худым лицом». В похищении принимало участие несколько преступников, в том числе и женщина. По их мнению, «поскольку у Макканнов есть еще двое детей, забрать у них Мадлен не будет особо плохим делом».

После нескольких дней пребывания в Прайа-да-Луш и посещения номера 5А Лазарус сделала новые заявления. Теперь она утверждала, что способна описать более детально преступника-мужчину, в том числе его рост – и эти детали были очень похожи на описание Джейн Таннер мужчины, виденного ею с ребенком на руках недалеко от номера. Он скрылся на «большой машине серебристого цвета». Она «действительно видела» Мадлен, «едящую йогурт из баночки». Она, два мальчика и похитители прятались «старинном каменном доме» недалеко от Мадрида. «Люди, похитившие ее, - добавила она туманно, - связаны с Сицилией».

В июне, следуя указаниям другого экстрасенса, переданным в Интерпол, полиция обыскала некую местность в Республике Ирландия. Ничего обнаружено не было. Между тем техасец по имени Брайан Лэдд, называющий себя «самым точным экстрасенсом в мире» - он специализируется на сновидениях – предоставил португальской полиции наброски, имеющие, по его словам, отношение к делу. (Правда, на этом его участие прекратилось, он только успел разместить в YouTube видеоролик, озаглавленный «Мадлен жива, мы знаем точное место, где она находится!»)

В конце июля Диана Лазарус вернется – на сей раз с плохими новостями. Теперь она «видит», что с Мадлен обращаются плохо. «Сейчас, - сказала она, - дела с ней обстоят не так хорошо… Я не хочу быть гонцом, приносящим плохие вести». Лазарус добавила, что сообщила полиции в Соединенном Королевстве обо всем, что она «знает» и что британская полиция свяжется со своими португальскими коллегами.

Только за первый месяц работы португальская полиция накопила три папки толщиной три дюйма каждая всевозможных сообщений экстрасенсов различного толка. Официальный представитель СП Олегарио де Соуза утверждал, что каждое из этих сообщений принималось всерьез – «на случай, если оно исходило от похитителя… Если в нем содержится достаточно информации, то мы ее проверяем. Если нет, то мы ничего не можем поделать».

Руководитель расследования Амарал говорил, что он и его коллеги являлись «людьми, действовавшими на основании фактов… довольно скептически», но добавлял, что во время расследования дела Мадлен ФБР порекомендовало привлечь медиума, с которым это агентство иногда консультировалось. Точка зрения бывшего старшего агента ФБР Джона Дугласа сводится к тому, что экстрасенс «должен быть самым последним инструментом расследования, к которому можно прибегнуть».

Министерство юстиции США, тем временем, предупреждает, что многие экстрасенсы являются либо обманщиками, либо, в лучшем случае, людьми, которые «стремятся помочь настолько сильно, что видения являются им в результате самовнушения… Держи свой разум открытым – а записную книжку закрытой».

Вопреки утверждениям экстрасенсов о том, что ранее они сообщали ключевую информацию, британская полиция также относится к их утверждениям с большим скептицизмом. «Я консультировался со всеми своими старшими офицерами-следователями, - говорил Дэвид Мирфилд, руководитель отдела расследования особо тяжких преступлений полиции графства Уэст-Мидлендс, отвечая на вопрос, заданный ему в 2006 году, - и никто не мог вспомнить об использовании подобных лиц… Я лично не знаю ни об одном случае, когда использование экстрасенса привело бы к раскрытию убийства». Скотланд Ярд, сообщая о том, что приветствует «любую информацию», заявил в 2009 году, что не знает ни об одном расследовании, которое «серьезно продвинулось бы вперед, основываясь только на информации, предоставленной экстрасенсом».

В последующие годы экстрасенсы и им подобные будут продолжать предлагать версии относительно судьбы Мадлен. Макканны, со своей стороны, хоть и все сильнее разочаровывались в их возможностях, не спешили от них отказываться. В 2008 году пришла информация об «экстрасенсе», который сделал наброски портрета похитителя Мадлен для телевизионного шоу, супруги попросили, чтобы наброски передали нанятым ими частным детективам.

Кейт Макканн объяснила вполне вразумительно, почему они с мужем долгое время прибегали к услугам экстрасенсов – так же как и к любому другому способу, который мог помочь им сохранять надежду. «Не зная, где находится твоя дочь, как она себя чувствует, с кем она и когда ты увидишь ее снова – это то же самое, что видеть ад».


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | vvvvv | Saggita | ira74 | Iraida | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

В начале июня 2007 года стало совершенно очевидно, что Макканны уязвимы с разных сторон, а не только в части экстрасенсов. Уже существовало несколько вопросов, по которым широкомасштабное освещение дела СМИ становилось весьма неприятным для них.

Джерри Макканн не скрывал, что они намеренно стремились к известности. В первый же день, когда они вернулись в свой номер и увидели ожидающих их орду репортеров, им необходимо было быстро принять решение: «Либо мы общаемся с ними, либо нет – и на это были две причины: во-первых, мы думали, что это поможет нам в поисках Мадлен, а, во-вторых, нам казалось, что нам проще будет общаться и работать с ними, чем уйти и прятаться… Мне думается, мы делали все возможное, что могло хоть как-то повлиять на результат».

И они получили известность – «по полной программе». Ими часто восхищались за умение обращаться со СМИ, преследуя свою главную цель. «Стратегия работы со СМИ, используемая супругами, была колоссально успешной, - говорил главный исполнительный директор Национальной линии по оказанию помощи пропавшим людям Пол Тоухай. - Мы знаем: известность работает, потому что публичное освещение случаев исчезновения людей помогает нам каждую неделю сразу же находить десяток таких людей».

Заранее предупреждая возможную критику широко разрекламированного вояжа супругов по Европе, колумнист Фэйт Эккерсол выразился просто: «Эти два доктора медицины из Лестершира – особенно Джерри – быстро поняли устройство машины СМИ; они буквально ежедневно подкармливали прессу. Чего супруги, возможно, не понимали, так это наличие таких случаев, когда такие игры с прессой могут обернуться против них самих».

В начале июня чиновник Министерства иностранных дел позвонил Кларенсу Митчеллу – эмиссару этого министерства, отправленному в Португалию, чтобы выступать в качестве официального представителя Макканнов – и выразил озабоченность тем, что сам Митчелл «становится частью всей этой истории». Вскоре после этого его отзовут обратно, хотя позднее он уйдет с занимаемого им поста в правительстве и вернется к Макканнам уже как частное лицо.

3 июня в Sunday Times колумнист Индиа Найт отметила, что наблюдается «явный ропот недовольства постоянных присутствием Макканнов в газетах и на телевидении. Ни одна деталь их тяжелого положения не рассматривается как слишком личный вопрос, чтобы не транслировать его через СМИ… Хватит – говорят недовольные происходящим». Личная трагедия, напишет она позднее, стала «общественным развлечением».

Саймон Дженкинс отмечал на страницах Guardian – причем с неодобрением – тот факт, что в шестичасовых выпусках новостей ВВС история Мадлен Макканн является ведущей темой, опередив по важности заявление Гордона Брауна о намерении стать премьер-министром. «Предположения о том, что это, может быть, не лучший способ найти пропавшего ребенка, - рассуждал он, - буквально разносятся в воздухе. Возможно, раздувание внимания к делу Макканнов помогло бы свидетелям активнее заявлять об имеющейся у них информации непосредственно после исчезновения девочки. Также возможно, что истерия в СМИ может заставить отчаявшегося преступника принять любые меря, чтобы замести свои следы. Стоит ли идти на такой риск?»

Дженкинс также подметил и еще одну вещь. Эта история, называемая в прессе «ночным кошмаром для каждого родителя, - писал он, - «стала ночным кошмаром всей нации. Семьи отгораживались от всего мира, крепче сжимая детей в своих объятиях». И так было на самом деле, поскольку многие репортеры отмечали, что множество родителей в Великобритании прибегали к чрезвычайным мерам для обеспечения безопасности своих чад – как будто не один ребенок пропал в Португалии, а повсюду, в любой момент времени над всеми нависла неминуемая угроза атак педофилов и нападений похитителей.

Некоторые родители в Борнмуте создали группу под названием «Район под охраной родителей», члены которой, носили желтые нагрудные значки и сопровождали своих детей в школу. Устанавливались знаки, предупреждающие, что педофилы «здесь не приветствуются». В городке Бирчингтон (графство Кент) группа матерей заявила, что они отпускают своих детей одних не далее, чем до калитки собственного сада.

Как сообщают, в 1970 году 80 процентов детей, обучавшихся в начальной школе, ходили туда на занятия одни. К 2007 году эта доля сократилась до 7 процентов. Теперь, в самом разгаре истерии с Мадлен, матери из Бирчингтона пришли к выводу, что предоставлять детям свободу, которой они сами в свое время пользовались, является безответственным шагом. Два восьмилетних ребенка из этого городка рассказали репортеру о том, что если они выйдут за калитку своего сада, то боятся, что их «может похитить неизвестный» и что «в парке их могут изнасиловать».

Приходили сообщения – правда, сложно судить, насколько достоверные – о том, что некоторые родители использовали всевозможные гаджеты для защиты своих детей. Среди таковых, имеющихся на рынке, были: скрытые камеры, мобильные телефоны, позволяющие определить местоположение ребенка с компьютера родителей, платные услуги по отслеживанию их передвижения, электронные браслеты, браслеты с бирками и специально помеченные пижамы. Сообщалось, что на рынке уже ждали появления имплантируемых микрочипов.

Ничто не говорило о том, что применение всех этих предосторожностей является рациональным делом. «Вашего ребенка скорее ударит молния, чем его похитят, - говорила Мишель Эллиот, директор благотворительного фонда по защите детей Kidscape. - Мы должны соблюдать осторожность, когда внушаем детям мысль о том, что окружающий их мир настолько опасен, что их надо метить бирками». Тем не менее, сообщалось, что продажи всевозможных устройств для отслеживания местонахождения детей значительно выросли. По словам официального представителя давно уже известной на рынке компании Kiddicare, дело Мадлен «испугало» родителей.

Один из колумнистов Times отмечал не только тенденцию к панике, но и ее причины. «Если бы я услышал, как один родитель сказал о том, что будет теперь держать своего ребенка «поближе и покрепче», - писал Дэвид Ааранович, - потом услышал сотни таких мнений… Но это не наш ребенок. Наш ребенок в безопасности… Мы хотим «извлекать уроки», но есть две проблемы. Во-первых, подобное похищение может случиться с каждым, а не только с ребенком, оставленным одним в комнате на двадцать минут. Во-вторых, это вряд ли случается с кем-нибудь. Другими словами, может быть и не существует никаких уроков, которые следует извлекать – достаточно лишь перестать обсуждать исчезновение ребенка и патологию человека, похитившего его».

Подобного рода сентенции в «серьезных» изданиях были направлены против характера освещения данной проблемы в СМИ и симптомов паники в обществе, а не против Джерри и Кейт за разжигание этой паники. Однако с самого начала имели место и скрытые нападки на самих супругов. Некоторые из первых язвительных выпадов касались того, кем они являются и какими преимуществами пользуются благодаря своему социальному положению.

Несколько радиослушателей высказали такое мнение во время радиопрограммы ВВС. «Белые семьи из среднего класса лучше выглядят, когда их показывают по новостям», - заявил один из них. Другой считал, что история Мадлен занимает гораздо больше эфирного времени, чем любой другой случай исчезновения ребенка, поскольку «эта жертва симпатична и принадлежит к среднему классу». Другой спросил: «А получила бы подобное внимание и симпатию менее удачливая семья, остановившаяся в более дешевом отеле?»

Хоть и происходя из менее благополучных социальных слоев, Макканны оба были врачами и довольно обеспеченными людьми. Джерри являлся кардиологом, а Кейт работала неполный рабочий день семейным доктором. Однако оставим в стороне их доходы – огромная известность, которую они получили, была следствием целой комбинации факторов. Инициативность и целеустремленность Джерри, сделавшие его тем, кем он стал, оказались переключенными на непривычную для него борьбу за потерянную дочь. Кроме того, сыграл роль и тот факт, что в самые первые часы, даже еще до начала борьбы Макканнов за свою дочь, британская пресса бросилась освещать эту историю. Наконец, ключ к их феномену заключался в том, что произошедшее оказалось неслыханным событием, случившимся, к тому же, в эпоху интернета.

К сожалению, статистика пропавших детей в Европе является недостаточной и несопоставимой по разным странам. Однако исчезновение британских детей в возрасте до десяти лет за рубежом является крайне, крайне редким явлением. Исследование, проведенное авторами данной книги, позволило установить всего четыре подобных случая – включая Мадлен Макканн – с 1981 года.

В тот год двухлетняя девочка по имени Кэтрайс Ли исчезла из британского продовольственного магазина NAAFI в Германии в то время, когда родители делали там покупки. Девятилетняя Рейчел Чарльз пропала в 1990 году в Португалии после того, как вышла из школьного автобуса около своего дома в тридцати милях от Прайа-да-Луш. На следующий год двадцатиодномесячный Бен Нидхэм исчез рядом с фермерским домом своих дедушки и бабушки на греческом острове Кос. Рейчел Чарльз была обнаружена мертвой (она была задушена) через несколько дней после своего исчезновения. Судьба Кэтрайс Ли и Бена Нидхэма остается неизвестной.

Хотя об этих случаях и сообщалось публично – случай с Беном Нидхэмом весьма широко освещался и освещается до сих пор в СМИ – они гораздо менее известны, чем дело Мадлен. Отец Кэтрайс Ричард Ли и мать Бена Керри Грист выражали сочувствие Макканнам. Оба они, однако, выразили также негодование относительно того, что их дети никогда не получали такой официальной помощи британского правительства, которая выпала на долю Мадлен.

Главная тема критики Макканнов, относительно которой они действительно могли являться уязвимыми, была поднята с самого начала. Почему, спрашивала Daily Express всего через тридцать шесть часов после исчезновения Мадлен, они оставили своих детей одних в номере 5А, в то время, когда сами ужинали со своими друзьями на некотором расстоянии от него? Почему они не отдали их на попечение воспитательницам детского сада отеля «Оушн Клаб»?

Некоторые комментарии были мягкими, но непонимающими. «Мне сложно выражать полное сочувствие ее родителям, - писала женщина из Шотландии, - потому что я даже не могла себе представить, как можно оставить своих собственных детей одних, особенно на отдыхе за границей».

Некоторые высказывали понимание. Это было «серьезной ошибкой», считал корреспондент из Северной Ирландии, но «в жизни нередко туристы запирают своих детей вечером в комнатах отеля и собираются для совместного времяпровождения». На самом деле Макканны даже не запирали балконные двери в своем номере.

Некоторые вообще их не осуждали. «Я возил свою семью в один из отелей Марка Уорнера, - писал один ученый. «Мы делали точно так же, как и Кейт и Джерри; оставляли своих детей одних и проверяли их регулярно, пока ели… Макканны поступали так же, как и несчетное количество тысяч других родителей».

Однако многие другие выступали очень резко – и в некотором смысле это отражало социальное размежевание. «Подумайте, какова бы была реакция СМИ и общества, если бы родители принадлежали к неквалифицированному, не верящему в Бога рабочему классу,-  написал мужчина в программу ВВС Newsnight. - Скорее всего их бы резко осудили и затравили, а других детей забрали бы в приют за преступную халатность».

Вариации подобного мнения были распространены очень широко. Сообщалось, что семнадцать тысяч человек подписали онлайн-петицию премьер-министру с требованием к социальным службам «расследовать обстоятельства, вследствие которых трехлетняя Мадлен Макканн и ее младшие брат и сестра были оставлены без присмотра в незапертом номере на первом этаже отеля». Петиция была отвергнута.

В Португалии газета за газетой выражали точку зрения о том, что оставление трех маленьких детей одних является – как выразилась одна из газет – «полной безответственностью». (Однако, как сообщалось этой же газетой в той же статье, друзья Макканнов заявляли, что именно они из всей группы были самыми ответственными при проверке своих детей.)

Сами Макканны неоднократно открыто признавали, что они виноваты в том, что произошло в вечер исчезновения Мадлен. «Никто, - сказал Джерри в интервью ВВС три недели после пропажи Мадлен, - никогда не сможет чувствовать себя виновным настолько, как вы чувствуем себя за то, что не были с Мадлен в это время».

Менее чем через две недели после приведенного выше комментария Джерри относительно признания собственной вины, во время их визита в Берлин, корреспондент немецкого радио Сабина Мюллер задала вопрос, связанный с возможностью признания совершенно иной вины – уголовной.

«Как вы думаете, - спросила Мюллер, - относительно того факта, что все больше и больше людей, как кажется, указывают на вас и говорят, что ваше поведение не похоже на то, как обычно люди ведут себя, когда их ребенок похищен, и они, похоже, имеют в виду, что вы, возможно, имеете отношение к случившемуся?»

Некоторые из тех, кто слышал полный вопрос корреспондента, отчетливо судорожно вздохнули. Кейт Макканн не расслышала его полностью и начала – снова – говорить о том, что они ответственные родители и, по ее мнению, только явное меньшинство критикует их.

Но Джерри услышал вопрос полностью. «Я ранее никогда не слышал, - сказал он, - чтобы кто-нибудь считал нас подозреваемыми в этом деле. По крайней мере, португальская полиция – точно нет».

Но это еще случится.


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | super.tatieana | vvvvv | Saggita | Lamber | Iraida | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 11

3 июля Джерри и Кейт открыто попытались улучшить отношения с полицией и прессой страны, где они находились. Через два месяца после исчезновения Мадлен они рассказали португальским журналистам о том, что, по их мнению, с Судебной Полицией у них установились «хорошее рабочее взаимодействие» и что они очень довольны поддержкой и добрыми чувствами португальцев. Кейт воспользовалась моментом, чтобы заявить, что она абсолютно уверена – хотя в частном кругу она была совсем в этом не уверена – в том, что португальская полиция «делает все возможное, чтобы найти Мадлен». Она благодарна, заявила Кейт, за то, что отношения с полицией улучшились.

На самом же деле ситуация совсем не была хорошей, да и раньше она таковой не была. Офицеры Судебной Полиции игнорировали строгие требования секретности, допуская утечки информации – причем коварно – с инсинуациями. Всего через несколько часов после получения первых показаний Макканнов и их друзей начальник регионального управления СП Гуильермино Энкарнасао – в неофициальном разговоре – рассказал представителям ведущей португальской ежедневной газеты Diario de Noticias, что эти показания были «путанными», «очень плохо рассказанной историей». По свидетельству Жозе Оливейры, криминального корреспондента этой газеты, СП «не верила версии о похищении Мадлен. Полиция стала подозревать родителей с самого начала».

Была еще и явная клевета. Через две недели бывший главный инспектор СП Жозе Барра да Кошта выступил в программе национального телевизионного канала Radio e Televisao de Portugal – RTP – с рассказом о том, что «знающие люди» сообщили ему: Макканны были «парой, практикующей «свинг», а именно сексуальные отношения между парами со сменой партнеров». Официанты в ресторане «Тапас», как предположил этот источник, считали периодические отлучки членов группы Макканнов «странными, мистическими». (Их хождения туда-сюда на самом деле были связаны с проверкой детей.)

Не имелось ни одного свидетельства, подтверждающего утверждения о «свинге», да и сама полиция публично их опровергла. Повторение этих слухов британской прессой впоследствии станет частью успешного процесса о клевете против ее представителей, выигранного Макканнами.

Целая сессия интервью с представителями португальской прессы, о которой говорилось выше, являлась по сути попыткой ограничить уже нанесенный ущерб. Всего три дня до этого еженедельник Sol опубликовал статью объемом в три тысячи слов, озаглавленную «Дело Мадлен – пакт молчания». В ней снова развивалась тема о том, что показания Макканнов и их друзей о вечере, когда пропала Мадлен, были противоречивыми. «Показания об этом последнем ужине различны у разных свидетелей» - гласила она. Эта была «постоянно меняющаяся история». Показания Кейт об обстоятельствах того момента, когда она поняла, что ее дочь пропала, были «крайне маловероятной версией». Джерри «менял свою версию несколько раз».

Для этой статьи Sol начальник регионального управления СП Энкарнасао заявил буквально следующее «Мы не можем исключать гипотезу о том, что супруги и их друзья могут быть подозреваемыми».

Энкарнасао разбавил это пугающее заявление, добавив, что другие версии, несомненно, также никоим образом не отвергаются, что «всякий, кто был в отеле в то время является подозреваемым». Тем не менее, редакторы Sol посчитали уместным открыть статью откровенным заявлением о том, что родители Мадлен и их друзья «являются подозреваемыми в этом расследовании».

Репортер британской Sunday Times Magazine Дэвид Джеймс Смит впоследствии взял интервью у одного из авторов статьи Фелисии Кабриты. Он сообщил: «Информация была передана Кабрите полицией – она сказала, что получила данный материал в соответствии с нормами, принятыми в журналистике, что, по сути, действительно так и было».

Со своей стороны, Амарал обнародовал свою интерпретацию одного странного эпизода, произошедшего через неделю после примирительной пресс-конференции Макканнов. Этот эпизод произошел с ведома и при содействии его офицеров, однако он использовал его, чтобы бросить тень подозрения на Макканнов. На самом деле, нет никаких оснований сомневаться в том, что данное происшествие отразило ту трагическую комбинацию решимости и внушаемости, которая заставила супругов прислушиваться к экстрасенсам. Еще в мае, спустя всего несколько дней после начала расследования, в португальскую полицию пришло сообщение из Южной Африки. Оно отсылало полицейских без всяких объяснений к недавнему отчету об одной продолжительной программе телевидения Йоханнесбурга в предположении, что это поможет «обнаружить маленькую Мадлен». Сообщение было подшито в дело и о нем забыли.

Если бы полиция позаботилась ознакомиться с этим отчетом, то они бы, наверное, так и оставили его без внимания. В программе сообщалось о деятельности некого Дэни Крюгера, бывшего полицейского, утверждавшего, что он изобрел чудодейственный прибор, позволяющий находить драгоценные металлы – и пропавших людей. Используя всего лишь один волос и снимая показания с него в различных удобных точках, он мог определить местонахождение этого человека – живого или мертвого. Он назвал свою технологию «предметно-ориентированной системой» (MOS). Отвечая на вопрос, насколько успешным оказалось применение этой системы, он сказал: «Очень, очень, очень успешное». В программе выступило несколько человек, подтвердивших его утверждения.

Отвечая на вопрос ведущего программы, является ли он экстрасенсом, Крюгер заявил: «Я христианин… Это наука, наука, наука! Именно поэтому мой метод и кажется таким фантастическим. Он связан с наукой, о которой мы знаем, но люди не понимают этого… Это просто наука». Учитывая «огромный потенциал» данного прибора, как отмечалось в программе, Крюгер отказывается раскрыть принцип его работы. Из того немногого, что он сказал, однако, следовало, что в нем совместно использовались анализ ДНК и технология GPS.

Кейт вспоминала, что об интересе Крюгера к поискам Мадлен они узнали довольно рано. Некоторое время спустя они заинтересовались им сильнее, когда в Прайа-да-Луш появилась знакомая Крюгеля и стала расхваливать его. Она утверждала, что у него есть рекомендации от южноафриканской полиции и что его поддерживает министр юстиции ЮАР.

Впоследствии Кейт удивлялась, как могло случиться, что она и ее муж оба упустили тот факт, что чудесное изобретение Крюгера не было протестировано или рекомендовано ни одним независимым органом. В конце концов, супруги сами были врачами, профессионально подготовленными в соответствующих дисциплинах. Их, возможно, убедил тот факт, что Крюгер выглядел порядочным человеком. Кроме того, он еще и представлялся верующим христианином. Но главным фактором, однако, было то, что они к этому времени совсем отчаялись.

И вот Макканны попросили одну из своих родственниц в Соединенном Королевстве зайти к ним домой в Лестершире и собрать образцы волос Мадлен. Та собрала несколько волос – из внутренней части капюшона куртки Мадлен – и они были должным образом упакованы и посланы Крюгеру в Южную Африку. Получив в свое распоряжение эти сокровища, тот вскоре сообщил им, что смог получить «сигналы», указывающие на Прайа-да-Луш – даже находясь на расстоянии пяти тысяч миль от него. Теперь, сказал он, ему необходимо встретиться с ними лично.

Поэтому в одну из своих встреч с начальником регионального управления СП Энкарнасао Макканны попросили полицию помочь устроить прибытие Крюгера в Португалию – необходимо было соблюдение особых предосторожностей, заявлял он, для охраны его чудесного устройства.

Бывший южноафриканский полицейский прилетел 15 июля, потолкался с Макканнами, подписал соглашение о сотрудничестве с португальской полицией и попросил, чтобы ничего не сообщалось до тех пор, пока он не закончит свою работу. Затем он, как писал руководитель расследования Амарал, по компасу определил несколько точек в окрестностях Прайа-да-Луш и, находясь в них – с одним волосом Мадлен, помещенным в его секретный прибор – наносил на карту какие-то линии. В месте пересечения этих линий, утверждал Крюгер, и должна быть найдена Мадлен. Затем, всего после нескольких дней пребывания, он передал отчет в полицию и уехал.

Хотя отчет Крюгера до сих пор не обнародован, мы кое-что о нем знаем. Он утверждал, что его прибор обнаружил «статичный сигнал» в месте радиусом в три ярда в районе восточной оконечности пляжа в Прайа-да-Луш. Если смысл термина «статичный сигнал» являлся непонятным, то, как сообщают, в отчете фигурировали слова: «тело Мадлен находится в этом месте». «Я уверен, что это то самое место, - спустя несколько месяцев заявит он, - то самое место, где похоронена Мадлен». Однако он также сказал: «Если бы я смог осмотреть это место, то существует очень, очень маленькая вероятность, что она может быть жива». Существует небольшая вероятность того, - заявил он в следующем году, - «что ее могут удерживать заложницей» в одном из домов рядом с указанным им местом.

Самозваный изобретатель давал о себе знать вплоть до конца 2010 года, призывая к проведению надлежащих поисков в том районе – и предлагая обучить офицеров Скотланд Ярда пользоваться его прибором. К тому времени он уже утверждал, что его устройство может обнаруживать рак в образцах крови. Он написал книгу, озаглавленную «Свет во тьме» - обложка была украшена мерцающим изображением распятия – и подзаголовок «Величайшее изобретение всех времен».

Авторы настоящей книги поинтересовались у известного ученого профессора Вольфрама Майера-Аугенштайна, старшего члена Британской ассоциации идентификации человека и советника британского Национального агентства по содействию полиции (NPIA), об утверждениях Крюгеля относительно своего прибора. «Анализ и идентификация таких сложных молекул как молекулы ДНК на расстоянии путем размахивания в воздухе находящимся в руках прибором, - писал он, - является настолько нелепым утверждением, что у меня даже не хватает слов. Подобный прибор, даже если бы он был действительно создан, не может определить ДНК в волосе по одной простой причине – поскольку волос, в отличие от волосяного фолликула, не содержит никаких ДНК.

Как прибор Крюгера устанавливает связь между ДНК и координатами GPS?.. Ни одна из существующих национальных баз данных ДНК не подключена к спутникам GPS, находящихся на земной орбите. Кроме того, в указанные базы данных включены данные о ДНК только людей, обвиненных или осужденных за уголовные преступления, то есть Мадлен Макканн в них отсутствует». Утверждения Крюгера, сообщил авторам профессор Майер-Аугеншайн, «вполне достаточны для того, чтобы мой полиграф сразу стал бы зашкаливать».

К их большому сожалению, родители Мадлен не могли правильно оценить претензии южноафриканца. Спустя год, когда подозрения полиции в их адрес сначала будут решительно выдвинуты, а затем сняты, когда Гонсало Амарал уже будет уволен со своей должности руководителя расследования, он использует этот неудачный для них эпизод, наряду с эпизодами их обращений к экстрасенсам, для того, чтобы вплести их в одну из возможных зловещих версий.

В 2008 году в своей книге Амарал писал, что как раз во время эпизода с Крюгером, «показалось, будто Макканны неожиданно пробудились к суровой реальности – высокой вероятности того, что их дочь мертва».

Чтобы поддержать это утверждение, Амарал рассказал своим читателям, что Кейт начала рассуждать «об информации, связанной с местонахождением тела ее дочери… сообщенной ей людьми с экстрасенсорными или паранормальными способностями… о том, что тело может находиться в дренажной трубе на пляже в Прайа-да-Луш или в скалах у начала пляжа». Через несколько недель, отмечает Амарал, Макканны пригласили Крюгера с его «предполагаемыми ультрасовременными технологиями, предназначенными для поиска тел».

«Какими наивными мы, возможно были, - рассказывал Амарал своим читателям, - но было время, когда мы чувствовали, что Кейт… была готова открыть место, где находилось тело ее дочери, не раскрывая при этом знание этой информации и не компрометируя себя».

В такое время и в такой атмосфере, как утверждает Амарал, его команда посчитала необходимым вернуться к первому краеугольному камню расследования, его начальному пункту – номеру 5А. Он обратился «к лучшему средству проведения расследования, экспертизы с использованием специально подготовленных собак», которую могла предложить британская полиция. Судебная полиция формально запросила помощь в определении «отсутствия или наличия спрятанных останков Мадлен Макканн».

Запрос попал в Национальное агентство содействия полиции, к Марку Харрисону, в то время государственному советнику по проведению поисковых мероприятий. Харрисон, ветеран с двадцатилетним стажем, занимавший также пост приглашенного профессора Саутгемптонского университета, специализировался в области применения передовых поисковых технологий. Его задачи при работе над делом Макканнов включали действия в качестве «критически настроенного помощника» португальского офицера, возглавляющего поиски возможных останков, оказание помощи в использовании непортугальского оборудования и предложения по применению неортодоксальных методов установления местонахождения Мадлен. Его отчеты будут сухими и краткими, совсем другими, чем у Амарала.

Его отрицание заявлений Дэни Крюгера было выражено однозначно: «крайне маловероятно», «низкого качества», «невысокой ценности». Готовясь к предстоящему серьезному делу - «возможность, что Мадлен Макканн была убита, а ее тело спрятано в ранее уже обысканных районах» - он прилетел в Алгарве, обошел интересующие его районы в дневное и в ночное время, облетел их на вертолете и просмотрел документы дела. Затем он предложил несколько мест, в которых, по его мнению, можно было применить более сложные методы поиска.

Неудивительно, что он призвал к проведению новых поисковых работ на пляже Прайа-да-Луш и морском побережье с его высокими утесами; на открытом участке рядом с поселком, на котором располагались пустые строения, густая растительность и колодцы; в доме Роберта Мюрата, в его саду и в автомобилях – Мюрат был по-прежнему, хоть и на бумаге, подозреваемым, хотя этот статус него будет снят год спустя – и в номере 5А и в номерах, занимаемых их друзьями в то время, когда исчезла Мадлен. В качестве новых методов поиска он предложил использовать георадар (GPR) и привезти из Великобритании специально подготовленных собак.

История использования полицией собак – и результаты работы, которую им предстояло проделать в деле Мадлен – являются весьма противоречивыми.

За два года до получения запроса португальской полиции Харрисон работал с бывшим проводником собак полиции Йоркшира Мартином Граймом. Грайм, участвовавший также в программе ФБР по применению собак для судебной экспертизы, работал с собаками уже тридцать пять лет. К 2007 году его команда состояла из двух спрингер-спаниелей, породы, описанной в Англии еще пять веков назад. Будучи в свое время любимцами аристократии, спаниели долгое время использовались охотниками для того, чтобы сначала вспугивать птиц, на которых велась охота, а затем приносить уже убитых птиц. В нынешние времена их замечательные способности распознавать запахи сделали их ищейками для выполнения различных работ.

Подсчитано, что собаки имеют 200 миллионов носовых рецепторов по сравнению с 5 миллионами у людей. Спрингер-спаниели использовались британской армией и полицией для нахождения тайников с оружием, обнаружения взрывчатых веществ, поисков нелегальных иммигрантов и даже – в тюрьмах – нахождения нелегальных мобильных телефонов. Сообщалось, что одна известная собака была способна отличить незаконно используемые телефоны от телефонов, принадлежащих охранникам тюрьмы. Однако в поисках исчезнувших людей и предполагаемых жертв убийств требуется способность этих собак определять запах крови и спрятанных тел.

Одной из собак Грайма, используемых во время исчезновения Мадлен, была трехлетняя сука спаниеля по кличке Кила, натренированная исключительно на поиск запаха человеческой крови. По словам ее проводника Грайма, она могла «точно определить человеческую кровь на предметах, прошедших чистку или… несколько раз постиранных в стиральных машинах. В процессе подготовки она точно определяла следы крови на предметах тридцатишестилетней давности. Она будет искать и обнаруживать кровь в таких мизерных пропорциях, которые вряд ли возможно обнаружить существующими методами судебной экспертизы».

Другая собака из команды Грайма – семилетний кобель по кличке Эдди, который был обучен определять по запаху «человеческие останки и жидкости тела, включая кровь, в любой обстановке и в любой местности». В Соединенных Штатах в рамках работы с ФБР эта собака могла по запаху определять останки людей. Поскольку такая подготовка не была разрешена в Британии, Эдди и другие собаки обучались с использованием человеческой крови и разложившихся трупов поросят. По утверждению Грайма, исследования показали, что «запахи человеческого и свиного разложившегося материала настолько одинаковы, что мы не можем «подготовить» собаку различать эти запахи».

Грайм подчеркивал, что важным моментом является то обстоятельство, что Эдди «натренирован на поиск трупного запаха, но не запаха еды. В результате собака не реагирует на запах «бутерброда с беконом» или «кебаба», которые всегда присутствуют в окружающей обстановке». За шесть лет работы над более чем двумястами дел, рассказал Грайм португальцам, Эдди никогда не «подавал сигнал» - не лаял – на мясные продукты.

Работая один или в паре с другой собакой, писал Грайм, Эдди оказался полезным при расследовании трех убийств женщин в 2004 году. Библиотекарша Аттракта Харрон из Северной Ирландии пропала на пути домой из церкви. Во время обследования с участием Эдди места для ног под задними сидениями сгоревшего автомобиля собака быстро подала сигнал о наличии человеческого материала – в этом образце удалось установить наличие ДНК жертвы. Впоследствии обгоревшее тело миссис Харрон было обнаружено захороненным на берегу реки неподалеку от дома подозреваемого.

Молодая медсестра из Уилтшира Аманда Эдвардс исчезла утром после того, как завезла домой своего бойфренда. В ходе обыска с использованием собаки дома ее бывшего бойфренда было обнаружено пятно крови, которое, как выяснилось впоследствии, принадлежало Эдвардс. Затем, после того, как Эдди подал сигнал при обследовании инструментов подозреваемого, находящихся в его автомобиле, Эдди обнаружил место на строительном участке, где подозреваемый захоронил тело.

Шестнадцатилетняя Шарлотта Пинкни, исчезнувшая в Девоншире, так и не была найдена. Однако собака подала сигнал на том месте, где первоначально лежало ее тело. Подозреваемый, о котором было известно, что его видели вместе с девушкой в ночь ее исчезновения, был впоследствии осужден.

Грайм настолько был уверен в Эдди, что рассказывал он португальцам: этот спаниель способен «определить местонахождение трупа, целого или отдельных его частей… закопанного… на глубину 3 или 4 фута вскоре после смерти, на продвинутых стадиях разложения или уже в скелетонизированном состоянии. Это относится также к сожженным останкам даже с использованием большого количества горючего материала. Собака обнаружит труп человека в воде либо с берега… либо находясь в лодке».

Кила, вторая собака, предназначенная для поисков Мадлен, прославила себя, будучи подготовленной Граймом и Харрисоном. Полиция Суррея попросила воспользоваться ее услугами после того, как молодая мать по имени Эбигейл Уитчолл получила ножевые ранения и осталась после этого парализованной, когда везла своего ребенка в детской коляске. Через несколько недель после нападения Кила и другие собаки определили «модель запахов» и установили личность главного подозреваемого.

Этот спаниель также использовался при осмотре рыбацкой лодки, на которой, как считали, был убит человек. Она вся была запачканы сгнившей рыбой и кровью. Кила подала сигнал на пятно крови, которое, как показал анализ, могло принадлежать «примату». «Существуют лишь два варианта, которые отвечают данному выводу, - писал Грайм. - Кровь принадлежала человеку либо горилле, отправившейся на рыбалку».

Собаки были классифицированы в соответствии со соей специальностью: Эдди именовался Собакой по продвинутому поиску жертвы (Enhanced Victim Recovery Dog – EVRD), а Кила – Собакой по обследованию места преступления (Crime Scene Investigation – CSI).

Руководитель расследования Амарал вспоминал, что оказался под сильным впечатлением после беседы с Марком Харрисоном из NPLA – как вследствие его рассказа о способностях собак, так и сведений о «базе данных по Великобритании об убийствах детей в возрасте до пяти лет». Ему и его коллегам показали видеозапись об использовании этих собак, «чтобы убедить нас в их способностях в экстраординарной работе, выполненной этими весьма своеобразными детективами». Амарал оценил их как «абсолютно замечательные», и Харрисон предложил использовать их в поисках Мадлен. Итак, 31 июля Грайм и его два спаниеля прилетели рейсом авиакомпании British Airways и привезены в автомобиле с кондиционером в специально подготовленное место проживания. В период их пребывания под рукой всегда находился ветеринар.

Амарал также был впечатлен документом, который, как он вспоминал, ему передал Харрисон. «Цифры, приведенные в этом отчете, - писал он, - заставили нас вздрогнуть. Эти преступления /Амарал имел в виду похищения и убийства/ в 84% случаев совершались родителями и в 96% - родственниками или друзьями. Только в 4% убийцей или похитителем ребенка оказывался совершенно неизвестный ему человек. Таким окольным способом Марк Харрисон указывал на то, что виновным мог быть человек, близкий к Мадлен, и даже ее собственные родители. С этого момента мы должны были изучить подобную версию».

Судебная Полиция вскоре стала придерживаться мнения, что Макканны причастны к смерти своей дочери и сокрытию ее тела.

Вскоре после появления поисковых собак в Португалии Кейт – еще не зная о том, в каком направлении развиваются события – скажет, что она «по-настоящему рада тому, как обстоят дела».

Гонсало Амарал считал, что начинается «операция по поиску улик, подобной которой никогда еще не проводилось в Португалии».


Поблагодарили за сообщение: vvvvv | maria_pr | Iraida | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 12.

Серый джип с проводником собак Мартином Граймом подъехал к отелю «Оушн Клаб» около 20:00 31 июля 2007 года. Первой целью его заслуженных собак был номер 5А, в котором проживало семейство Макканнов до ночи, когда пропала Мадлен. Эдди, собака, натренированная на обнаружение наличия – в текущий момент или ранее - человеческих трупов, первой приступила к работе.

«Согласно моим личным наблюдениям, - писал позднее Грайм в своем отчете, - поведение собаки изменилось сразу же после того, как открылась входная дверь в номер. Обычно Эдди остается сидеть до тех пор, пока его не выпустят и не отдадут команду о поиске. В данном случае он сразу же бросился с места и вбежал в номер с заметно повышенным интересом. Наблюдая его поведение, я решил, что он «поймал запах», поэтому я разрешил ему осуществлять свободный поиск, не направляя его куда-либо».

Сначала Эдди «подал сигнал лаем» в спальне, выходящей на балкон номера – явно около гардероба – но не выделяя конкретного места. Затем, побегав вокруг, он стал обращать внимание на диван, стоящий вдоль окна в гостиной. «Он был весьма заинтересован диваном, - отмечал Грайм, - но он не мог попасть к задней части дивана». После этого, как кажется, диван отодвинули от стены. Как только Эдди удалось попасть туда, говорил Грайм, «я увидел, что – приблизительно в центральной части стены, где находится окно… между стеной и плитками пола – Эдди ощущал запах гораздо сильнее, чем где-либо еще… Во второй раз он решил: «Да, это то, что я ищу…» И именно в этот момент он подал мне сигнал лаем.

Мы должны понимать, что эта собака подает сигнал лаем только тогда, когда она что-то нашла. Она ни за что не будет лаять ни в каком ином случае. Она не будет лаять на других собак, она не будет лаять на незнакомцев, она не будет лаять, когда кто-нибудь стучит в дверь». Грайм расценил лай за диваном в гостиной как «явное свидетельство».

Немного позже в номер привели Килу, собаку, натренированную на поиск человеческой крови. Она тоже направилась за диван и «подала специфические сигналы в некоторых местах на плитке пола за диваном и на занавеске, которая касалась пола позади дивана. Это означало возможное наличие человеческой крови».

Затем под руководством британского советника сотрудники Судебной Полиции собрали большое количество образцов со стены и обивки дивана. Плитки были отделены от пола, занавески и подкладки занавесок были сняты и упакованы. Так же поступили с вьющимся растением около номера, к которому собака по поиску запаха крови Кила тоже проявила интерес. Основная часть этих материалов была отправлена в британскую правительственную лабораторию Forensic Science Service (FSS) в Бирмингеме.

На следующий день поисковые работы переместились в места рядом с номером 5А, на пляж в Прайа-да-Луш и близлежащий участок пустырей, поросший кустарником. После консультаций со специалистами департамента океанографии университета Алгарве Марк Харрисон пришел к выводу о возможности того, что Мадлен была убита, а ее тело было спрятано на пляже или выброшено в море. Он, кажется, не считал, что это наиболее вероятный сценарий – по целому ряду причин.

Хотя выкопать могилу на пляже не представляет особой сложности, это связано с большим риском быть увиденным. Кроме того, под действием волн тело будет скоро отрыто. «Энергия волн, - считал Харрисон, - недостаточна для того, чтобы смыть тело в море… Вместо этого тело будет скорее всего плавать кругами около побережья». Для обыска побережья Харрисон с помощью группы помощников в различных точках протыкал поверхность земли металлическими прутьями для того – вспоминал Амарал – чтобы «выпустить наружу газы, образующиеся при разложении тела». После этого на пляже и на пустырях дважды побывали собаки, но не подали при этом никаких сигналов».

Результаты, полученные в ходе исследования номера 5А, подтолкнули полицию к осуществлению других шагов. «Первоначальная работа с собаками, - писал инспектор Жоао Карлуш в служебной записке Амаралу, - подтвердила версию о том, что Мадлен Макканн могла умереть в номере 5А». Он приложил ордера на обыск помещений, занимаемых в тот момент Макканнами – виллы в полумиле от отеля «Оушн Клаб» - и взятого в аренду автомобиля, который они использовали с конца мая, спустя три недели после исчезновения их дочери. Ордера на обыск были быстро подписаны.

Как писал впоследствии Амарал, полиция рассматривала обыск виллы как этап, когда «либо мы найдем свидетельства их вины, либо они раз и навсегда будут очищены от всех подозрений в исчезновении их дочери». Во время обыска, как следует из отчета Грайма, на самой вилле был получен всего один явный сигнал – от собаки по поиску трупного запаха Эдди. «Внутренние помещения виллы, сад и весь участок были изучены с помощью Эдди, - сообщал он. - Единственный сигнал был подан, когда собака обнаружила в гостиной виллы розовую мягкую игрушку. При отдельном исследовании этой игрушки собакой, натренированной на поиск крови, та сигнала не подала».

Эта мягкая игрушка – Кот-Соня Мадлен, которую Кейт носила с собой буквально везде с самого начала и которая теперь известна миллионам людей. Игрушка «пахла лосьоном для загара» и к этому времени была уже довольно грязной, вспоминала Кейт, поэтому она постирала ее. Какие бы изменения эта стирка не означала для человеческого обоняния, Грайм считал «возможным», что Эдди подал сигнал об обнаружении «трупного запаха» на игрушке.

Когда детективы покинули виллу Макканнов, они забрали с собой целую машину вещей, принадлежавших семье: Кота-Соню – в полицейском перечне он был отмечен как «одна (01) розовая тряпочная игрушка с желтыми лапами и ушами, синим ярлыком, деревянными четками и зеленой ленточкой в память о святилище Фатима» - коробки с одеждой, чемоданы, пару латексных перчаток, два дневника, ноутбук и библию. Когда все эти предметы были отвезены в другое место для исследования, собака Эдди подала сигнал на одежду в одной из коробок. И снова Грайм посчитал, что собака реагирует на наличие трупного запаха.

Ссылаясь на реакцию собак на Кота-Соню и на одежду, Грайм предупреждал: «Нельзя делать из этого надежные доказательные или аналитические выводы… пока они не будут подтверждены другими дополняющими их свидетельствами».

В своей книге, опубликованной в 2008 году, Амарал привел гораздо более определенные выводы. «Эдди залаял, - писал он, - сигнализируя о том, что мягкая игрушка находилась в контакте с телом. На игрушке был запах мертвого тела». Его описание виллы было предвзятым:

«Кейт казалась скорбящей… Бесчисленные фотографии Мадлен были прикреплены к стене или стояли в рамке на ее прикроватном столике. Около каждой из них, будто наблюдая за душой маленькой девочки, находились либо распятие, либо изображение святого, либо четки… В противоположность этому, на другой стороне комнаты, занимаемой Джеральдом, стены были голыми, холодными, без единой фотографии его дочери Мадлен».

В комнате, используемой Джерри в качестве офиса, офицеры с «изумлением», как пишет Амарал, обнаружили полицейские руководства и книги, которые, по его словам, были запрещены для использования всем за исключением полицейских служб и правительственных агентств. Публикации, перечисленные Амаралом, включали: «Пропавшие и похищенные дети: справочник правоохранителя при расследовании и разработке программы действий» (Национальный Центр по пропавшим и эксплуатируемым детям) и «Тренировочные курсы» (Центр по проблемам детской эксплуатации и онлайн-защиты Агентства по крупной организованной преступности).

На самом деле не было абсолютно ничего странного в том, что в распоряжении Джерри оказались эти материалы – он находился в тесном контакте как с Национальным Центром, так и с CEOP в связи с его поисками аналитической информации о пропавших детях.

Библия, найденная на прикроватном столике Кейт, привлекла особое внимание Амарала. Закладка, носящая изображение святого, отмечала страницу второй Книги пророка Самуила из Ветхого Завета, на которой рассказывалось о смерти одного из детей царя Давида. Эта страница полностью воспроизведена в материалах Судебной Полиции по данному делу, а Амарал процитировал ее в своей книге. Данная цитата включает, в том числе, следующий отрывок:

«Сын, рожденный тебе, умрет.
Господь сделал так, что ребенок, рожденный Давиду женой Урии, сильно заболел. Давид молился Богу о выздоровлении ребенка.
На седьмой день ребенок умер. Слуги Давида боялись сообщить ему о смерти ребенка.
Давид заметил, что его слуги перешептываются между собой, и понял, что ребенок умер. «Ребенок умер?» - спросил он. «Да, - ответили они. - Он умер».
Давид спросил…: «Могу ли я вернуть его?»»

В своей книге Амарал процитировал эти строки гораздо более подробно, как будто тот факт, что они были специально отмечены закладкой в Библии, лежащей у кровати Кейт, имел какое-то зловещее значение.

Еи бы Амарал поинтересовался на сей счет, то узнал бы – как выяснится значительно позже, когда этот кажущийся странным момент был изучен – что Библия была оставлена Кейт двумя ее друзьями, Питером и Бриджит Паттерсонами, прилетевшими в Португалию, чтобы поддержать Макканнов. Именно Бриджет отметила отрывок из Книги пророка Самуила в связи с трагедией в ее собственной семье.

Через четыре дня после того, как детективы прочесали помещения виллы, британские собаки были применены для другого исследования – которое для многих покажется, на первый взгляд, довольно неожиданным. В своих предварительных рекомендациях Марк Харрисон предлагал изучить не только помещения, использованные Макканнами и их друзьями по группе, но также и «арендованные автомобили». Поскольку Макканны не арендовали автомобиль в течение трех недель с даты исчезновения их дочери, можно предположить, что подобное исследование не будет иметь никакого доказательного значения. Тем не менее, днем 6 августа поисковая команда собралась на подземной парковке на Площади 1 мая в Портимане напротив штаб-квартиры Судебной Полиции.

Десять автомобилей были припаркованы в ряд на 4-м уровне парковки. Некоторые из них принадлежали или использовались людьми, представлявшими интерес для полиции, такими как Роберт Мюрат и связанные с ним люди. Один автомобиль, как кажется, был взят в аренду на некоторое время другом Макканнов Расселом О’Брайеном. Другой автомобиль, Рено Сценик серебристого цвета, был арендован Джерри Макканном и его женой 27 мая в компании Budget и в тот момент еще использовался ими.

«Обследовались десять автомобилей», писал проводник Грайм в своем отчете. «Автомобили, информацию о владельцах которых я не знал, были припаркованы на пустом этаже на расстоянии в двадцать пять футов между собой… Собака Эдди, натренированная на поиск трупного запаха, получила команду обследовать этот участок. Пробегая мимо автомобиля, о котором мне сейчас известно, что он был арендован и использовался семьей Макканнов, Эдди начал вести себя заметно по-другому. Затем последовала подача сигнала у нижней части водительской двери, где собака кусала дверь и лаяла. Я признал это поведение как свидетельство того, что собака указывает на запах, исходящий из салона автомобиля через уплотнения у краев двери. Этот автомобиль затем был подвергнут тщательному обследованию сотрудниками СП, но человеческих останков обнаружено не было».

В ходе обследования полиция собрала много волос и фрагментов ногтей. «Тщательнейший осмотр» не выявил следов крови. Однако ранним утром следующего дня в автомобиле начала работу Кила, собака, натренированная на поиск запаха крови. По словам Грайма, «сигналы были поданы с водительской стороны багажника». В отчете португальской полиции об этих поисках уточняется, что собака указала на «место в нижней правой стороне внутренней части багажника автомобиля». В нем также утверждается, что собака затем обратила внимание на карман для карт в водительской двери. Там оказался пластиковый электронный ключ зажигания от автомобиля с брелоком компании Budget.

Для проверки брелока ключи от Рено были вынуты из автомобиля и спрятаны под слоем песка в пожарном ведре, расположенном на некотором расстоянии. После этого в различные интервалы времени и на различных этажах парковки собака дважды проявила интерес к месту, где было поставлено пожарное ведро.

Были изъяты ключ зажигания и часть багажного отделения автомобиля. Все предметы, изъятые из автомобиля, были посланы на анализ в лабораторию FSS в Соединенное Королевство.

«С моей точки зрения, - писал проводник Грайм в заключение той части отчета, которая касалась Рено, - возможно, что Эдди подал сигнал об обнаружении «трупного запаха» или запаха человеческой крови. Однако нельзя делать из этого надежные доказательные или аналитические выводы, если они не будут подтверждены другими дополняющими их свидетельствами».

Слухи о результатах обследования арендованного автомобиля скоро приобретут зловещий характер; зловещий настолько, что Макканны в какой-то момент готовы были даже провести независимое исследование автомобиля. Рено для этого некоторое время продержат в гараже на вилле рядом с Прайа-да-Луш.

Отчет Амарала о событиях тех дней будет категоричным. Собака, натренированная на поиск трупного запаха, писал он несколько месяцев спустя, «не проявила интереса к другим обследуемым автомобилям, интерес был проявлен к автомобилю, использованному Макканнами». На утреннем обследовании собака, натренированная на поиск крови, прямо утверждал он, обнаружила «следы человеческой крови». Ситуация, признал он, продвинулась вперед. Макканны «были на подозрении до того, как мы привлекли к работе английских собак, а затем подозрения превратились в доказанные факты».

Еще до окончания поисков с использованием собак, но после их работы в номера 5А и на вилле, на которой временно проживали Макканны, португальские газеты начали рассказывать истории, повествовавшие о серьезных продвижениях в расследовании дела Мадлен. Еженедельник Sol, имевший, как сообщали, связи с Амаралом, объявил:

«Имеются серьезные признаки того, что Мадлен, английская девочка, исчезнувшая в Прайа-да-Луш… мертва, заявили корреспондентам Sol источники в полиции. За последние несколько дней Судебная Полиция из Портимана, как кажется, проделала разворот на 180 градусов в расследовании этого дела, что даже заставило Генерального прокурора Пинто Монтейро отложить интервью, которое его просила дать британская радиовещательная компания ВВС… Действия СП и некоторых офицеров британской полиции в эти дни – с использованием двух собак в Прайа-да-Луш – похоже означают, что расследование теперь фокусируется на семье Макканнов и их группе…

Вечером во вторник черно-белый кокер-спаниель, натренированный на поиск трупов, провел несколько часов в номере, который занимала семья Макканнов в отеле «Оушн Клаб» и из которого 3 мая исчезла Мэдди. Согласно источникам, близким к расследованию, собака дала сигнал о смерти ребенка в номере».

На следующий день Correio da Manha, ежедневная газета с самым большим тиражом в Португалии, сообщила, что теперь СП: «…сконцентрировала свое внимание на узком круге вокруг Макканнов… От версии о похищении стали отказываться после того как английские собаки обнаружили следы, указывающие на нахождение трупа в номере отеля. Судебная Полиция считает, что Мадлен могла быть убита в этом номере».

Днем позже другая португальская ежедневная газета Jornal de Noticias ссылалась на «следы крови, принадлежащей убитому человеку, предположительно Мадлен», найденные на стене спальни Макканнов в номере 5А. Этот «факт», говорилось в статье, «указывает на смерть ребенка внутри номера». Следователи «не утверждали определенно, что это было убийство», продолжалось утверждаться в статье, но «кто-то пытался уничтожить следы».

Еще через день Diario de Noticias сообщила, что полиция «на протяжении последнего месяца знала о том, что Мадлен Макканн была убита вечером 3 мая в номере… Подозрения, которые всегда падали на родителей Мэдди с момента ее исчезновения, теперь становятся все сильнее». Данное мнение приписывалось «источнику, близкому к расследованию».

В тот же день новостное агентство Lusa, частично принадлежащее государству, со ссылкой на свой источник в команде следователей заявило о появлении «света в конце тоннеля». Один из источников Correio da Manha сообщил, что работа с собаками «позволила подтвердить наихудшие подозрения СП: Мэдди действительно была убита внутри номера». «Теперь», как рассказал газете некий инспектор, «обратной дороги нет». СП «близка к нахождению ключа к этому преступлению».

Португальская полиция «сливала» прессе детали еще незаконченного расследования – задолго до получения результатов анализа лабораторией FSS материалов, отосланных в Великобританию.


Поблагодарили за сообщение: Saggita | vvvvv | KseniyaChirva | maria_pr | Shual | Iraida | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 13

В начале августа Джерри и Кейт Макканны никоим образом не знали, насколько зловещими и серьезными были подозрения, овладевшие людьми, стоящими во главе португальского расследования. Тем не менее, они были обеспокоены, причем не только сообщениями в прессе. Имелись признаки – пускай и едва заметные – того, что отношение полиции к ним меняется. Офицер, находившийся с ними в постоянной связи стал вести себя весьма странно. Он мимоходом бросил реплику о том, что расследование пошло по другому пути. И постоянно, день за днем, была жестокая реальность, состоявшая в том, что возвращение их дочери остается неосуществимым.

Христианская вера Кейт, которой она неуклонно придерживалась все это время, пошатнулась. Она вдруг стала спрашивать себя, вынуждена была признаться Кейт в программе ВВС Heaven and Earth: «Почему это случилось с Мадлен? Почему Ты позволил этому случиться?» «Темные моменты, - добавила, однако, она, были непродолжительны. - Ты понимаешь, что не Господь сделал это. Это сделал кто-то другой».

Макканны тем временем расширяли свою активность. Джерри, всегда бывший человеком действия, вылетел в Соединенные Штаты для проведения деловых встреч в Национальном центре по делам пропавших и эксплуатируемых детей (NCMEC). Созданный в связи с целой серией громких дел о похищении детей и частично финансируемый Министерством юстиции США NCMEC в течение многих лет работал, чтобы помогать найти пропавших по разным причинам – в том числе и похищенных – детей и привлекать внимание к случаям насилия над детьми и распространению изображений такого насилия. В серии деловых встреч Джерри беседовал с директором этого центра, встретился с Генеральным прокурором администрации президента Буша и членами Конгресса, а также выступил в программе America Most Wanted – аналоге британской программы Crimewatch.

Помимо того, что знания Джерри обогатились сведениями о технических приемах обнаружения пропавших детей, поездка принесла то, что Макканны искали с самого начала: больше известности, которая могла, просто могла помочь найти Мадлен. Более того, после своего возвращения из Штатов он и Кейт появились на видео, размещенном в YouTube, для запуска международным подразделением NCMEC веб-сайта «Не забывайте обо мне», на котором родители могли размещать информацию о пропавших детях.

В то же самое время произошло неожиданное – для Макканнов – посещение полицией виллы, на которой проживал супруги. Им сказали, что будет проводится судебная экспертиза, поэтому они предположили, что будет проводится несколько запоздалый поиск следов ДНК, которые похититель мог оставить на их вещах. Только 8 августа, когда Макканны были вызваны в полицейский участок в Портимане, им наконец-то стали открываться все масштабы изменений, произошедших в позиции, занимаемой Судебной Полицией.

Два офицера, один из них начальник регионального управления Энкарнасао, другой – Луиш Невес, руководитель португальского эквивалента британского Агентства по тяжким преступлениям и организованной преступности, сообщили Макканнам, что они отказались от надежды на то, что Мадлен жива. Джерри попросили покинуть комнату, и они стали допрашивать Кейт – еще раз – о событиях вечера 3 мая. Они намекнули ей, что память ей изменяет.

Кейт не выжала и зарыдала, ловя ртом воздух. Когда Джерри, в свою очередь, допрашивался повторно, у него уже был готов свой вопрос: Является ли теперь дело расследованием убийства? Ему ответили, что он может так считать.

Двумя днями позже официальный представитель СП Олегарио де Соуза – как следует из серии скрытых утечек – сделал одно «скользкое» замечание. Новые свидетельства в деле Мадлен, как сказал он, по информации ВВС, увеличивают «интенсивность» вероятности того, что она была убита, но ее родители не рассматриваются как официальные подозреваемые.

11 августа - дата, когда исполнилось сто дней с момента исчезновения дочери Макканнов. В тот день один из португальских офицеров, осуществлявших связь с супругами, сообщил им новость. Одна из собак, привезенных из Соединенного Королевства, заявил он, обнаружила человеческую кровь в номере 5А. Более того, поведение другой собаки сигнализировало о том, что там кто-то умер. Ознакомление с этой информацией, вспоминала Кейт, оставило супругов смущенными и расстроенными.

Ни одна из этих инсинуаций против Макканнов никогда не будет подтверждена какими-либо доказательствами. В последующие месяцы напряжение только росло.

Как раз в тот момент отношения Макканнов с португальской полицией становились все более и более напряженными, такими же становились и отношения со СМИ. В конце месяца уроженец Шотландии Джерри давал интервью на Эдинбургском Телевизионном Фестивале и в сложившихся обстоятельствах его присутствие там до сих пор воспринимается с иронией, носящей несколько жутковатый характер. В тот же день на фестивале появился облаченный в походный тартановый костюм и в таком виде запечатленный в специальном выпуске шоу Jim’ll Fix It, посвященном фестивалю, сэр Джимми Сэвил – пять лет спустя, уже после его смерти, его представят как серийного насильника-педофила. Там также присутствовал ведущий программы Newsnight Джереми Пэксмен, резко критиковавший устроенный СМИ «цирк» в отношении Мадлен в манере, «высасывающей здравый смысл и соображение из мозгов участников». Джерри Макканн, со своей стороны, пожаловался на «абсолютно дикие рассуждения» некоторых СМИ. Теперь его с Кейт желание состояло в том, чтобы держаться подальше от яркого света известности и рекламы – ограничивая себя тем, что могло помочь их дочери.

Перед тем, как покинуть Эдинбург, Макканны дали знать о том, что намереваются нанести ответный удар клевещущим на них СМИ. В соответствии с источником, выступившим от их имени, диктор на португальском национальном телевизионном канале RTP – который ранее транслировал интервью, в котором цитировались «знающие люди», заявлявшие, что Макканны являются «свингерами» - намекнул, что Кейт, должно быть, убила Мадлен. Диктор отрицал данный факт, но супруги угрожали судебным преследованием. Два дня спустя, когда журналист испанского канала Telecinco во время интервью приставал к Джерри с просьбой обсудить ход расследования – что, как объяснил Джерри, запрещало ему португальское законодательство – Джерри снял с себя микрофон и покинул помещение.  «Вы думаете, это угрызения совести, - спросит ведущий, во время трансляции программы, - заставили Джерри уйти?»

На следующий день заголовок на первой странице португальского еженедельника Tal & Qual - название переводится как «То и это» - гласил: «PJ ACREDITA QUE OS PAIS MATARAM MADDIE» - «СП СЧИТАЕТ, ЧТО РОДИТЕЛИ УБИЛИ МЭДДИ». Также заглавными буквами, но уже более мелким шрифтом было напечатано немного менее обвинительный подзаголовок: «SUSPEITAS APONAM PARA MORTE ACIDENTAL» - «ПОДОЗРЕНИЯ УКАЗЫВАЮТ НА СЛУЧАЙНУЮ СМЕРТЬ». В статье предполагалось, что Макканны либо были виновны в несчастном случае, повлекшем за собой смерть, либо напичкали свою дочь седативными препаратами. Статья ссылалась на источник этой информации как «близкий к следствию». Эта история перешла все возможные рамки дозволенного, поэтому супруги подали иск против Tal & Qual. Иск впоследствии был снят в связи ликвидацией самой газеты.

Не существует никаких свидетельств того, что Макканны когда-либо давали Мадлен седативные препараты. Семейные врачи (действующий и предыдущий) Макканнов впоследствии оба сообщили британской полиции в Соединенном Королевстве, что никогда не прописывали подобных лекарств супругам. Две сиделки, ранее работавшие на них, и родственники заявляли, о том, что никогда не знали, чтобы родители давали Мадлен какие-либо лекарства кроме Калпола (парацетамола) от жара или боли.

Версия о том, что детективы СП считали смерть Мадлен следствием передозировки данных ей родителями седативных препаратов, однако, не исчезла вместе с Tal & Qual. Пять дней спустя, также цитируя «источник, близкий к расследованию», Correio de Manha утверждала, что Макканны держали в одном из ящиков гардероба в своей спальне в номере 5А «шприц с транквилизаторами». Их официальный представитель быстро ответил на это, сообщив Daily Express, подхватившей данную историю в Великобритании, что у них на отдыхе не было ни шприцев, ни седативных препаратов. Эта история была «абсолютной чепухой».

Однако британские таблоиды на протяжении недель будут продолжать сообщать сведения, подчерпнутые из португальской прессы. Так же будет действовать и основная часть зарубежной прессы. История об «усыпленной Мадлен», основанная на португальских источниках, однако, не получит своего развития. Ни одна их этих инсинуаций в отношении Макканнов не будет подтверждена какими-либо реальными фактами.

В отсутствии какой-либо реальной информации Джерри и Кейт Макканны пытались вернуться к тому, что на протяжении последних месяцев было их обычными занятиями – хотя, конечно, это совсем не было теперь обычным. В одну из ночей Кейт приснился сон, будто Мадлен вернулась живая и здоровая. «Это было очень осязаемо… Мне кажется, мне позвонили из детского сада, куда она ходила, и сказали: «Мадлен здесь». Я отправилась туда… мне показалось, что я держу ее. А затем я проснулась и со мной случилась истерика… это было ужасно».

Со своей стороны, Джерри размышлял над тем, что в это время его дочь уже должна была начать заниматься в начальной школе. Но в Судебной Полиции уже не было места для рассуждений о том, где могла бы находиться Мадлен, она была занята только продвижением вперед дела – как это понимали сами полицейские. Из британской государственной лаборатории еще не пришли результаты анализов материалов, собранных в ходе поисков с применением специальных собак; однако относящиеся к тому времени документы СП показывают, что старшие офицеры уже окончательно сформировали свое мнение.

3 сентября второй по старшинству офицер, участвующий в расследовании, главный инспектор Таварес де Алмейда направил своему начальнику Амаралу несколько предложений. Он фокусировал внимание на собаках. «Единственные во всем мире» собаки должны были теперь быть использованы в Соединенном Королевстве в отношении тех, кого он называл «возможными виновниками/сообщниками в смерти Мадлен – тех, кто являлся членами группы Макканнов во время их отдыха.

Алмейда просил «исследовать с помощью собак одежду, использованную группой друзей семьи Макканнов», собрать и провести экспертизу всего, что может оказаться потенциально полезным. Чтобы больше узнать о самих Макканнах, он хотел получить право обследовать дом супругов в Лестершире – и также собрать и подвергнуть экспертизе все, что имеет потенциальное значение. Он хотел допросить воспитательниц в детском саду Мадлен, людей, занятых у нее дома – всех людей, не являющихся членами семьи, но знавших ее саму.

Главный инспектор Алмейда требовал этого, поскольку, как он писал, полиция сейчас придерживалась той «точки зрения, что смерть маленькой Мадлен Макканн произошла 3 мая 2007 года в номере 5А… Работа, проделанная собаками, ведет нас именно в этом направлении расследования – не потому, что оно ранее игнорировалось, а поскольку собаки, возможно, обнаружили источники, откуда можно получить научно проверенные свидетельства».

Еще до того, как собаки проделали свою работу, сообщал Алмейда своему шефу, уже существовало несколько версий относительно того, что могло привести к смерти Мадлен – «несчастный случай, халатность или же убийство». Теперь необходимо было также рассмотреть «сокрытие тела» и «инсценировку преступления [т.е. похищения]».

В одном из интервью, данных несколькими месяцами позднее, Амарал согласится с тем что собаки играли исключительно важную роль. «Это собаки так поработали, - сказал он прессе. - И именно тогда мы стали так уверены».

В тот самый день, когда Алмейда написал свои предложения по дальнейшим следственным мероприятиям, полиция уже предприняла действия, делающие явным обвинительный настрой следователей. Инспектор Рикарду Пайва, детектив, действовавший в последние месяцы как офицер по связям с Макканнами, прибыл к ним на виллу, чтобы получить несколько подписей в обычном порядке. После этого, однако, он изумил и шокировал супругов. Они должны были прибыть в полицейский участок для «допросов» - Кейт в один день, Джерри на следующий день – причем прибыть в сопровождении своих адвокатов.

Зная, что свидетелям обычно не надо было присутствовать на допросе вместе с адвокатом, Джерри спросил, поменялся ли их статус, и если да, то как. Им придется, заявил Пайва, стать arguidos – формальными подозреваемыми, такими, каким был уже несколько месяцев Роберт Мюрат.

В 2011 году в своей книге Кейт Макканн вспоминала, что была ошеломлена, плакала, спрашивала Пайву, не пытается ли полиция разрушить всю ее семью – она практически обезумела. Но только те, кто ознакомился с документами португальской полиции, знают, в какой некорректной форме инспектор Пайва сообщил о реакции Макканнов в отчете, который он спешно составил несколько позднее в тот же день:

«Когда нижеподписавшийся прибыл во временное местопребывание Макканнов, чтобы известить их о необходимости лично присутствовать в полицейском участке для дачи показаний… Кейт Макканн немедленно прореагировала негативным образом, делая комментарии вроде: «Что могут подумать мои родители?» и «Что скажет пресса, когда узнает об этом?» и что «Португальская полиция находится под давлением своего правительства, старающегося, чтобы расследование скорее закончилось».

Что касается Джеральда Макканна, то он упорно настаивал на том, чтобы передать нижеподписавшемуся полученные им письма и электронные сообщения, в основном от выбранных им экстрасенсов и медиумов, в которых содержалась ничем особо не подтвержденная информация о местонахождении Мадлен и ее предполагаемом похитителе.

Совсем недавно… в ходе телефонного разговора между нижеподписавшимся и Джеральдом Макканном последний сделал замечание, касающееся расследования, а именно о своей уверенности в том, что полиция не имеет никаких доказательств, могущих обвинить их в смерти Мадлен Макканн; он также сказал, что полиция тратит время зря, нацеливая расследование на родителей».

Еще раньше в этом отчете инспектор Пайва ссылался на предположительно «странное» поведение Макканнов, которое он наблюдал во время своей недавней работе в качестве офицера по связи с супругами. Они, как он писал:

«…постепенно начали реагировать в очень негативной манере относительно возросшей активности нашей полиции, особенно во время использования английских собак-ищеек для поиска трупного запаха, когда в ходе расследования появились новые свидетельства о смерти Мадлен Макканн. Несколько раз Макканны говорили о том, что внимание полиции должно оставаться направленным на версию о похищении, которая, по их мнению, была единственно возможной… и что полиция не должна забывать о дальнейшем расследовании в отношении подозреваемого Роберта Мюрата.

Странно, но Кейт также потребовала, спустя три месяца после исчезновения Мадлен, чтобы полиция взяла на анализ кровь, волосы и ногти брата и сестры Мадлен, поскольку, как она сказала, она помнит, что в день исчезновения Мадлен – несмотря на суматоху и шум в номере 5А производимые представителями властей и другими людьми, искавшими Мадлен, они продолжали спать, вследствие чего она сейчас предполагает, что они находились под воздействием некого седативного препарата, введенного предполагаемым похитителем детям, чтобы иметь возможность похитить Мадлен – вариант, который Кейт считает весьма возможным, учитывая то, что она прочитала в руководстве по уголовным расследованиям, предоставленном ей британскими властями, а именно, что подобные действия совершаются похитителями в реальных случаях похищения, изнасилования и убийства детей».
« Последнее редактирование: 24.01.16 00:05 »


Поблагодарили за сообщение: MakTera | maria_pr | Iraida | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

На следующий день после того, как Пайва сообщил Макканнам о грозящем им статусе arguido, 4 сентября, Судебная Полиция получила предварительный отчет Джона Лоуэ, главного научного сотрудника, который – вследствие поисков с помощью собак – проводил анализ материала, собранного в номере 5А и арендованном Макканнами автомобиле. Результаты его исследований, отмечал он, должны быть «формально изложены в основном отчете». Сейчас же он сообщал о трех полученных им образцах.

В образце под номером 3А, собранном с пола гостиной бывшего номера Макканнов в отеле «Оушн Клаб», найдены ДНК, сообщал Лоуэ. Это образец дал неполный состав ДНК, полученный из «небольшого количества ДНК, принадлежащих более чем одному человеку». Он затем писал: «Однако все подтвержденные компоненты ДНК соответствуют компонентам профиля ДНК Мадлен Макканн». С точки зрения ученого, невозможно сказать, тем не менее, какая именно человеческая жидкость представлена в образце 3А. Другими словами, это может быть не кровь, а какая-либо иная человеческая жидкость.

Образец 3В, также с пола гостиной, оказался бесполезным. Не было свидетельств того, прямо утверждал Лоуэ, «для того, чтобы утверждать, что ДНК Мадлен Макканн оказались в образце 3В».

Третий образец, полученный из багажника арендованного Макканнами автомобиля – обозначенный в отчете под номером 10(2) – представлял собой совсем иной случай.

Методика, используемая Лоуэ анализирует «регионы» ДНК, известные как «короткие тандемные повторения» (STR), отличающиеся у разных людей. За исключением однояйцевых близнецов, профиль ДНК каждого человека является уникальным.

Британские ученые используют десять специфических компонентов STR-региона, каждый из которых содержит две аллели – одну, унаследованную от матери, и одну, унаследованную от отца. Поскольку им известна частота, с которой каждая из них встречается у населения, ученые могут вычислить вероятность совпадения любых двух образцов во всех двадцати этих аллелях. Используемый учеными метод дает «пик» для каждой аллели. Всегда имеется двадцать аллелей, но, поскольку у всех из нас есть общие аллели, от родителей иногда наследуются одинаковые аллели, давая всего один «пик». Поскольку у родителей Мадлен была одна такая идентичная аллель, профиль ДНК Мадлен дает в целом не двадцать, а девятнадцать таких уникальных пиков.

ДНК-профилирование использует методику увеличения (повторного копирования) ДНК для того, чтобы увеличить количество ДНК, пригодного для анализа. В случае с образцом из багажника арендованного автомобиля под номером 10(2), Лоуэ использовал вариацию этой методики, называемую LCN («низкое количество копий»), которая дополнительно увеличивает количество стадий увеличения ДНК. Это означает, что ДНК-профиль может быть получен из образцов, в которых исходное количество ДНК слишком мало для других методов идентификации. Однако, к сожалению, методика LCN также увеличивает количество деградировавших ДНК или аллелей, которые могли появиться вследствие множественных контактов, поэтому ее результаты часто сложно или вообще невозможно интерпретировать.

Сравнивая ДНК Мадлен с ДНК из образца номер 10(2), Лоуэ обнаружил, что «из 19 компонентов 15 присутствуют в этом образце». Однако следующие слова Лоуэ рассеивают впечатление о том, что из этого факта можно сделать какое-либо заключение. «Всего имеется 37 компонентов», писал Лоуэ. «Имеется 37 компонентов, потому что ДНК, как минимум, трех человек присутствуют в образце». Далее он предупреждал, что «индивидуальные компоненты ДНК Мадлен не являются уникальными».

«Элементы профиля Мадлен, - отмечал он, - также присутствуют в профилях многих ученых здесь, в Бирмингеме, в том числе и в моем. Важно подчеркнуть, что 50 процентов профиля Мадлен унаследовано ею от каждого из родителей». В образце, составленном из компонентов профилей, как минимум, трех человек, писал Лоуэ, на вопрос «Истинное это совпадение или случайное?» ответить невозможно.

В резюме этого предварительного британского отчета, сделанного португальской полицией неделю спустя, информация была представлена гораздо более определенной. В этом документе, написанным инспектором Жоао Карлушем, потребовавшим проведения обследования виллы и автомобиля, утверждалось, что – в одном из образцов – «все подтвержденные компоненты ДНК совпадают с соответствующими компонентами в ДНК-профиле Мадлен Макканн».

Столь же определенно Карлос высказывался относительно образца 10(2). «В образце, собранном в багажнике автомобиля», писал он, «15 идентифицированных компонентов ДНК совпадают с соответствующими компонентами ДНК-профиля Мадлен Макканн, имеющего в общей сложности 19 компонентов». Если в таком явно определенном смысле – игнорируя предостережения ученого – полиция интерпретировала первоначальный отчет Лоуэ, полученный 4 сентября, то он, без всяких сомнений, еще больше убеждал полицейских в том, что они находятся на правильном пути, нацеливаясь на Макканнов.

Еще 5 сентября, по воспоминаниям Кейт, она и ее муж имели некоторую надежду, что их не объявят arguidos. Если так, то их надеждам не суждено было сбыться.

На следующий день, как и планировалось, Кейт прибыла в штаб-квартиру полиции в Портимане. Толпа толкающихся репортеров и фотографов уже находилась там, чтобы увидеть ее появление, и только около полуночи она вышла оттуда. В участке, сидя рядом со своим адвокатом, ей пришлось вытерпеть длительный допрос – в основном осуществляемый инспектором Карлушем – о деталях событий в дни, предшествовавшие исчезновению Мадлен и самого того вечера. Они также спрашивали, какие лекарства были в номере 5А. Кейт ответила, что у них был Калпол и Нурофен, для детей и для взрослых – от жара и боли – но эти лекарства они не давали детям во время отдыха.

После этого, уже поздно ночью, состоялся разговор с адвокатом, выглядевшим весьма мрачно. Ему кратко рассказали о том, чем закончились поиски с использованием собак в номере 5А. Он знал о библии, обнаруженной рядом с ее кроватью на вилле, где они проживали, и о помеченном в ней отрывке о мертвом ребенке. В Португалии, сказал адвокат, все это в целом было бы достаточно, чтобы отправить ее в тюрьму.

Затем, по свидетельству Кейт, он сообщил супругам, к их крайнему изумлению, о том, что полиция предложила заключить «сделку с правосудием». Если Кейт сознается, что Мадлен умерла в результате нечастного случая, что она скрыла, а затем избавилась от тела дочери, то к ней отнесутся мягко – возможно, присудят всего два года тюрьмы – а Джерри могут отпустить. Если же она не согласится на сделку, сказал он, и если их обвинят в убийстве, то оба они, Кейт и Джерри, могут получить пожизненный срок.

Утром следующего дня, 7 сентября, в полицейском участке инспектор Карлуш начал с того, что объявил Кейт об официальном объявлении ее arguido. Затем он и Рикардо Пайва огласили целый список из более чем сорока вопросов. Следуя совету своего адвоката, а также, поскольку официальный подозреваемый имел на это законное право, в данном случае она отказалась отвечать. Сам смысл вопросов, однако, явно указывает, куда клонила полиция.

Они хотели знать, что находилось в шкафу в спальне, когда она 3 мая вернулась в номер 5А; почему она с самого начала заявляла о том, что Мадлен была похищена; почему, по ее мнению, близнецы спали во время суматохи, поднявшейся после исчезновения Мадлен; давала ли она регулярно лекарства детям; чувствовала ли она себя временами – как мать – доведенной своими детьми до отчаяния и гнева. Они показали ей видеозапись, снятую во время обследования номера и Рено собаками, рассказав ей, что эти собаки – обе просто замечательные – подали сигналы об обнаружении запаха смерти и крови.

Пока Кейт – на публике вежливая до чрезмерности – сидела во время зачитывания вопросов, вспомнит она однажды, ей показалось спокойнее, когда она повторяла про себя: «Гребанный мудак, гребанный мудак…»

В тот день Джерри Макканн также повторно допрашивался на протяжении четырех часов. Хотя ему также сообщили, что теперь он является arguido и не обязан отвечать на вопросы, он предпочел все-таки ответить. Помимо обычных вопросов об отдыхе, допрашивающие хотели знать: принимал ли он какое-либо участие в исчезновении Мадлен – этот вопрос они задавали три раза; страдала ли его жена от каких-либо депрессий; говорила ли она когда-либо о том, чтобы отдать Мадлен другому члену семьи. Все его ответы были отрицательными.

Как и Кейт, Джерри спрашивали, как он может объяснить тот факт, что близнецы спали во время суматохи 3 мая, давал ли он кому-нибудь из детей какое-либо лекарство во время пребывания в Португалии. Он не мог объяснить, почему близнецы продолжали спать. Он сказал, что они с Кейт привезли с собой на отдых некоторые лекарства, включая Нурофен и Калпол, антигистамин терфенадин и Лозек, лекарство от гастрита, которое он сам периодически принимал. Некоторые родители помимо борьбы с жаром и болью дают своим детям Калпол для того, чтобы они заснули. Он и Кейт, сказал Джерри, не давали никому из своих детей Калпол или еще какое-либо лекарство во время отдыха – не существует никаких свидетельств того, что Макканны когда-либо использовали Калпол или какие-либо другие лекарства, чтобы успокоить своих детей.

От него также потребовали ознакомиться с видеозаписью, на которой работали собаки и подавали сигналы о предполагаемом обнаружении запаха смерти и человеческой крови. У него не было ни комментариев, ни объяснений. Он сообщил, что у Мадлен бывали носовые кровотечения, но он не уверен, что таковые случались во время их отдыха.

Затем инквизиционный процесс завершился – с перспективой того, как утверждал адвокат Макканнов, что против Джерри или Кейт, или них обоих, будут выдвинуты обвинения. Существовала возможность содержания их под стражей в течение многих месяцев, разлученных со своими оставшимися детьми. Тогда, через британских дипломатов, супруги выяснили, что несмотря на их статус подозреваемых, им позволят, как это планировалось, вернуться в Соединенное Королевство.

По советам юристов, они предпочли собраться и немедленно уехать, пока ситуация не изменилась. Воскресным утром, 9 сентября, семья села в арендованный Рено, чтобы отправиться в аэропорт Фару для полета в Англию. Почти час за время 55-мильной поездки их автомобиль преследовал «хвост» из репортеров и операторов на автомобилях и мотоциклах. В попытке сделать снимки во время езды на скорости восьмидесяти миль в час один оператор высунулся по плечи из люка в крыше своего автомобиля. В небе висел вертолет с репортерами.

Несколько часов спустя под осенним английским солнцем в аэропорту East Midlands они спускались по ступенькам трапа самолета авиакомпании Easy Jet – уже после того, как из самолета вышли все пассажиры. Затем они сели в другой автомобиль, для того, чтобы проехать еще двадцать миль до своего дома в Ротли. Хоть и в менее наглой форме, чем толпа, преследовавшая их в Португалии, пресса здесь также присутствовала. С неба на них уставились видеокамеры, теперь уже с других вертолетов. Затем они прибыли домой, приветствуемые родственниками.

«Кейт необходимо было пройти в комнату Мадлен сразу после того, как мы вернулись, - сообщила мать Джерри Эйлин, - она хотела побыть там одна… Я не могу представить, что она чувствовала. Одежда и игрушки Мадлен находились на том же месте, где она их оставила. Кейт верит, что Мадлен еще жива и, мне кажется, немного помолилась за нее… но она сильный человек».

После их возвращения в Соединенное Королевство Кейт не стала продолжать работать семейным доктором, а оставалась дома с детьми. Джерри скоро возвратится на работу кардиолога в Glenfield Hospital в Лестере. Но то, что было «нормальной жизнью» для супругов, однако, закончилось, и, возможно, никогда уже не повторится.

На следующий же день после отъезда Макканнов, в Португалии продолжилось излияние потока обвинений. Судебная Полиция, по сообщению уважаемого репортера Sky News Мартина Брюнта, теперь публично заявила, что образцы крови, исследованные в британской лаборатории FSS, представляют собой «бесспорно доказывающие вину улики». «Они свидетельствуют, как считает СП, - сообщал Брюнт, - о наличии тела Мадлен в автомобиле спустя пять недель после ее исчезновения… Имеющиеся улики дают основания весьма однозначно предполагать, что ее ДНК не попали туда с ее одежды или с мягкой игрушки. Утверждается, что анализ ДНК показал 99-проценетное совпадение».

Также 10 сентября заместитель руководителя расследования Амарала главный инспектор Таварес де Альмейда представил девятистраничный отчет детально описывающий состояние дел. Он не только перечислил материальные улики, но, как и его босс Амарал, упомянул предположительно подозрительные находки, сделанные на вилле, занимаемой Макканнами после исчезновения Мадлен – включая страницу, отмеченную в используемой Кейт библии.

Альмейда также указал на обнаруженные «несоответствия» в показаниях друзей, ужинавших с Макканнами в ту роковую ночь. «Из заявлений членов группы», писал он, «следует вывод о полном противоречии, которое, в свою очередь делает очевидным тот факт, что все они лгут».

Главный инспектор, как кажется, не принял в расчет возможность существования вполне невинных причин для возникновения подобных несоответствий.

Из всех имеющихся свидетельств Альмейда сделал вывод о том, что Мадлен умерла в номере 5А, что была создана видимость совершения похищения, что предполагаемые проверки детей за ужином 3 мая были придуманы, что ребенок, должно быть, умер в результате несчастного случая и что Макканны спрятали тело своей дочери. Они сделали это, как вскоре заявил Sunday Times источник в полиции, поместив его в холодильник. Это мнение вообще ни на чем не основывалось – и было откровенно глупым.

В тот же день Информационно-аналитическая Бригада СП, находящаяся в Лиссабоне, подготовила одиннадцатистраничный документ, основанный на показаниях членов группы Макканнов и их телефонного траффика. В нем также подчеркивались предполагаемые несоответствия и противоречия, особенно в показаниях самих Макканнов. Вместе с этим документом в материалы уголовного дела была включена хронология событий, подготовленная британской полицией, которая заключается словами: «В суматохе, последовавшей за исчезновением Мадлен Макканн, представляется возможным, что один из мужчин или Фиона Пейн «исчезли на некоторое время», а затем снова присоединились к поискам».

Эти документы СП были подготовлены, как кажется, для представления в местную прокуратуру. Затем начался сложный процесс их рассмотрения. Выяснилось, что Макканны могут оставаться arguido на протяжении целого года без вынесения обвинений. Генеральный прокурор Португалии Пинто Монтейро тем временем заявил, что расследование не закончено. Полиция, со своей стороны, продолжала давить.

Сообщалось, что полицейские получить доступ к Коту-Соне Мадлен и оригиналам дневников Кейт, возвращенным Макканнам накануне их отъезда. Их интересовал ноутбук, которым пользовался Джерри, они просили передать им сведения о телефонном трафике Макканнов и всех их друзей на отдыхе. Будет составлен отчет о количестве и весе чемоданов, которые брали с собой Макканны и их друзья на свои обратные рейсы в Англию. В конце сентября в полицейской корреспонденции появится идея о том, что агенты, нанятые супругами, могут появиться в местах в Прайа-да-Луш, где проживала семья, чтобы «дезинфицировать» их.

Однако были и признаки того, что некоторые представители властей в Португалии имели возражения. Глава португальской полиции Алипио Рибейро заявил, в противоположность утверждениям Судебной Полиции, о том, что британская судебная экспертиза не является окончательной. В середине сентября в офисе Генерального прокурора Пинто Монтейро заявили, что нет необходимости еще раз допрашивать Макканнов, на чем настаивал главный инспектор Алмейда.

Официальный представитель СП по данному делу Олегарио де Соуза, со своей стороны, заявил о своей неспособности в дальнейшем исполнять соответствующие служебные обязанности. Как сообщалось, в частном порядке он дал знать о том, что «раздражен» потоком утечек, допускаемых его коллегами по полиции. Эти утечки, сказал он, допускались с целью принудить Джерри и Кейт Макканнов признать свою ответственность в смерти Мадлен. По мнению де Соуза, улики против них были в лучшем случае неосновательными, в худшем – лишь предположениями. Он чувствовал себя «оказавшимся в пекле пропагандистской войны между его коллегами по полиции и Макканнами».

Конфликт еще только начинался.
« Последнее редактирование: 20.01.16 22:25 »


Поблагодарили за сообщение: MakTera | maria_pr | Iraida | Saggita | vvvvv | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 14.

Находки, сделанные британскими собаками-ищейками, самым серьезным образом изменили направление расследования. Если бы этих собак не привезли, то, прямо скажем, и не было бы решения португальской полиции о формальном объявлении родителей Мадлен подозреваемыми.

Внимательное рассмотрение документов уголовного дела, однако, указывает на то, что указанные выше решение было преждевременным и проистекало из неправильной (хотя, возможно, и вполне извинительной) интерпретации португальцами плохо сформулированных – и при этом ключевых – результатов экспертизы, содержащихся в электронном сообщении лаборатории FSS. Британский офицер по связям с португальской полицией, передавший Судебной Полиции данное сообщение, как кажется, предупреждал о необходимости подождать появления окончательного отчета лаборатории. Однако следователи СП, похоже, проигнорировали не только предупреждение британского офицера, но и категорическое утверждение британского специалиста, работавшего с собаками в Прая-да-Луш. «Нельзя делать надежные доказательные или аналитические выводы» на основании сигналов, поданных собаками, писал проводник собак Мартин Грайм, «пока они не будут подтверждены другими дополняющими их свидетельствами».

Однако иные свидетельства того, что Мадлен умерла номере отеля «Оушн Клаб» и истекала там кровью – никогда не появятся. В своем заключительном отчете, датированном 2008 годом, об образцах, собранных в номере, Джон Лоуэ из лаборатории FSS сообщил в конце концов о тестах с использованием методик профилирования ДНК, как стандартной, так и LCN, специально разработанной для анализа образцов с минимальным количеством материала в плохом качестве. Такие образцы, например, могут содержать ДНК, оставленные на чашке, из которой пили жидкость. Применение тестов, использующих методику LCN, были на время прекращены (в период расследования дела Макканнов) вследствие судебного процесса в Северной Ирландии над членами ИРА, когда надежность этой методики была поставлена под сомнение.

Окончательное заключение Лоуэ было следующим: «результаты лабораторных исследований не могут определить, принадлежат ли ДНК в образцах, полученных в ходе расследования, Мадлен Макканн».

Он снова обратил внимание на образец 3А, собранный с пола в гостиной номера, который он обсуждал в своем первоначальном отчете, что было интерпретировано в резюме португальской полиции как прямое соответствие с ДНК Мадлен (см. предыдущую главу). Теперь он писал, что «низкоуровневый результат анализа ДНК дал слишком скудную информацию, указывающую на наличие ДНК более чем одного человека… результат может быть объяснен, например, присутствием ДНК Кейт Макканн и Джерри Макканна… Невозможно поставить в соответствие этот ДНК-профиль какому-то определенному типу жидкости в организме».

Выражаясь простым языком, наука оказалась неспособной даже определить, является ли образец кровью, не говоря о том, принадлежит ли он Мадлен.

Из нескольких дюжин других образцов, собранных в номере 5А и отправленных в Великобританию на анализ, оказалось, что лишь один образец 3А – возможно – принадлежит члену семьи Макканнов. Все остальные были либо «слишком сложными для однозначной интерпретации», «слишком слабыми», «неполными» или (в одном случае) принадлежащими одному из детективов, собиравшему образец. В нескольких случаях, где Лоуэ отмечает «смешанный» или «низкоуровневый» результат анализа ДНК, точка зрения этого специалиста сводится к тому, что «нет убедительных свидетельств, подтверждающих версию о том, что ДНК кого-то из членов семьи Макканнов попали в анализируемые образцы».

Хотя собака, натренированная на обнаружение человеческой крови, подала сигнал в гостиной номера 5А, Лоуэ смог лишь установить в найденных там образцах отдельные компоненты ДНК, но не определил, является ли их источником кровь. Даже если бы он смог сказать, что это кровь, то все равно не существовало убедительного соответствия ДНК в образцах и ДНК-профилем Мадлен Макканн. При этом были все основания предположить, что эти ДНК остались от предыдущих обитателей номера.

Семейная пара, арендовавшая номер 5А за месяц до Макканнов - специалист по компьютерам Саймон Фоукс и его супруга, учитель Клэр – вспомнят, что их дочь, которой было три с половиной года, сильно поранила свой подбородок в детском саду, так, что ей пришлось накладывать швы, и поэтому следы ее крови могли остаться в номере.
Более того, семейная пара, проживавшая в номере за неделю до Макканнов – бухгалтер Пол Гордон и его жена стюардесса Сэйли – оставили еще более важное воспоминание о кровотечении. Гордон порезался, когда брился, и «ходил по номеру с газетными лоскутками, пытаясь остановить кровь» на протяжении сорока пяти минут.

Помимо этого, был также автомобиль Рено, арендованный Макканнами через три недели после исчезновения Мадлен, и образец – пронумерованный в лаборатории как 10(2) – который был взят из багажника этого автомобиля. Как уже писалось выше (см. предыдущую главу), Лоуэ идентифицировал в образце 15 из 19 компонентов ДНК Мадлен, но предупредил, что эти компоненты их ее ДНК-профиля не уникальны именно для нее. Однако в полицейском резюме данное предостережение было проигнорировано.

В своем итоговом отчете, в котором снова упоминался образец 10(2), Лоуэ указывал, что данный образец «включает ДНК по меньшей мере трех человек… По моему мнению, этот результат является слишком сложным для содержательной интерпретации».

Лабораторные исследования не выявили принадлежность к крови жидкостей организма, обнаруженных в автомобиле. Что касается волоса, найденного в Рено и сравненного с волосами из расчески Мадлен, то коллега Лоуэ Эндрю Палмер сообщил, что «для меня не представляется возможным определить, может или не может этот волос принадлежать Мадлен Макканн». Из фрагментов ногтей, обнаруженных в автомобиле, один оказался принадлежащим Джерри, другой – Кейт.

Наконец, были еще электронный ключ зажигания и брелок к нему от компании Budget, извлеченные из кармана для карт на внутренней стороне водительской двери автомобиля. Использовав методику LCN, Лоуэ заметил, что на них имелся низкоуровневый ДНК-профиль, который совпадал с соответствовавшими компонентами профиля Джеральда Макканна». Что и не удивительно – ведь отец Мадлен водил машину много недель.

Судебная экспертиза образцов, собранных в Рено, следовательно, не обнаружила свидетельств того, что в автомобиле была кровь, не говоря уже о трупе ребенка, как предполагала португальская полиция. И это вопреки тому факту, что британские полицейские собаки – натренированные на поиск трупного и кровяного запахов – идентифицировали автомобиль и подали сигналы об обнаружении этих запахов. Как такое могло случиться?

Гораздо позже британская полиция навестит и допросит других туристов, арендовавших Рено до Макканнов, равно как и родственников Макканнов, которые были в Португалии в период аренды автомобиля. Все они торжественно заверили, что, насколько они знают, в машине в тот период не находилось ни умершего, ни кровоточащего человека. Однако другие сообщенные ими сведения могут иметь отношение к данному вопросу.

Аманда Лоус, пользовавшаяся Рено в апреле, сообщила, что она и ее муж «возможно перевозили сырое мясо для барбекю». Был еще и шурин Джерри Макканна Александер «Сэнди» Камерон, который вместе со своей женой прилетел вскоре после исчезновения Мадлен и оставались в Прайа-да-Луш в течение двенадцати недель - как раз почти до дня осмотра автомобиля с использованием собак (6 сентября). Проживая с Макканнами на арендованной ими вилле, сообщил Камерон, он часто водил машину. Он использовал ее много раз, вывозя мусор на местную свалку. Он также вспомнил один случай в июле, когда, закупившись в супермаркете, он и его жена Патрисия возвратились домой с пакетами со свежей рыбой, креветками и говядиной в багажнике Рено.

«Когда мы разгружали пакеты из магазина», сообщил Камерон в своем заявлении полиции, «мы заметили, что кровь вытекла из-под низа пластикового пакета. После этой поездки в магазин… я стал замечать странный запах в автомобиле… и предположил, что, скорее всего, это произошло либо от утечки из мусорных мешков, либо от крови, вытекшей из магазинных пакетов. В результате мы вынули коврик из багажника, чтобы его очистить. Я выбил коврик из багажника, чтобы удалить все крошки, вымыл его мокрой тряпкой и оставил проветриваться на воздухе».

Как отмечалось выше, проводник собак Мартин Грайм гордо утверждал в своем резюме перед португальской операцией, что за время работы более чем в двухстах расследованиях, Эдди, собака, натренированная на поиск трупного запаха, «никогда не подавала сигналы на мясные съестные продукты». На следующий год после того, как Камерон и Лоус дали свои показания о перевозке на Рено мяса и домашнего мусора – особенно в связи с воспоминаниями о замеченном им «странном запахе» - Грайма спросили, может ли собака «спутать запах человека с каким-либо иным запахом». Он ответил, что собаки «крайне точны. Но для доказательства требуется также проведение судебной экспертизы».

В 2014 году Грайм отказался давать интервью как относительно роли собак в деле Мадлен Макканн, поскольку оно еще открыто, так и относительно способностей Эдди и Килы в общем. Точка зрения, изложенная еще в ходе португальского расследования, бывшего проводника собак Скотланд Ярда Джона Барретта сводилась к тому, что собак привели слишком поздно – «существенный уровень запаха остается в течение не более месяца».

Другой ключевой момент, как постоянно говорили авторам настоящей книги, заключается в том, что термин «собака по поиску трупного запаха» является не совсем правильным. Такое животное может, конечно, указать, где находится или находилось мертвое тело, но его более правильно назвать собакой «по поиску человеческих останков». Эта разница является существенной. Собака обучается только обнаружению разлагающегося человеческого материала. Это может быть лишь маленький кусочек материала, принадлежавшего человеку, который в настоящее время жив и здоров.

Практически в то же самое время, когда собаки использовались в Прайа-да-Луш, в США в ходе судебного процесса по делу об убийстве было сообщено, что три собаки-ищейки подавали сигнал об обнаружении запаха предполагаемой жертвы через двадцать лет после предполагаемого убийства. Однако после получения информации о том, что первая собака ранее ошибалась в 78 процентах случаев, когда подавала такие сигналы, вторая – в 71 проценте случаев, а третья – в 62 процентах, судья принял решение о недопустимости заслушивания в суде свидетельств о поданных собаками сигналов – он посчитал их не более надежными, чем «подбрасывание монеты». (Забавно, но в конце концов обвиняемый сознался в совершенном им преступлении.)

Исследование, проведенное в 2007 году в Швейцарии, выяснило, насколько эффективно три собаки могут выбрать из шести разложенных перед ними кусочков ковра один, который был помещен на десять минут рядом с трупом недавно умершего человека. В ходе тысячи попыток собаки выбрали правильный кусок с 98-процентной точностью.

Собаки, натренированные на поиск трупного запаха, явно могут быть на удивление точными. Тем не менее, в отчете, подготовленном в 2009 году британским Национальным агентством по содействию полиции – один из офицеров которого рекомендовал португальцам использовать собак в расследовании дела Мадлен – утверждалось, что мнения «о том, что могут делать и как могут делать собаки противоречивы» и что они «потенциально могут внести затруднения в расследование». Собаки могут быть феноменально полезны – но могут и указать в неправильно направлении и оказаться ненадежными, приведя к потерям времени. Без дополнительных свидетельств, полученных в результате судебной экспертизы, не следует доверять сигналам, поданным собаками в деле Мадлен – заявили авторам данной книги двое опытных проводников собак.

В начале октября 2007 года, когда в СМИ плодили то одни слухи, то другие, опровергающие их слухи, о «находках» в расследовании дела, произошло новое и совершенно неожиданное событие. Оно началось со странного сообщения из Лондона о том, что Скотланд Ярд расследует факт получения электронного письма веб-сайтом принца Чарльза. Оно пришло от анонимного автора, сообщила Daily Telegraph, и в нем говорилось, что за похищением Мадлен может стоять некая недовольная бывшая сотрудница отеля «Оушн Клаб». Хотя такая женщина действительно работала в отеле, это направление снова никуда не привело – за исключением того, что стало, в силу случайного стечения обстоятельств, причиной смещения Гонсало Амарала с поста руководителя расследования.

Как писал впоследствии Амарал, дело обстояло следующим образом. Поздно вечером 1 октября, когда он возвращался на автомобиле домой во время сильного ливня, ему на мобильный телефон позвонил репортер, попросивший его прокомментировать письмо, посланное принцу Чарльзу. Насколько он помнит, Амарал ответил «не задумываясь, что электронное письмо не представляет никакого особого интереса и что британской полиции лучше было бы интересоваться ходом расследования, проводимого португальцами. Уже нажимая «отбой» я понял, что был несправедлив к британской полиции… группе компетентных и профессиональных мужчин и женщин, много нам помогшим».

Как сообщила на следующий день Diario de Noticias, Амарал был гораздо более разговорчивым. Британская полиция, цитировала газета его высказывание, «работает только над тем, что хотят от нее Макканны и обслуживает их». Они «расследуют намеки и информацию, созданные и разрабатываемые Макканнами, забывая о том, что супруги подозреваются в смерти своей дочери Мадлен».

Амарал одним махом испортил отношения полиции своей страны со своими британскими коллегами и заработал себе самому позорное наказание. В то самый день, когда в Diario de Noticias была опубликована эта статья, руководитель Судебной Полиции Алипио Рибейро удалил его от расследования дела и снял с должности начальника Департамента уголовных расследований в Портимане, приказав ему отправиться в региональное управление в Фару. «Причины очевидны», - сказал он репортерам. Амарал впоследствии утверждал, цитируя сообщения британских СМИ, что британский премьер-министр Гордон Браун лично звонил старшему офицеру британской полиции для того чтобы тот подтвердил факт его отставки.

Карьера Амарала закончилась в день его рождения – ему исполнилось сорок восемь лет. «Это был не тот подарок, которого я желал, - он вынужден был признать, - но тот, которого я ждал. В целом это свело на нет проводимую против меня кампанию клеветы и оскорблений, организованную и развернутую британскими СМИ практически с самого начала расследования. Стратегия была проста: нападать на расследование, проклиная тех, кто его вел, и в то же время представляя Португалию как страну третьего мира с юридической системой и полицией, напоминающими средневековую эпоху».

Амарала пришлось оставить службу в полиции в течение года. Как уже сообщалось в Главе 9, он сам в начале расследования дела Макканнов стал arguido в связи с делом, бросающим весьма своеобразную тень на его карьеру – заявления, сделанные осужденной убийцей, о том, что ее пытало несколько детективов Амарала. Детективы в конце концов были оправданы в части обвинений в пытках. За дачу ложных показаний в связи с данным случаем, однако, Амарал получит условный восемнадцатимесячный срок.

В шумихе, поднявшейся после снятия с должности руководителя расследования в октябре 2007 года, гораздо меньшее внимание уделялось серьезным обвинениям, выдвинутым против его заместителя в тот же самый день. Его близкий друг, главный инспектор Таварес де Альмейда был обвинен в пытках при допросе другого заключенного, железнодорожника по имени Вирголино Боргес, которого сначала обвинили, а затем оправдали в серии жестоких ограблений. Во время допроса Альмейдой и двумя другими детективами, утверждал Боргес, ему «заковали в наручники руки за спиной, после чего один из офицеров держал его так, что он не мог согнуться, и несколько раз ударил его в живот. Затем они сняли с него ботинки и – с помощью столба ограждения – начли бить его по ногам, пока столб не стал разлетаться на щепки».

Сообщалось, что Алмейда признал тот факт, что принимал участие в допросе, но не мог вспомнить, что там происходило и кто был там главным. Хотя дело тянулось несколько лет, он и один из офицеров в конце концов будут признаны виновными в пытках – сообщалось, что это были первые офицеры СП, осужденные по такому обвинению – и получат два с половиной года условно, а также будут оштрафованы. Будучи формально обвиненным, Алмейда, однако, ушел в отпуск без содержания. С октября 2007 года ни он, ни Гонсало Амарал не играли никакой роли в расследовании дела Мадлен.


Поблагодарили за сообщение: Shual | maria_pr | Iraida | vvvvv | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

Расследование дела Мадлен, проводимое португальской полицией, будет продолжаться еще многие месяцы. Теперь им руководил Пауло Ребело, высокопоставленный офицер, который до сих пор занимает пост заместителя директора СП на общенациональном уровне. На пресс-конференции в день его назначения, отвечая на вопрос о сообщениях в СМИ о том, что Макканны могли быть причастны к исчезновению своей дочери, Ребело сказал, что подобные разговоры являются «всего лишь предположениями». Однако он добавил, что «все линии расследования открыты и останутся открытыми до конца расследования».

В то время, а также и в последующие месяцы, возможно вследствие задержек в работе лаборатории FSS, возникших в связи с вопросом о надежности анализа ДНК с помощью метода LCN, Судебная Полиция не получала окончательных результатов анализа ДНК в образцах, полученных после поисков с использованием собак. Группа из четырех португальцев, состоящая из трех ученых и Рикарду Пайвы – который ранее допрашивал Макканнов – вылетела в Соединенное Королевство для участия в «саммите по вопросу ДНК» и возвратилась, так ничего и не решив. В целях двойного контроля часть образцов из багажника арендованного Макканнами автомобиля была возвращена для тестирования в португальской полицейской лаборатории.

Под руководством Ребело СП осуществила широкомасштабный анализ информации о телефонных звонках резидентов Прайа-да-Луш. Основное внимание, естественно, обращалось на звонки, сделанные после 21:30 3 мая. Одновременно португальцы на самом высоком уровне дали понять, что хотят допросить Макканнов и их друзей еще раз. Материалы уголовного дела и сообщения прессы свидетельствуют о том, что в это время ведущие детективы сконцентрировались на версии, предполагающей, что Мадлен умерла в результате «несчастного случая» вечером 3 мая перед тем, как Макканны встретились со своими друзьями за ужином».

Отчет, подготовленный незадолго до Рождества, через семь месяцев после исчезновения Мадлен, ссылается на «различия», «некоторые несоответствия», «отсутствие согласованности», «недостаточно последовательную версию» в показаниях членов группы Макканнов. Документ был составлен инспектором Жоао Карлушем, который работал над делом с самого начала и теперь – с уходом Альмейды – стал играть более значительную роль. Однако внимательное прочтение этого документа показывает, что ничего из написанного им о показаниях компаньонов Макканнов не свидетельствует о несоответствиях, могущих иметь реальное значение.

В первую очередь Карлуш подчеркивал, что никто, за исключением родителей и в очень короткое время Дэвида Пейна – заглянувшим в номер 5А вечером – не видел Мадлен между 17:35 и около 22:00, когда сообщили о ее исчезновении. При отсутствии независимых свидетелей, видевших ее в этот период, Карлуш, похоже, считал возможным, что «если родители действительно принимали участие в ее исчезновении, то ребенок мог быть удален из номера между 17:35 и 22:05».

Второй основной вопрос, интересовавший инспектора, был связан с показаниями Джейн Таннер – которая сообщила о том, что видела мужчину, несущего ребенка рядом с номером 5А около 21:15 – и показаниями Джерри Макканна и его знакомого по отдыху Джереми «Джеза» Уилкинса, сообщившими, что разговаривали друг с другом на той же улице и в то же самое время. Хотя Таннер утверждала, что видела Джерри и Уилкинса, проходя мимо них, оба они не помнили, что видели ее саму. Похоже, Карлуш в своем отчете намекал на то, что это противоречие ставило под сомнение достоверность показаний Таннер.

Рассмотренные в контексте происходивших событий, обе эти проблемы становятся менее значимыми. Определенно, имелся определенный период времени, когда Мадлен не видел ни один независимый свидетель. Но этот период, однако, сокращается, поскольку обоих ее родителей постоянно видели за ужином в ресторане «Тапас» с 20:30 – за исключением ухода Джерри на пятнадцать минут для проверки своих детей. Кроме этого, если не было серьезной причины ставить под вопрос честность Макканнов и их друзей, не было ничего по-настоящему таинственного относительно периода времени, когда Мадлен не видели независимые свидетели. Однако инспектор Карлуш был все еще уверен в том, что использование собак дало серьезную информацию, доказывающую причастность Макканнов – и это влияло на ход его рассуждений.

Также существует простой ответ на явные сомнения Карлуша в том, что Джейн Таннер действительно видела мужчину, несущего ребенка, в том месте и в то время, какие она указывала, спустя считанные мгновения после того, как видела Уилкинса и Джерри Макканна разговаривающими друг с другом. Оба они признавали, что разговаривали друг с другом на улице снаружи номера 5А приблизительно в то же самое время, поэтому может показаться немного удивительным, что они не видели Таннер. Рассмотрим, однако, особенности этой ситуации. Было уже довольно темно – Таннер вспоминала «оранжевый» эффект уличного освещения. Воспоминания каждого из этой троицы не были особенно четкими относительно того, где они стояли, и кто куда смотрел во время разговора. Да и почему должно было быть иначе? Этот вопрос имеет отношение ко всем событиям, произошедшим в тот вечер.

Просмотрев документы португальской полиции, можно еще раз убедиться в том, что детективы проигнорировали специфику того вечера. Люди находились на отдыхе, расслаблялись за ужином – обращая внимание на время, чтобы делать довольно регулярные проверки своих детей – но никоим образом не стремились запоминать точно, кто куда шел и в какое именно конкретное время. Никто из них не мог предположить, когда они уходили от ресторанного стола мимо бассейна и возвращались обратно, что им когда-нибудь потребуется составлять точную хронологию событий. Хронологии они составили – первую на обложке одной из книжек Мадлен в тот самый вечер и вторую, аккуратно напечатанную спустя четыре или пять дней (см. главу 6) – были объективно приблизительными, без каких-либо признаков сознательного обмана при их составлении.

Однако до самого конца по меньшей мере некоторые из португальских детективов сохраняли подозрения в том, что друзья Макканнов заключили договор, который пресса постоянно будет называть «пактом молчания» - заговор с целью скрывать нечто, компрометирующее Джерри и Кейт Макканн. Эти подозрения продолжали тлеть, а затем разгорелись, когда – через шесть долгих месяцев после исчезновения Мадлен – двое врачей и члены их компании на отдыхе устроили совещание в отеле недалеко от дома Макканнов в Лестершире.

Слухи относительного этого события распространились настолько широко, что Кейт и Джерри посчитали необходимым, чтобы их официальный представитель заявил: «На самом деле это была простая встреча для обсуждения их положения. Понятно, что некоторые из них могут на определенной стадии снова быть допрошены. Встреча не имела целью изменять показания и сверять воспоминания… Она не проводилась для согласования показаний. Сейчас эпоха электронной почты и телефонов. Все это они могли сделать гораздо раньше».

До конца расследования следователи будут настаивать на выполнении двух требований. Они хотели повторно допросить компаньонов Макканнов, а также хотели, чтобы вся группа вернулась в Прайа-да-Луш для «реконструкции» событий вечера 3 мая. Группе пришлось согласиться только с одним из этих требований.

Друзья не высказали никаких возражений быть снова допрошенными. Более того, Джерри и Кейт сами официально попросили допросить или допросить повторно их компаньонов, людей, с которыми они встречались в Прайа-да-Луш и всех, с кем они были знакомы. Португальские офицеры не могли сами проводить допросы, поскольку на территории Соединенного Королевства имеют право действовать только британские правоохранительные органы. Сам процесс занял несколько месяцев. В середине декабря были подготовлены списки вопросов и официальные письма. Затем, однако, последовала необъяснимая задержка при передаче запросов британской полиции. Они были получены лишь в конце января после еще одной неприятной склоки о том, кто – португальские или британские власти – оказались в этом виноваты.

Наконец, в течение четырех дней в апреле 2008 года все компаньоны Макканнов по отдыху были допрошены. Британские офицеры задали им множество вопросов, составленных португальцами. Допросы записывались на видеопленку для показа офицерам Судебной Полиции. Стенограммы, прочитанные авторами, позволили получить некоторые новые детали, но не содержали ничего удивительного.

Запоздавшее желание португальской полиции осуществить реконструкцию в 2008 году, после того, как она не смогла сделать этого в дни, последовавшие после исчезновения Мадлен, привело к длительному бюрократическому «перетягиванию каната». Новый руководитель расследования Ребело и инспекторы Карлуш и Пайва, ветераны расследования, сделали данную проблему основной для обсуждения в ходе своего визита в Соединенное Королевство в середине апреля 2008 года. Члены группы Макканнов, однако, ответили на эту просьбу целым рядом предварительных вопросов.

«Что СП пытается достигнуть с помощью реконструкции? Почему бы не использовать актеров? Какая защита будет предоставлены от возможной шумихи СМИ вследствие проведения этого мероприятия?» С точки зрения португальцев, ответил Ребело, реконструкция позволит создать точную хронологию событий 3 мая, но этого можно достичь только при участии реальных участников этих событий. Полиция проследит за тем, чтобы оградить их от вмешательства СМИ.

Это не удовлетворило членов группы, и переписка продолжалась на протяжении почти двух месяцев. Доктор Мэтт Олдфилд и его жена Рейчел, со своей стороны, считали, что не могут понять, что «именно СП хочет получить в результате реконструкции». Они также подняли принципиальный вопрос:

«Либо португальская полиция верит нашей версии событий 3 мая 2007 года, либо нет. Если да, то зачем нужна реконструкция? Если они нам не верят, нужно ли им проводить реконструкцию, чтобы мы их убедили в обратном?

Если целью реконструкции является убедить прокурора в снятии с Кейт и Джерри статуса arguido, тогда мы рассмотрим возможность участия в ней. Если она должным образом нацелит расследование на человека, виденного Джейн Таннер несущим ребенка от номера, мы, опять же, рассмотрим возможность принять участие, поскольку она поможет найти Мадлен.

Просто нас необходимо убедить в этом».

Джереми Уилкинса, всего лишь случайного знакомого, не имеющего очевидных мотивов защищать Макканнов, тоже пригласили для участия в реконструкции. Однако он также выразил сомнения в том, какие цели будет преследовать эта реконструкция. Со стороны полиции представлено недостаточно информации, писал Уилкинс, «о том, будет ли получено что-либо существенное или конструктивное в результате ее проведения».

Доктора Дэвид и Фиона Пейн также заявили, что их необходимо убедить в том, «что реконструкция сослужит пользу расследованию… и НАХОЖДЕНИЮ Мадлен».

Тем временем, доктор Расс О’Брайен и его гражданская жена заявили: их «некоторым образом заверили», что их, как сообщила португальская полиция, не подозревают в «совершении преступных действий». Однако они скептически добавили: «мы слышали что-то подобное в течение нескольких недель перед тем, как Кейт и Джерри объявили arguidos… Более того, мы не можем не понимать, что реконструкции и повторные допросы дадут слишком мало и совсем уже запоздали».

Так это и продолжалось. В связи с продолжающими возникать возражениями дата проведения реконструкции откладывалась. Когда характер просьб поменялся, по выражению Пейнов, «с неформального и дружеского на формальный и требовательный», некоторые из предполагаемых участников обратились к адвокатам. 27 мая пришло известие о том, португальская прокуратура отказалась после всего этого от проведения реконструкции.

Несколькими днями ранее инспектор Рикардо Пайва уже понял, что означает такая неуступчивость членов группы Макканнов – на фоне отсутствия прогресса расследования на других направлениях. «Учитывая характер позиции, занятой свидетелями, - писал он в краткой записке своему начальнику Ребело, - я начинаю процедуру завершения этого расследования». С точки зрения Судебной Полиции, осталось всего лишь «прикрыть лавочку».

30 июня 2008 года, имея на руках окончательный отчет британской лаборатории FSS, инспектор Жоао Карлуш подготовил Заключительный отчет СП. Это расследование, писал он, представляло собой операцию, «не имевших прецедентов в Португалии». СП предприняла все усилия, предоставила «исключительные по объему технические средства, персонал и финансирование для обнаружения ребенка и установления фактов относительно его исчезновения». Он сожалел о том, что так и не удалось провести реконструкцию «вследствие отказа некоторых членов туристической группы вернуться в нашу страну». Реконструкция, считал он, могла бы разрешить критически важные нерешенные вопросы.

Несмотря на все предпринятые полицией усилия, утверждалось в Заключительном отчете, оказалось «невозможным получить надежные и объективные выводы относительно того, что на самом деле случилось в тот вечер и того, где находится пропавший ребенок».

В течение трех недель, к 21 июля 2008 года, местные прокуроры Жоао Мельхиор Гомеш и Жозе де Магальяэш э Менезес, подготовили пятидесятисемистраничный материал для Генерального прокурора и закрыли дело. Они несколько критично отнеслись к Джерри и Кейт Макканнам. Показания их соседки Памелы Фенн о том, что она слышала в один из вечеров продолжительный плач, давали основания предположить, что – один раз, до исчезновения Мадлен – они не проводили серьезной проверки своих детей.

В статьях португальских газет цитировалась статья португальского уголовного кодекса, ссылающаяся на преступление «оставление в опасности». Президент Португальской ассоциации пропавших детей Патрисия Киприано в 2014 году сообщила авторам данной книги, что детей «нельзя оставлять одних дома или в каком-либо другом месте, без присмотра взрослого, отвечающего за их безопасность…»

Прокуроры Гомеш и Магальяэш э Менезес отвергли любую мысль выдвинуть обвинения по данному поводу, которые, как считали некоторые, были вполне возможны – законодательство относительно «оставления в опасности» требует предоставления доказательств «намеренного» совершения таких действий. «Родители», писали они, «не могли предвидеть того, что в отеле, в котором они собирались недолго отдохнуть, они подвергнут жизнь любого из своих детей опасности».

Макканны, писали прокуроры, «думали, что все пройдет хорошо, как и в предыдущие вечера…; очевидно, что они в любом случае ходили проверять детей… мы должны также понимать, что родители уже понесли тяжелое наказание – исчезновение Мадлен – за недостаток внимания к наблюдению за детьми и обеспечению их безопасности».

Затем прокуроры слегка «отполировали» свой труд литературными образами. Дело Мадлен, писали они, «не является детективным романом, когда подходящий сценарий «преступления» подгоняется для демонстрации успешного расследования, проведенного Шерлоком Холмсом или Эркюлем Пуаро, создавая иллюзию способности сил закона и правопорядка всегда восстановить нарушенный порядок, возвратить обществу мир и спокойствие, нарушенные лишь случайно… Исчезновение Мадлен Макканн является скорее противоречивым и запутанным случаем из реальной жизни… реальность и повседневная жизнь не подвластна в большинстве случаев законам логики».

Прокурорам ничего не оставалось делать, как закрыть дело. Они объявили о снятии с супругов статуса arguido, потому что «не было никаких указаний о совершении какого-либо преступления» со стороны Джерри и Кейт Макканнов. То же самое сделано было и в отношении Роберта Мюрата, который однажды – казалось, что уже так давно – считался главным подозреваемым. Дело было объявлено «сданным в архив», документы расследования были сделаны доступными для публики.

Это, однако, не означало завершения дела. В случае появления новых серьезных свидетельств по этому делу, писали Гомеш и Магальяэш э Менезес, дело может быть снова открыто.

Поскольку некоторый лица оставались заинтересованными, дело закрыто не было. Официальный представитель Макканнов Кларенс Митчелл заявил, что опубликование документов расследования оставляет надежду на «прорыв». Не имеется свидетельств того, что Мадлен было причинено зло, заявил он Sky News. В документах может содержаться «одна крупица на этих десятках тысяч страниц… которая приведет к Мадлен, и именно это является вопросом первостепенной важности».

Тем временем бывший глава португальского расследования Гонсало Амарал вновь напомнил о себе, заявив, что написал книгу и ждет, что дело будет открыто вновь «в любой момент». Джерри и Кейт подадут на него в суд за клевету, содержащуюся в книге «Maddie: A Verdade da Mentire», что переводится как: «Мэдди: Правда о лжи». Как уже сообщалось ранее, их иск еще рассматривался в суде, когда данная книга сдавалась в печать.


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | vvvvv | Iraida | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 15

Никогда не было обнаружено ни малейшего факта или свидетельства, позволяющего в чем-либо обвинить Макканнов. Однако они столкнулись с целой толпой хулителей и критиков. «Нелюбовь к Макканнам, - писала романист Энн Энрайт в London Review of Books несколько месяцев спустя после исчезновения Мадлен, - является международным спортом…» «Если выяснится, что кто-то другой забрал Мадлен Макканн, - продолжала титулованная писательница, -…это покажет, что обычная жизнь обычной семьи не может избежать подозрительного изучения миллионами людей… Мы не любим их за то, что нас в них раздражает. Мы не можем простить им глупости типа ношения ленточек или бега трусцой… или того, как они, взявшись за руки, идут на мессу».

«Я невзлюбила Макканнов раньше, чем большинство людей (я этим не горжусь). Я думала, что недовольная ими за то, что они оставили своих детей одних. На самом деле, я была я была недовольна их неспособностью признать, что их дочь скорее всего мертва… Вина и отрицание ее – эмоции, исходящие, как мы чувствуем, от Джерри и Кейт, и они сводят нас с ума».

Энрайт, будучи приличным человеком, позднее извинилась за тот ущерб, который могла нанести ее статья Макканнам. Написание статьи, сказала она, было для нее «эмоциональным путешествием, полным нюансов, противоречий и самооценок». То, что написали она и Review of Books, несомненно, становится совершенно незначительным на фоне множества тупых и грубых статей, напечатанных таблоидами.

Позднее, в бесстрастных показаниях, данных в ходе расследования Левисона этики британской прессы, Джерри Макканн сообщит, что его семья была «предметом едва ли не самых сенсационных, лживых, безответственных и вредоносных публикаций в прессе». В окончательном докладе по итогам расследования, лорд Левисон согласится с этим. Вместе с сообщениями об исчезновении школьницы Милли Доулер и аресте для допроса бывшего школьного учителя Кристофера Джеффриса по подозрению в убийстве своего арендатора, Левисон считал, что освещение в прессе дела Макканнов представляло собой «наиболее вопиющие примеры неэтичного журналистского поведения».

Статус arguido, наложенный полицией на Макканнов, признавался Джерри в ходе расследования Левисона, привел к тому, что пресса «объявила сезон охоты на них открытым». Он процитировал ужасные примеры. В конце 2007 года Daily Star вынесла в заголовок фразу, буквально гласящую «МАТЬ МЭДДИ «ПРОДАЛА ЕЕ»». Сенсационная версия полиции, утверждала сопровождавшая ее статья, заключалась в том, что Мадлен могла быть продана, чтобы решить финансовые проблемы супругов. Другой заголовок Star в том же месяц гласил: «НЕИСТОВАЯ ОРГИЯ МАТЕРИ МЭДДИ», дополненный историей – уже упомянутой на страницах нашей книги – о предположениях, что Макканны и их друзья были свингерами.

Еще хуже – если еще хуже могло быть – поскольку здесь газета отважилась уже предположить о том, что супруги были причастны к смерти своей дочери – была статься Daily Express, озаглавленная: «МАДЛЕН: ЭТО ЕЕ КРОВЬ БЫЛА В МАШИНЕ, АРЕНДОВАННОЙ РОДИТЕЛЯМИ». С помощью юридической фирмы Carter-Ruck, специализирующейся на делах о клевете, Макканны подали в суд за эту и другие публикации. Еще не доводя дело до суда, группа Express Newspapers, владеющая и Express, и Star, уладило его, заплатив 550 тысяч фунтов стерлингов фонду, созданному для поисков Мадлен. Они также опубликовали на первых страницах извинения за статьи, в которых предполагалось, что «супруги виновны в смерти своей пропавшей дочери Мадлен и спрятали ее тело». Группа также признала, что «нет каких-либо свидетельств, поддерживающих эту версию, и что Кейт и Джерри совершенно невиновны в какой-либо причастности к исчезновению своей дочери».

По мнению Джерри Макканна, Express Newspapers была «определенно самым худшим из нападавших на них». Макканны также жаловались на публикацию шестидесяти семи статей группой Associated Newspapers, владевшей Daily Mail и (в то время) Evening Standard, которая согласилась уладить это дело в досудебном порядке, выплатив деньги (сумма не раскрывалась) и опубликовав извинения в Standard. В свое время Standard опубликовала статью под названием «ПОЛИЦИЯ СЧИТАЕТ, ЧТО МАТЬ УБИЛА МЭДДИ».

Небрежное, непродуманное освещение этого дела не ограничивалось только Соединенным Королевством и Португалией. В сентябре 2007 года американский новостной канал CNN рассказал об истории Мадлен на телевизионном шоу, транслируемом в прайм-тайм и названном по имени его ведущей Нэнси Грейс. Грейс уже неоднократно привлекала к себе внимание как в период своей карьеры юриста, так и в качестве «юридического комментатора» на телевидении. За год до трансляции шоу о Мадлен на нее и на телеканал был подан судебный иск после того, как покончила жизнь самоубийцей мать пропавшего ребенка в другом деле – наследники утверждали, что в результате интервью, в котором Грейс запугивала свою собеседницу, заставило ее лишить себя жизни. Дело было улажено без какого-либо осуждения Грейс, но CNN создало фонд для помощи поискам пропавшего мальчика. В этом и в других случаях, как заявил один профессор права в интервью New York Times, ведущая унизила обе профессии: и юристов и телевизионных журналистов своими «навязчивой, неугомонной персоной и стремящимся к сенсационности анализом».

Освещение истории Мадлен CNN в интерпретации Грейс представляло собой возбужденную, быстро произносимую высокопарную речь, начинавшуюся с утверждения, что, «как сообщают», португальская полиция «требует предъявить обвинения в убийстве и сокрытии тела ребенка». Она сказала, что ужин Макканнов вместе со своими друзьями вечером 3 мая представляются ей «как большая пьянка». Мнение о том, что следы жидкости, предположительно найденные в арендованном Макканнами автомобиле, могут просто содержать ДНК из слюны Мадлен, является «нелепым». Джерри и Кейт «предстоит еще многое объяснить». Она изобразила их совершенно законный отъезд из Португалии как «бегство из страны».

Еще один персонаж из Америки, писательница и специалист по криминологии Пэт Браун начала в 2007 году давать свои комментарии по делу Мадлен – и этим она будет продолжать заниматься следующие семь лет. Браун, получившая степень магистра по уголовному судопроизводству в Бостонском университете, часто появляется не только на шоу Нэнси Грейс, но также на каналах MSNBC, Discovery TV, Court TV и Fox. Она руководила и до сих пор руководит Агентством криминального профилирования Пэт Браун, которое – по собственному описанию – «проводит анализ мест преступлений и поведенческое профилирование для прокуроров, адвокатов, СМИ и международных клиентов».

В своем блоге The Daily Profiler пять месяцев после исчезновения Мадлен Браун подчеркивала важность обращать внимание – в отсутствии прямых улик – на то, не отражается ли в поведении человека чувство вины. Не обращать на это внимание, добавляла она, означает предаваться простым догадкам. В следующем абзаце она писала, что наличие ДНК Мадлен в арендованном Рено означает, что Макканны виновны. (Это окажется не так, поскольку результат экспертизы указывает на то, что ДНК Мадлен не были найдены в автомобиле.)

В том же самом блоге The Daily Profiler Браун возражала против комментария Джерри Макканна, что они были «ответственными… выполняя свою собственную «слуховую» проверку детей», когда оставляли их в номере 5А, отправляясь на ужин. Возможно, он оговорился, писала Браун. Возможно, это похоже на момент, утверждала она, когда Джерри потянул себя за ухо, публично отрицая, что он и Кейт давали Мадлен седативные препараты. Потягивание за ухо, как утверждают специалисты, изучающие внешние признаки лжи, может означать, что человек говорит неправду. Однако никогда не существовало ни единого свидетельства, что Макканны давали Мадлен седативные препараты или что они лгали относительно обстоятельств этого дела.

Браун посчиталась заслуживающей присутствия на программах, транслирующихся в самое выгодное время на американском телевидении. К 2010 году она еще излагала свои версии в общенациональной «живой» программе CBS – Early Show. Версию о том, что Мадлен умерла в своем номере, говорила она зрителям, Макканны не желают обсуждать публично.

В 2012 году Браун вылетела в Португалию, экипировавшись металлоискателем, щупом и лопатой для проведения, как она говорила, поискового анализа. Первой остановкой в этом путешествии была встреча с бывшим руководителем расследования Гонсало Амаралом. Затем она обошла Прайа-да-Луш, снимая фотографии и расхаживая по берегу и ближайшим оврагам. Это мероприятие привело лишь к заметной саморекламе.

2014 году, когда настоящая книга сдавалась в печать, Пэт Браун выразила надежду на успех Амарала в долгом судебном процессе о клевете, начатом против него Макканнами в связи с публикацией его книги. Она жаловалась на тот факт, что, по ее мнению, тех, кто борется за правду, называют конспирологами и психами.

Сомнения относительно Макканнов возникли также и в Европе. В сентябре 2007 года онлайн-издание известной немецкой газеты Die Welt опубликовало длинное интервью о деле Мадлен с доктором Кристианом Людке. Людке представили как криминального психолога и главой компании, «поддерживающей жертв грабежей, похищений, несчастных случаев или стихийных бедствий». Он явно комментировал это дело еще раньше, поскольку репортер спросил, почему он предупреждал, что «поведение Джерри и Кейт Макканн свидетельствует об их причастность к преступлению». Людке начал с рассказа об особенностях поведения супругов, которые он посчитал «сомнительными», включая тот факт, что, будучи врачами, они оставили своих детей одних, а также, путешествуя недавно по Европе, они вновь оставили близнецов. Возможно, такая точка зрения и не является диковинной, но уже на четвертом вопросе он пустился в возмутительные инсинуации.

Отвечая на другой наводящий вопрос о том, мотив мог быть у родителей для того, чтобы «обеспечить исчезновение собственной дочери», Людке заявил, что существуют родители, имеющих «слабую или совсем не имеющие эмоциональную связь со своим ребенком», чей ребенок является бременем, «от которого надо избавиться жестоким или извращенным образом». Одним из наиболее известных ситуаций подобного рода является «делегированный синдром Мюнхгаузена» - хорошо задокументированные случаи, когда взрослый, чаще всего мать, придумывает ребенку симптомы болезни или причиняет ему реальный вред, чтобы привлечь к себе внимание. Не существует, конечно, никаких свидетельств, что такое поведение было присуще родителям Мадлен. Людке, однако, этим не ограничился.

Отвечая на вопрос, не думает ли он, что Макканны, возможно, «сообща убили Мадлен и спрятали ее», психолог мрачно заявил: «Я считаю, что оба родителя, как минимум, знают о случившемся с ней как соучастники». Затем, отвечая на вопрос, не планировали ли они смерть своей дочери, он сказал: «Да. Возможно, что они долго это планировали, несколько раз репетировали – по крайней мере мысленно – и обговорили все между собой».

Но Людке еще не закончил. «Для них проще лгать, чем говорить правду, - сказал он Макканнах. - Многое указывает на психическое расстройство. Дети Макканнов были, насколько мне известно, зачаты искусственно – это могло привести к проблемам во взаимоотношениях. Возможно были проблемы с самооценкой, которые открыто не озвучивались. Может быть ребенок должен был умереть из-за какой-то проблемы, существовавшей годами».

Может то, а может это – но ни одного свидетельства. Интервьюер из Die Welt обратил внимание на то, что люди в основном считают невозможным, чтобы Макканны могут быть виновны. Людке ответил, что в этом виноваты СМИ… За родителями следуют по пятам, словно за Бекхэмами».

И, наконец, финальный перл. «Статистически, - заметил Людке, - 70 процентов случаев насилия над детьми осуществляются родителями, родственниками или знакомыми. К сожалению, данный факт остается неучтенным в данном деле».

По окончании интервью, психолога спросили, не критикуют ли его за открытое высказывание подозрений относительно отца и матери Мадлен. Да, сказал он, имеется «огромное» количество критики в его адрес. Были открытые письма и «кампания в интернете с участием профессиональных ассоциаций».

Послужной список Людке, утверждала Die Welt, включал десять лет работы в качестве криминального психолога и недавнюю публикацию справочного руководства, связанного с детскими страхами. В описании его карьеры указывается, что он является доктором философии и научным сотрудником Кельнского университета с опытом работы с «трудными детьми» в Нью-Йорке и с полицейской подготовкой в Германии. Приветствие на его нынешнем веб-сайте, однако, гласит: «Аллилуйя, братья и сестры, дорогие дети, психо-бродяги и странствующие проповедники!.. Сердечные поздравления от нашего компьютерного экрана вашему! Стойте на своем, до скорой встречи… Пока, Кристиан».

Другой профессионал, долгое время досаждавший Макканнам – бывший английский поверенный и активист Тони Беннетт. Беннетт, которому сейчас шестьдесят лет, привлек к себе внимание задолго до того, как начал высказываться о деле Мадлен. Блестящая личность с великолепным академическим прошлым, он работал в органе местного самоуправления, а затем как поверенный до тех пор, пока не был признан виновным в «неподобающем поведении» Дисциплинарным Трибуналом Солиситоров и не получил выговор. Долгое время будучи ярым сторонником Лейбористской партии, он сделал полный разворот в своих политических пристрастиях и стал светилом тогда еще только зарождающейся Партии независимости Соединенного Королевства (UKIP).

Беннетт, видящий себя «борцом за правду против могущественных людей», прошел необыкновенно длинный путь для достижения своих целей. Будучи членом UKIP, он основал группу Активного сопротивление введению метрической системы, призванной бороться против перехода к этой системе мер, и по нескольким поводам подвергался судебному преследованию и арестам. Он проводил кампанию отправки фиолетовых почтовых открыток королеве, требующей от нее отказа от Королевской Санкции на принятие любого закона, разработанного для принятия конституции Европейского Союза. Он предпринял шаги для выдвижения частого обвинения против артиста Майкла Бэрримора в связи с печально известной ночью, когда в его доме был обнаружен труп мужчины. Окружной судья блокировал его на основании недостаточности доказательств.

Преследование Беннеттом Макканнов началось спустя шесть месяцев после исчезновения Мадлен, когда он попросил власти Лестершира возбудить против супругов дело в связи с пренебрежением исполнения родительских обязанностей. На основании того, что расследование ведется под португальской юрисдикцией, требование было отклонено. Затем, в январе 2008 года, Беннетт и некоторые другие лица решили основать фонд Madeleine Foundation, целью которого, как объявлялось, было не только принятие законов, преследующих оставление детей одними, но и расследование дела Мадлен. Эта организация, как он сообщил авторам настоящей книги, насчитывает около сорока пяти членов.

В начале следующего года члены фонда сделали заметным свое участие в Лондонской школе экономики на дебатах об освещении этого дела СМИ. Они «продемонстрировали печальное игнорирование правил ведения дискуссии, - отметил Рой Гринслейд, - прерывая докладчиков и выкрикивая оскорбительные комментарии о Макканннах и их представителях». Гринслейд, отметивший «их нескрываемое желчное отношение к Макканнам, отсутствие сочувствия к Макканнам», читал их подобным «толпам у дверей судов, где проводятся судебные процессы об убийствах, глухим к фактам, отгородившимся от реальности убежденностью в своей правоте в результате собственной демагогии».

В 2009 году члены фонда распространяли памфлеты со следующими заголовками: «Явная невозможность версии похищения», «Отказ Макканнов и их друзей помочь полиции» и «Изменения показаний Макканнами и их друзьями». Они наделали много шума, распространяя памфлеты в окрестностях деревни Ротли, где проживали Макканны.

Беннетт также написал книгу, озаглавленную «Что на самом деле случилось с Мадлен Макканн: 60 причин сомневаться в том, что она была похищена». Он обратился в Генеральный медицинский совет (GMC) с запросом, «имеют ли право доктор Джерри Макканн и доктор Кейт Макканн заниматься медицинской практикой или состоять в регистре GMC». Макканны нанесли ответный удар, опять воспользовавшись помощью юридической фирмы Carter-Ruck, и Беннетту было официально предписано «не повторять своих заявлений о том, что Макканны виновны или должны подозреваться в причинении смерти своей дочери Мадлен и/или уничтожении ее тела и/или даче ложных показаний о случившемся и/или сокрытии содеянного ими».

Тем не менее, Беннетт – и его сподвижница на протяжении некоторого времени по имени Дебора Батлер – и его фонд продолжали свою деятельность. «Секретность окружает мероприятие, объявленное как ежегодное собрание самопровозглашенного фонда Madeleine Foundation, - сообщал в 2010 году журналист ВВС Саймон Хэйр. - Мне сказали, что я могу присутствовать, но мне надо ждать указаний о месте проведения этого мероприятия. Мне сказали прибыть в отель, который имел возможности для проведения конференции, но он оказался годным лишь для проведения совещаний. Затем меня провели в действительное место встречи, комнату в деревенском холле в Натхолле… На встрече присутствовало девятнадцать человек. Мне сказали, что они собрались со всей страны, а один даже прибыл с севера Франции».

Также в 2010 году фонд объявил День Гонсало Амарала и пригласил бывшего руководителя расследования выступить на своей ежегодной конференции. Один из членов фонда охарактеризовал Амарала как «народного героя, он представляет собой современного Робин Гуда, если хотите. Это похоже на схватку Давида и Голиафа». Как сообщал веб-сайт фонда, его памфлеты распространялись в Бирмингеме, Боремвуде, Борнмуте, Бристоле, Кардиффе, Девоне, Дувре, Элстри, Харлоу, Хэйзе, Хейзел Гроув, Халле, Лондоне, Ронта-Кинон-Тафе, Саутгемптоне, Стокпорте, Аксбридже, Западной Камбрии – и в американском штате Вайоминг.

В том же году Беннетт вновь получил весточку от адвокатов Макканнов. Они сообщили ему о том, что его «несправедливые и явно враждебные нападения на Макканнов наносят ущерб поискам их дочери». Он, как говорилось в письме, многократно нарушал обязательства, наложенные на него судом.

Так все это и продолжалось. Новые письма Беннетта, призывающие к общественному расследованию исчезновения Мадлен, были оставлены без ответа, в том числе адресованные Премьер-министру Камерону, Министру внутренних дел Терезе Мэй и тогдашнему Министру юстиции Кеннету Кларку. В 2011 году, когда началось рассмотрение дела Скотланд Ярдом, он написал о том, что его фонд хочет передать «досье, содержащее существенные свидетельства» и «информацию из первых рук, полученную от женщины из команды Макканнов, чьи сведения заставляют предполагать, что вся команда частных расследований Макканнов занимается созданием грандиозной дымовой завесы для прикрытия случившегося». Беннетту предложили представить имеющуюся у него информацию в письменном виде.

В 2013 году письма, отправленные Премьер-министру и Министру внутренних дел, были включены в список нарушений ранее наложенных на него обязательств, составленный адвокатами Макканнов. Беннетт был осужден и приговорен к трехмесячному тюремному сроку, отложенному на год. Он сожалеет о страданиях, причиненных Макканнам, сказал он впоследствии, и надеется на то, что данный случай «подведет черту под сложившейся ситуацией». Веб-сайт Madeleine Foundation все еще существует в интернете, а член фонда отвечает на электронные сообщения. Сам Беннетт, как он рассказал авторам настоящей книги, обсуждает это дело с несколькими людьми и занимается соответствующими исследованиями.

«Это дело подвигло тысячи людей, - сказал он, - глубоко закопаться в изучение этого дела, и многие из этих людей не хотят быть названными или бояться быть названными публично из-за возможных серьезных неблагоприятных последствий вследствие высказывания собственного мнения». Существовали и существуют, как сообщил Беннетт авторам, дюжины веб-сайтов, скептически относящихся к Макканнам. Эти сайты представляют собой грязный отстой данного дела, пополняющийся теми, кого окрестили «ненавистниками».


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | vvvvv | Iraida | Saggita | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 16

Ненависть к Макканнам, в той или иной форме, началась рано. Жестокие анонимные письма стали приходить вскоре после исчезновения Мадлен. В одном из них Макканном сообщали, что их дочь пытают и что они в этом виноваты, в другом – что она мертва и уже захоронена. Уже дома, в Рождество, они получили карточку, на которой было написано: «Вы, ******* воровские ублюдки. Ваш выродок мертв из-за вашего пьяного высокомерия… Если бы у вас было хоть немного стыда, то вы бы признались в своей ответственности за исчезновение дочери… Вы - ******». Поступали даже угрозы смерти».

Эти дополнительные пытки были вызваны возможностью распространять отраву по интернету, через веб-сайты, форумы и блоги. В любом известном деле всегда найдутся люди, желающие распространять свои собственные мнения насчет него. В случае Макканнов интернет многократно увеличил возможности таких индивидуумов получить огромную аудиторию.

Несмотря на отсутствие свидетельств каких-либо правонарушений, совершенных Макканнами, число их критиков множилось – многие из них нападали анонимно из киберпространства. Эта деятельность продолжается вплоть до сегодняшнего дня. Здесь мы расскажем о некоторых из тех, чьи личности известны или оказались установленными.

Тони Беннетт их Madeleine Foundation, действовавший открыто, не был из числа тех трусов, кто прятался за экраном его компьютера. Не относилась к их числу и его преданная сторонница Джилл Хэверн, проживающая в Бирмингеме инструктор автовождения, недовольная Национальной службой здравоохранения (NHS) и в особенности больницей Гленфилд в Лестере. По ее сообщению, мужу Хэверн Алану доктора этой больницы поставили неверный диагноз, после чего он умер. Задолго до его смерти она начала писать в своем блоге, озаглавленном: «NHS: Камера смертников».

Случилось так, что Джерри Макканн работал в больнице Гленфилд – но только с 2005 года. Кейт Макканн работала неполный рабочий день как семейный доктор недалеко от своего дома в Ротли. Ни тот, ни другой не имели никакого отношения к лечению мужа Джилл Хэверн. Каким-то образом, однако, ее интерес к исчезновению Мадлен – «вследствие пренебрежения своими обязанностями двумя врачами NHS – оказался результатом этого совпадения. «Я могу понять, хоть и с трудом, пренебрежение своими обязанностями в отношении моего мужа с целью сэкономить деньги, - писала Хэверн, - но пренебрежение своими обязанностями в отношении своего собственного ребенка, а затем устраивание откровенного цирка, для того, чтобы нажить на ней деньги?»

Макканны не собирались получать прибыль из своего положения – и Фонд Мадлен имеет встроенные гарантии, что этого не произойдет.

Хэверн создала новый блог, озаглавив его: «NHS: Злоупотребление властью Макканнами». У него черный фон, аляповатый контент и искаженные фотографии Макканнов – одна из них, фотография Кейт, имеет надпись у ее головы в виде реплики: «Кажется, нам это удалось провернуть».

В течение двух недель с момента исчезновения Мадлен мужчина по имени Джон Хирст оставил свои комментарии в блоге, ассоциирующем себя с «консервативной точкой зрения»: «Я не принимаю версию событий, изложенную Макканнами. Никаких признаков вторжения. Всего получасовая возможность для совершения преступления… Я надеюсь, что полицейское расследование должно сконцентрироваться на Джерри и Кейт Макканнах». И: «Они ужинали вне номера. И, по моему мнению, это делалось для того, чтобы создать алиби».

По его собственному признанию, Хирст представляет собой «правонарушителя», переродившегося в «правоохранителя». В 1979 году после того, как он убил топором свою домохозяйку – он сказал, что «у него поехала крыша» - его приговорили к пожизненному тюремному заключению за непреднамеренное причинение смерти. За двадцать пять лет, проведенных в тюрьме, он жадно читал юридическую литературу и стал постоянно подавать судебные иски по разным поводам. Он был главным героем кампании по предоставлению в Соединенном Королевстве права голоса заключенным.

За несколько лет Хирст создаст блог, названный им «Справедливость для Мадлен» - с вводным заявлением о том, что «Макканнам не удастся избежать справедливого наказания с помощью ведущих СМИ; целью настоящего блога является поставить под вопрос их версию событий». Новая книга Кейт Макканн, писал он в 2011 году, «представляет собой явную беллетристику». Он написал сценарий, в котором два врача «составляют заговор в попытке спасти свою репутацию. Этот заговор включал избавление от тела Мадлен, инсценировку вторжения в номер и изобретение похитителя».

Есть еще книга 2010 года «Фальшивое похищение», автор которого представляется «Брайаном Джонсоном». Он давал интервью, однако, под именем Стив Мардстен – и участвует под именем «Stevo» на своем сайте truethformadeine.com, который он создал поздней осенью того года, когда пропала Мадлен. В аннотации «Фальшивого похищения» утверждается, что в этой книге раскрывается «схема сокрытия Мадлен Макканн».

Его обвинения, содержащиеся в книге и онлайн-сообщениях, включают утверждения о том, что: расследование дела Мадлен с самого первого дня «контролировалось и направлялось в одном направлении британским истеблишментом»; привлекалась секретная служба МИ-6; Джерри Макканн посвящен в информацию об участии королевской семьи в убийстве принцессы Дианы (вскоре должно было начаться расследование смерти принцессы «и королевская семья не могла допустить, чтобы Джерри Макканн испортил их игру»); в создании Фонда Мадлен участвовала «большая сеть масонских организаций»; и что смерть несколько лет спустя бывшего британского солдата Колина Шальке, помогавшего в поисках в окрестностях Прайа-да-Луш, является «таинственной».

Беспорядочные наскоки и инсинуации некоторых скептиков по делу Макканнов поддерживаются, якобы, обилием информации. Одной из главных собирательниц сведений о деле является пенсионерка Пэм Уотсон, использующая псевдоним «Pamalam». Сначала она размещала скриншоты сообщений с блога Джерри Макканна – скопированные с веб-сайта Макканнов – на своем собственном сайте.

Хотя поначалу это выглядело невинно, Уотсон создавала иллюзию – для новичков – того, что сайт принадлежит Джерри. Она вскоре добавила и другие страницы. Помимо ссылок на анализ годовых отчетов Фонда Мадлен, на сайте размещены как записи в дневниках Кейт Макканн, попавшие в прессу в 2008 году, так и книга бывшего руководителя расследования Гонсало Амарала – оригинал на португальском языке и перевод на английский язык – вопреки тому факту, что дневники и книга являлись предметами юридических действий (судебных исков) со стороны Макканнов, предпринятых после их публикаций. Хотя юридическая фирма Макканнов Carter-Ruck направила владельцам сайта Уотсон строгое письмо по этому поводу, дневники и книгу можно было обнаружить на сайте к моменту сдачи в печать настоящей книги.

Хотя сама она, похоже, является скептиком, другой сайт Уотсон содержит обширный, грамотно организованный архив имеющегося в наличии собрания документов португальской полиции. С помощью группы анонимных переводчиков – «Ines», «Albym», «Luz» - несколько тысяч страниц документов доступны как в оригинале на португальском языке, так и в довольно точном переводе на английский язык.

Однако Уотсон не ответила на просьбу авторов обсудить ее работу. Так же поступил и Найджел Мур, зарегистрированный владелец другого сайта для «серьезных» исследователей. Сайт Мура, подобно сайту Уотсон, был создан и начал действовать в течение пяти месяцев с момента исчезновения и, в соответствии с сообщениями прессы, Мур посвящал работе «буквально все свое время, семь дней в неделю». Его сайт представляет собой широкий набор публикаций в прессе и видеоматериалов о деле Макканнов – в том числе и сделанных самим Муром.

Цель сайта Мура, как заявляется в нем самом, состоит в том, чтобы «выяснить, что на самом деле случилось с Мадлен и вернуть ее домой». Однако подпись под фотографией Джерри Макканна говорит о многом. Это предупреждение Голубой Феи из диснеевского «Пиноккио» о том, что «ложь продолжает расти и расти, пока не становится такой же заметной, как и нос на твоем лице». Одновременно страницы с контактами и оглавление ссылаются на «заявления» Макканнов и их друзей о том, что они «регулярно проверяли своих детей» и на их «тщательно организованное использование СМИ». В нем на видном месте цитируются слова Гонсало Амарала, сказавшего о Макканнах: «Они знают, что Мадлен мертва и что не было никаких похитителей», а также «Они тонут в своих лживых заявлениях».

В Твиттере Мур разместил критический анализ последнего – за 2013 финансовый год – отчета Фонда Мадлен. Тем временем сам он в течение долгого времени на своем сайте размещал кнопку «пожертвования». «Чтобы дать мне возможность продолжать содержать и совершенствовать свой сайт, мне необходима поддержка. Ваша!» - писал он в 2008 году. Затем, намекая на то, что финансирование поисков Мадлен осуществлялось богатыми людьми, он писал: «Я не могу позволить себе роскошь иметь богатых благотворителей». Эта строка с тех пор была удалена, но кнопка пожертвования оставалась в 2014 году.

Португалия тоже имеет своего знаменитого инакомыслящего в отношении «обычной», если так можно выразиться, версии истории Макканнов. Это Жоана Мораиш, кинопродюсер и блоггер, дочь известной португальской актрисы Грасы Мораиш. Ее веб-сайт содержит составленный в хронологическом порядке архив газетных публикаций и видео, английский перевод опубликованных полицией документов и много что еще. Из скана профиля Мораиш в Твиттере следует, что значительное число из ее семнадцати тысяч сообщений более чем четырем тысячам последователям посвящено Мадлен.

Есть еще и персональный блок Мораиш, из которого ясно, что она поддерживает бывшего руководителя расследования Судебной Полиции Гонсало Амарала. Этот блог специально посвящен статье португальской конституции, повествующей о свободе слова и требующей отсутствия «цензуры в любой форме».

Мораиш также принадлежит к числу тех, кто не ответил на письма авторов настоящей книги. Однако гораздо ранее она уже изложила ключевой пункт своей позиции. В сентябре 2007 года в первом из своих постов, общее число которых достигнет двух тысяч, она расскажет историю, опубликованную в испанской газете El Pais о том, как дело Макканнов «вобьет клин между двумя историческими союзниками – Соединенным Королевством и Португалией».

«Иногда я впадала в отчаяние, - писала Мораиш в 2008 году, - не понимая поддержку, оказываемую Макканнам британской прессой и британскими властями. Я даже чувствовала отвращение и смущение от нападок в СМИ национального директора СП Алпио Рибейро на офицеров СП, расследующих это дело… Иногда мне хотелось бросить все и закрыть глаза на несправедливость, расизм и нападки СМИ – но затем я убедилась, что очень горжусь моей маленькой и прекрасной страной и даже еще больше горжусь нашим народом и его историей – и хотя я рискую, когда пишу в свой блог под своим собственным именем – я буду продолжать защищать свою страну».

Из тех, кто долгое время использовал Макканнов в качестве мишеней для критики и даже хуже, один человек публично признался о том, что сожалеет о содеянном. Это Брен Райан, англичанка на пятом десятке лет. Она создала один из крупнейших анти-Макканновских веб-сайтов – одно время его форум насчитывал около семи тысяч участников. Она назвала его «The3arguidos», имея в виду, конечно, Джерри, Кейт и Роберта Мюрата – человека, первым получившего статус подозреваемого. На протяжении двух лет, по ее воспоминаниям, она «искренне думала, что семья Макканнов действительно что-то скрывает и подобно другим считала их виновными… Я позволяла людям размещать самые ужасные утверждения, какие только возможно».

Однако в 2009 году вследствие ссор между наиболее известными членами сайт «The3arguidos» был закрыт. Брен Райан, со своей стороны, начала менять свою точку зрения. В следующем году, когда она наконец сделала то, что никогда не делала – внимательно прочитала полицейские документы – она полностью изменила свою позицию. «Я начала думать, - писала она, - что Кейт и Джерри Макканны и их друзья не виноваты в том, что произошло». Она пришла к заключению, что форум, подобный «The3arguidos» «не имеет права получить ни дюйма киберпространства… Не существует никаких свидетельств, подтверждающих множество заявлений в поддержку версии о том, что Джерри и Кейт Макканн были причастны к исчезновению своей дочери».

В 2014 году в своем письме авторам настоящей книги Райан сообщила, что временами содеянное делает ее жизнь тяжкой. Она совершила «нечто неправильное с моральной точки зрения». Поэтому, пишет она, «я сделала единственное, что могла – извинилась перед семьей в открытом письме и предпочла реальные факты множеству мифов, слухов и спекуляций, окружающих это дело».


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | vvvvv | Saggita | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 17

Все время, когда ненавистники Макканнов распространяли свою отраву, отец и мать Мадлен не прекращали делать все, что в их силах, чтобы продвинуть расследование – которое они рассматривали как остановленное расследование – вперед.

Они верили – в некоторых случаях эта вера колебалась – что их дочь может оставаться живой. Их возвращение в Соединенное Королевство, сказал Джерри сразу после того, как они сошли с самолета, привезшего семью из Португалии, «не означает, что мы отказываемся от ее поисков. Как родители, мы не можем отказаться от нашей дочери до тех пор, пока не выясним, что случилось».

Три дня спустя, 12 сентября, человек, которому суждено было оказывать огромную и долговременную помощь в этом деле, связался с Макканнами. Сорокасемилетний Брайан Кеннеди, невероятно богатый бизнесмен, внимательно следил за их историей по мере того, как она разворачивалась в Португалии, и хотел каким-либо образом помочь. «Я был недоверчив, - рассказывал он авторам настоящей книги в 2014 году. - Я терял веру и надежду в отношении человеческой натуры. Я спрашивал себя: «Как такое может быть?» Эта женщина страдает от горя. Мои инстинкты твердили мне, что совершается грандиозная несправедливость. Я связался со своим личным юристом в Latium Group и сказал: «Я хочу, чтобы вы связались с этими несчастными людьми и выяснили, не можем ли мы чем-нибудь помочь им»».

Кеннеди, сын мойщика окон, накопил к 2007 году огромное состояние – его чистые активы как главы Latium Group оценивались в 250 миллионов фунтов стерлингов – двигаясь наверх головокружительными скачками от стажера-бухгалтера до менеджера компании по торговле кухонным оборудованием, затем в бизнес мобильной телефонии, затем в торговлю пластиковыми окнами – и, наконец, в приобретение регбийной команды. Попытка отойти от дел «свела его с ума», теперь он снова оказался в самой гуще бизнеса. Будучи филантропом, он заслужил репутацию человека, совершающего неожиданные поступки.

Когда он начал сообщать о своих попытках помочь Макканнам, друзья и коллеги советовали ему не вмешиваться, предупреждали, что его участие закончиться печально. ««А что, если, - вспоминал он чьи-то слова, - родители окажутся виновными?» Я помню, как ответил: «А что случиться, если они невиновны?» Можете ли вы представить себе ужас потерять свою дочь… а затем весь мир обратится против вас и назовет вас виновными в ее убийстве?» Разве недостаточны тот ужас, та агония, через которую они проходят. Я могу их понять – у меня пять детей. Я сказал своему адвокату: «Если вы почувствуете, что они не виноваты, то мы встанем на их сторону и поможем им»».

Адвокат связался с Макканнами, и они были приглашены на встречу с Кеннеди в Лондоне. «Послушав пятнадцать секунд Кейт, - сказал он, - я принял решение, основываясь на всем своем эмоциональном опыте, сформировавшемся за многие годы. Я был на сто процентов уверен в их полной невиновности. Я сказал им, что, во-первых, мы наймем им лучшего португальского адвоката для их защиты и снятия с них статуса arguido. Во-вторых, мы сделаем все, что в наших силах, чтобы повлиять на взгляды и точку зрения общества. И, в-третьих, мы окажем им поддержку в использовании частных детективов… Португальская полиция остановила расследование. Было необходимо нанять других людей для выполнения этой работы».

Юристы самого высокого уровня были найдены в Португалии. По просьбе Кеннеди и за его счет советник британского правительства, выступавший в качестве официального представителя Макканнов в Прайа-да-Луш, Кларенс Митчелл быстро уволился со своей государственной должности и вернулся обратно к Макканнам. Как выразился еще одни член команды, он должен был работать в тесном контакте с супругами, «практически так же, как наставник работает со знаменитостями».

Кеннеди предпочитал не раскрывать, сколько денег он потратил на помощь Макканнам, он сказал только, что это были «существенные» затраты – в основном расходы на юристов и СМИ. Владелец оздоровительного центра Стивен Виньярд и сэр Ричард Брансон также оказывали финансовую помощь. Со временем Фонд Мадлен будет оплачивать расходы на частных детективов, когда это направление будет использоваться наиболее активно.

На первой встрече Кеннеди с Макканнами присутствовали представители Control Risks, давно существующей компании, специализирующейся на безопасности и кризисном управлении, которая послала своих детективов в Португалию для того, чтобы повидаться с супругами сразу после исчезновения Мадлен. Их присутствие там по данному поводу было первым случаем, когда обсуждалось использование частных детективов за счет анонимного донора, личность которого так никогда и не раскрывалась.

Кейт Макканн не была в восторге от той первой встречи. Один из представителей, присланных Control Risks в Прайа-да-Луш, представлял из себя весьма таинственную фигуру, представившись просто как «Хью». Он был одним из множества бывших офицеров разведки, нанимаемых этой компанией, и его основная роль теперь сводилась к возможным переговорам с похитителем. Кейт и так была уже обезумевшей от горя, ей не понравилась привнесенная им атмосфера Джеймса Бонда. Кроме того, в некоторой степени в трагическом смысле, вести переговоры пришлось только с вымогателями.

В Соединенном Королевстве, когда Макканны уже вернулись на родину, сотрудники Control Risks проверили их дом в Ротли и телефоны на наличие там «жучков». Компания также организовала судебно-медицинскую экспертизу образцов волос близнецов – на случай, если удастся получить свидетельства того, что похититель усыпил их 3 мая. (Были протестированы также волосы Кейт, поскольку ходили слухи о том, что она в период исчезновения принимала лекарства. Результаты тестов оказались отрицательными).

Когда пользование Макканнами услугами Control Risks стало упоминаться в прессе, из Португалии последовали недовольные отзывы. «Нельзя, чтобы частные детективы вмешивались в расследование уголовных дел,» - пренебрежительно прокомментировал глава союза Судебной Полиции Карлос Ажос. Но Макканны намерены были двигаться вперед в любом случае, убежденные в своей решимости советом, поданным Джерри во время его познавательной поездки в США летом.

Документ, опубликованный Министерством юстиции США для родителей пропавших детей, озаглавленный «The Family Survival Guide», рекомендует рассмотреть возможность использования частных детективов, если считается, что они могут «сделать лучше или по-иному, нежели это делают правоохранительные органы». Учитывая, что, по их мнению, расследование португальской полиции закончилось фиаско, Макканны теперь лелеяли именно эту надежду.

«У меня не было совершенно никакого опыта работы с частными детективами, - вспоминал их благодетель Кеннеди. - Но искусство ведения бизнеса заключается в том, чтобы окружить себя людьми, хорошо разбирающимися в том роде деятельности, который вы не знаете». Сначала он нанял двух бывших офицеров Скотланд Ярда, а в конце сентября решил последовать искушающим слухам о том, что Мадлен видели в Марокко (см. Главу 9).

Кеннеди и сопровождавшие его детективы, вылетевшие на принадлежащем ему частном самолете, наняли марокканского туристического гида, чтобы тот привел их в горную деревню, где, как говорили, могла быть пропавшая девочка. Ее, конечно, там не оказалось, но гид – которому обещали награду – впоследствии рассказывал, что много потом путешествовал, показывая фотографию Мадлен. «Если я ее найду, - говорил он, - я буду богатым. Мне пообещали, что мне больше никогда не придется работать – наверное, миллион фунтов».

«Я думаю, - сказал Кеннеди в 2014 году, - мы ждали легкой добычи. Через несколько недель, однако, мы решили, что нам нужно действовать в данном случае очень профессионально». Помимо энтузиазма и энергии, Кеннеди удалось запустить в действие очень важный процесс. Несколькими месяцами ранее португальская полиция сделала совершенно бесполезный рисунок человека, которого друг Макканнов Джейн Таннер видела несущим на руках ребенка рядом с номером 5А вечером, когда пропала Мадлен. Это невыразительное изображение, которое полиция показывала людям в Прайа-да-Луш – сделанное на основе допроса Таннер – вспоминалось ей просто как похожее на «яйцо с волосами». Оно не несло никакой полезной информации.

Теперь, в Англии, британская художница, рисовавшая портреты для судебных органов, стала работать над тем, чтобы получить больше значимой информации от Таннер. Это была Мелисса Литтл, чей послужной список включал прохождение подготовительных курсов в Академии ФБР в США. В результате было получено изображение в профиль (в цветном и в черно-белом вариантах), дававшее хоть какое-то представление – хотя и без черт лица – каким она запомнила человека, его прическу и его одежду (см. рисунок 26, слева). Опубликованное в конце октября, это изображение активно размещалось в СМИ – рекламируя само дело и создавая возможность для появления новых направлений расследования.

Позднее, работая с информацией, предоставленной одним из свидетелей в Прайа-да-Луш, к которому обращался мужчина, собиравший деньги для несуществующего приюта – что относило его к числу подозреваемых – судебный художник Литтл создала еще один портрет. Ее работа стала постоянной частью досье и – как показывают документы британской полиции – дала толчок работе над новыми изображениями, созданными с помощью компьютера. Впервые внимание было обращено на другого человека, которого видели около номера 5А перед исчезновением Мадлен.

Тем временем Брайан Кеннеди провел поиски походящих частных детективов и выбрал испанскую компанию Metodo 3. В одном из объявлений этого агентства утверждалось, что оно смогло найти двадцать три пропавших ребенка и подростка и вернуть их своим родителям. Учитывая, что работа частных детективов на Макканнов в Португалии являлась незаконной пока шло официальное полицейское расследование, а также принимая во внимание знание Metodo 3 региона и его связи с испанской полицией, это агентство могла быть полезным.

Казалось, что детективы смогут восстановить отношения с португальской Судебной Полицией. По просьбе руководителя испанского подразделения по борьбе с похищениями два офицера СП встретились с двумя оперативниками Metodo 3. Поднятые детективами вопросы, два из которых касались давно уже заброшенных нитей расследования в отношении Роберта Мюрата, не заинтересовали португальцев.

Испанские детективы расследовали большое количество потенциальных направлений в поисках Мадлен. Ничего существенного из этого не вышло, однако они сделали несколько широковещательных заявлений, привлекших широкое внимание общественности. «Мы на 100 процентов уверены, - рассказал глава агентства Франсиско Марко американскому каналу CBS, - что она жива. Мы знаем похитителя. Мы знаем кто он и как он совершил похищение». В программе ВВС Panorama он заявил: «Мы уже очень близко, я не говорю может быть, нет, нет, нет… Мы очень близки к отысканию похитителей». Затем, в начале декабря: «Мы знаем, кто ее похитил. Мы считаем, что она находится в районе недалеко от Иберийского полуострова и Северной Африки. И у нас вполне определенная информация о том, с кем она».

Однако не было найдено никаких фактов, подтверждающих заявления Марко. По информации Daily Telegraph, источник, близкий к Макканнам, сообщил, что супруги уже стали считать, «что им, должно быть, продали пустышку». Один из ветеранов испанской полиции выразился иронично. Metodo 3 раскроет это дело, сказал он, «cuando las ranas crecen los pelos» - «когда у лягушек вырастут волосы».

За три дня до Рождества 2007 года в специальной телевизионной передаче было показано видео Мадлен, на котором она открывала упаковку с подарком, полученным ею в прошлом году – розовый рюкзачок, который она несколько месяцев спустя возьмет с собой в Португалию. Выступая вместе, Джерри и Кейт Макканны напрямую обратились к предполагаемому похитителю своей дочери. «Для нас и остальных членов нашей семьи совершенно очевидно, - сказал Джерри, - что это будет самое тяжелое, насколько можно себе представить, Рождество без Мадлен, здесь, в нашем доме». Кейт сказала: «Вы должны понять, что у вас находиться ключ, способный положить конец отчаянию и боли… В это время, когда так много семей встречается вместе, мы просим вас помочь нам воссоединиться с Мадлен. Пожалуйста, сделайте правильный выбор и откройтесь».
Кейт затем обратилась непосредственно к Мадлен, сказав, что, хотя та вряд ли смотрит эту программу: «Здесь твои мамочка и папочка… Только знай, как мы тебя любим, Мадлен. Нам всем тебя так не хватает. Мы делаем все, что возможно, Мадлен, чтобы найти тебя».

Супруги завершили выступление, призвав всех, кто может иметь необходимую информацию, позвонить на горячую линию, открытую Metodo 3. Почти 350 человек позвонили на горячую линию, и официальный представитель супругов заявил, что содержание их звонков «будет рассмотрено самым тщательным образом». В то время, несмотря на все свои сомнения, Макканны продолжали верить в то, что Metodo 3 может обнаружить что-нибудь существенное.

Как раз на рубеже 2007 и 2008 годов произошла вспышка активности в связи с тем, что пятилетняя девочка по имени Мари Луз – выйдя для того, чтобы пройти сто ярдов и купить выпечку в киоске – пропала в испанском городе Уэльва, рядом с границей с Португалией. Поскольку Уэльва и Прайа-да-Луш расположены вдоль одной автомобильной магистрали, некоторое время считали, что ее исчезновение может быть связано с исчезновением Мадлен. Metodo 3 сильно заинтересовалось этим делом. После того, как тело Мари Луз было найдено, а обвиненный в ее убийстве педофил был осужден, полиция сделала вывод, что оба эти дела не связаны друг с другом.

В начале 2008 года проведение серьезного расследования было затруднено странным эпизодом. Юрист по имени Маркос Арагао Коррейа рассказал историю, которая – если ей верить – представляла собой самые страшные новости для Макканнов.

Представители преступного мира, заявил он, сообщили ему несколько дней после исчезновения Мадлен, что она была изнасилована и убита, а затем ее тело было спрятано в водохранилище. Арагао Коррейа заявил, что он передал эту информацию в Судебную Полицию, но никаких действий предпринято не было. Команда Metodo 3, по его словам, теперь была ознакомлена с ней и оценило данное направление как важное.

Стараясь выглядеть инициативным, Арагао Коррейа нанял команду дайверов для подводных обследований водохранилища в районе дамбы Араде – на расстоянии около двадцати пяти миль от Прайа-да-Луш. С учетом этого обстоятельства водохранилище представлялось весьма разумным местом для поисков. После многих усилий, работая в мутной воде с плохой видимостью, дайверы в конце концов вытащили длинную веревку, детский носок и мешок с костями. Этот мешок, по словам Арагао Коррейи, был достаточно велик, чтобы вместить останки ребенка. Хотя кости были маленькими, он считал, что «они выглядят как кости детских пальцев». Эти находки передадут Metodo 3 для анализа.

Результаты подводных поисков получили большую международную огласку – жестокое испытание для родителей Мадлен. Однако, вскоре выяснилось, что данный эпизод так ничего и не дал. Судебная Полиция выяснила, что кости в мешке не были человеческими. Кто-то, очевидно, топил котят.

Спустя три года Арагао Коррейа опубликует книгу «Дух любви: Маленькие девочки, сошедшие во звезд», «книга о фантастических приключениях с использованием реальных фактов». В ней были использованы, как он писал, «знания, полученные в результате более чем десятилетнего изучения парапсихологии и паранормальных явлений, а также важная информация», собранная в ходе расследований похищений Мадлен Макканн и Жоаны Киприано. Жоана была восьмилетней девочкой, исчезнувшей и признанной убитой за три года до исчезновения Мадлен (см. Главу 9).

Его информация относительно Мадлен, как он утверждал теперь, была получена им не от представителей преступного мира, а в результате видения, посетившего его на спиритическом сеансе через два дня после исчезновения девочки. К этому он прибавил мало деталей, например, о предполагаемых «влиятельных связях Макканнов в правительстве Соединенного Королевства», о «загадочных закодированных посланиях», которые Джерри получал на свой мобильный телефон, о «главном международном террористе Джордже Буше» и о «секретных обществах извращенцев».

Может быть, конечно, это и смешно. Однако не для Макканнов, поскольку СМИ широко растиражировала репортажи о поисках дайверов в водохранилище, о детском носке и мешке с маленькими костями.

Авторы настоящей книги выяснили, однако, что детективы из Metodo 3 все время знали о том, что рассказы Арагао Коррейи о получении информации от членов преступного сообщества были всего лишь прикрытием. В ходе самых ранних контактов с ними юрист дал понять, что информацию он получил в результате видения.

«Пускай и так, - заявила авторам тогдашняя глава барселонского отделения Metodo 3 Элисенда Виллена, - но у нас имелись сведения, заставлявшие предполагать, что тело Мадлен было выброшено в озеро… Но я также хотела, чтобы Коррейа предоставил мне дополнительную информацию». Их клиентам, сказала Виллена авторам, не сообщали об участии Metodo 3 в подводных поисках.

Виллена также хотела прояснить возможность связи исчезновения Мадлен с исчезновением Жоаны Киприано, произошедшим совсем недалеко оттуда. В том деле, как и в деле Мадлен, заметила она, «полиция тоже на обнаружила тело». В надежде выяснить правду, детективы сумели использовать Арагао Коррейю в качестве адвоката для того, чтобы взять интервью у дяди Жоаны, в то время отбывавшего срок за предполагаемое убийство своей племянницы. Интервью было взято, но не привело к какому-либо результату. Зато оно положило начало длительному и запутанному изучению адвокатом дела Жоаны Киприано – тема слишком сложная, чтобы детально излагать ее здесь. Детектив Виллена до сих пор уверена в том, что оба этих дела могут быть связаны между собой и должны быть расследованы дополнительно.

«Я думаю, что Metodo 3 потратило слишком много времени на это», - сказал Брайан Кеннеди несколько лет спустя. Когда жуткий цирк на берегах водохранилища еще продолжался, он уже начал четырехмесячную переписку с человеком из Африки. Салису Сулейман, в то время офицер по вопросам информации правительства Нигерии, в течение нескольких недель рассылал электронные сообщения по разным адресам в Соединенном Королевстве – включая Центр по проблемам детской эксплуатации и онлайн защиты (CEOP), Sky News и News of the World – с заявлениями о том, что имеет «информацию, которая может помочь найти Мадлен Макканн». Мадлен жива, писал он, за ней присматривает женщина в столице Португалии Лиссабоне. Он переслал карту с нарисованным на ней красным кружком с просьбой ознакомить с ней детективов Макканнов. Ян Эдмондсон, в то время новый редактор News of the World, откликнулся на просьбу и переслал полученные им электронные сообщения Кеннеди. 15 февраля 2008 года Кеннеди написал Сулейману:

«Спасибо за Ваше послание. Можете ли Вы сообщить мне источники Вашей информации? Детективам приходится вести расследование по многим направлениям, поэтому нам необходимы разъяснения относительно источников, прежде чем мы начнем затрачивать драгоценные время и людские ресурсы на поиски…
С уважением,
Брайан Кеннеди»

Последующий обмен электронными сообщениями продолжался до конца весны. Сулейман обещал:
«Я буду рад сообщить Вам источники происхождения информации и карты и сделаю это со временем. Сейчас все, что мне нужно – чтобы кто-нибудь поверил мне и поработал с информацией, которую я послал… Я не хочу, чтобы мне потом сказали, что поисковая команда давно получила эту информацию, но ничего не предприняла».

Кеннеди через несколько часов обратился к нему с разумным вопросом:
«Я ценю Вашу честность. Основывается ли Ваша интуиция на экстрасенсорике? Если да, то это нормально, иногда это бывает полезно, но нам необходимо знать об этом».

Сулейман парировал вопрос, ответив, что его информация «надежна», а не основана на интуиции. Обмен сообщениями продолжался до 20 февраля, когда Кеннеди сообщил:
«Наши агенты находятся в указанном Вами Районе. Можете ли Вы сообщить дополнительную информацию?»

Сын Кеннеди Патрик и детектив Metodo 3 приехали в Лиссабон, и Сулейман прислал детальную информацию о местонахождении Мадлен:
«Пожалуйста! Агенты должны обратить внимание на квартал, имеющий приблизительно треугольную форму, начиная от Травесса дас Моникас, затем направо до улицы де Сао Висенте, затем направо до улицы Санта Маринья, затем направо до Кальсада да Граса, затем снова направо до Травесса да Моникас. Здесь находится Мадлен. Ведите поиски в этом приблизительно квадратном по форме районе».

Сразу после сообщения этих деталей Сулейман прислал электронное письмо, впервые описав источник полученной информации. Этим источником информации о местонахождении Мадлен, утверждал он, является «нелегальный африканский иммигрант… скрывающийся от властей», который «не отважился обратиться в полицию со своей информацией, а предпочел действовать через третью сторону» - отсюда и участие Сулеймана во всей этой истории.

Однако подсказки, предложенные Сулейманом, так ни к чему и не привели и – хотя продолжалась с перерывами до конца весны – Кеннеди в конце концов перестал на нее отвечать.

Сулейман, к тому времени уже директор Института гражданских СМИ Нигерии, рассказал эту историю в книге «Мадлен и седьмой мистик», опубликованной в Соединенных Штатах в 2011 году. В ней он поведал, что интерес к делу появился тогда, когда – следя за новостями о Мадлен из далекой Нигерии – он узнал, что расследование дела зашло в тупик. Кроме того, была объявлена огромная награда за информацию, могущую привести к безопасному возвращению Мадлен домой. Для него она представлялась невообразимым богатством.

Предвыборная кампания 2007 года в Нигерии, когда «воины молитвы» и «шаманы» - или знахари, как их называют на Западе – стали играть большую роль, вдохновила Сулеймана предпринять следующее. Хотя сам себя он считал «современным, рациональным человеком, с открытым мировоззрением», как он писал, в Африке было легче «верить в существование альтернативной реальности». И он решил «выяснить, не можем ли мы использовать силы экстрасенсорного восприятия, которыми обладают некоторые люди, чтобы найти Мадлен. Можем ли мы найти ее, используя только экстрасенсов-медиумов?»

Его убедил, что это возможно, один из мистиков, с которыми он консультировался (седьмой по счету, отсюда и название книги) – совсем молодой человек, который створил свои чудеса, высыпая мелкий песок на поднос. Юноша сказал ему, что Мадлен Макканн находится в Лиссабоне и – в конце концов – как ее найти.

Книга Сулеймана представляет собой странное смешение скептицизма и внушаемости. Его рассказ по прочтении внушает мысль, будто в итоге он пришел к выводу, что представленная им Кеннеди информация не обязательно была выдуманной.

Тот факт, что Кеннеди отвечал на электронные сообщения Сулеймана, не свидетельствует о легковерии с его стороны. «Когда вы в отчаянии, - рассказал авторам настоящей книги, - когда вам некуда идти, а ваши поиски завели вас в никуда, когда вы не можете найти даже стога – не говоря уже об иголке в нем – вы обычно хватаетесь за любую нить, какая оказывается под рукой. Я думаю, мы подозревали, что она в данном случае связана с экстрасенсом, но Сулейман был очень настойчивым, насколько я помню. Как знать – но мы отчаянно хотели найти Мадлен».

История Сулеймана является чем-то вроде притчи о случае, когда хрупкая надежда соперничала с печальной вероятностью.


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | Saggita | vvvvv | Iraida | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 18

Пришло и ушло 3 мая 2008 года – первая годовщина исчезновения Мадлен. В Прайа-да-Луш состоялась церковная служба, чтобы отметить эту дату. Однако теперь церковь была чуть ли не единственным местом, где можно было увидеть плакат, призывающий помочь в поисках Мадлен. Большинство плакатов, которые были развешаны в поселке повсеместно, было снято несколько месяцев назад. Мэр Домингуш Борба, бывший полицейский, заявил ранее, что, по его мнению, Макканны – как родители – «виновны, как минимум, в пренебрежении родительскими обязанностями».

Состоялась церковная служба и в Ротли, деревне, где проживали Макканны. Хотя председатель приходского совета Перси Хартсхорн и ворчал, что его тошнит от СМИ, местный викарий Роб Глэдстоун сказал, что люди продолжают «оказывать серьезную поддержку». Две тысячи мягких игрушек, долгое время усеивавших землю вокруг военного мемориала, были выстираны и отправлены детям в Белоруссию, в районы, пострадавшие от Чернобыльской катастрофы. Теперь единственная свеча горела перед мемориалом.

Джерри и Кейт Макканны несколько раз появлялись на телевидении. Несколько дней спустя, когда Мадлен должна была бы быть дома и отмечать свой пятый день рождения, они утроили чаепитие для семьи и близких друзей – и продолжали делать это год за годом.

В одном из выступлений по телевидению Джерри напомнил зрителям, что они с Кейт не «действующие лица в мыльной опере или романе. Речь идет о реальном ребенке и реальной семье, которые действительно пострадали». «Следует обратить внимание» на тот факт, что было совершено «отвратительное преступление» в отношении ребенка и что преступник все еще на свободе.

Он также подчеркнул, что есть причины думать о том, что Мадлен жива. «Нет никаких свидетельств, абсолютно никаких свидетельств, что ей причинен какой-либо вред. А если вы взглянете на Соединенные Штаты, где имеется большая статистика относительно подобного рода преступлений, то дети возвращаются. Возвращено множество детей, и чем моложе ребенок, тем больше вероятность его возвращения». Макканны стремились заполнить «огромные пробелы», как они это называли, в мозаике, полученной в результате расследования.

После снятия статуса arguido и опубликования документов полиции в Португалии появилась возможность – как они выразились в последнем из телевизионных выступлений – «точно выяснить, что было сделано и что сделано не было. Кого исключили из числа подозреваемых и на каких основаниях, какие направления расследования продолжают оставаться актуальными… и какая информация не была передана нам». В Соединенном Королевстве Макканны обратились в Высокий суд за разрешением получить доступ к документам, находящимся в распоряжении полиции графства Лестершир, осуществлявшей связь с португальцами. В конце концов небольшая часть документов была им передана, хотя доступ к ним публике остается закрытым.

Тем временем, супруги продвигались вперед и в части использования частных детективов. Нанятая ими команда Metodo 3 в начале 2008 года – в процессе поисков Мадлен – обнаружила целую сеть, занимающуюся производством видеозаписей актов сексуального насилия над детьми в Испании. Получив данную информацию, полиция должным образом провела серию арестов. Однако Мадлен не оказалось среди несчастных жертв – детей, запечатленных на видеозаписях. Metodo 3, хоть и работало без устали, не смогло обеспечить прорыва, на который так надеялись родители. И тогда, по мере того, как проходил месяц за месяцем, Макканны совершили действие, о котором им впоследствии пришлось пожалеть.

Был согласован контракт с американской компанией Oakley International, описанной источником, близким к Макканнам: «явно крутые парни… абсолютно лучшие, но они крайне засекречены». Как говорили, в компании работали бывшие сотрудники ФБР, ЦРУ и Сил специального назначения армии США. «Но я ничего не могу сказать про них, - заявил официальный представитель Макканнов в августе 2008 года, - в связи с секретным характером их работы и необходимостью соблюдать секретность не только в поисках Мадлен, но и относительно других операций». Сообщалось, что Фонд Мадлен выплатит Oakley по контракту 500 тысяч фунтов стерлингов тремя последовательными частями – и еще больше, если Мадлен будет найдена живой.

По крайней мере один ведущий сотрудник Oakley, Генри Экстон, был на самом деле ветераном британской государственной службы, в свое время выдающимся руководителем секретного полицейского подразделения. Он был настоящим специалистом, заслуженным профессионалом, награжденный Орденом британской империи и Медалью королевы за службу. Гораздо меньше было известно о человеке, возглавляющем компанию, ирландце по имени Кевин Хэллиген.

Поначалу Макканны и Кеннеди посчитали, что Oakley справляются со своей работой. Детективы компании казались адекватными и оперативно откликающимися на информацию, поступавшую в ответ на обращения родителей; кроме того, они в секретном порядке собирали показания в Португалии. Они работали с Мартином Смитом и членами его семьи – которые, подобно Джейн Таннер, встретили человека, несущего ребенка, в вечер исчезновения Мадлен – чтобы составить его фоторобот с целью идентификации (см. два фото справа на рис. 26).

Однако, как выяснится значительно позднее, сотни звонков на независимую горячую линию, над которыми, казалось, работали, на самом деле никогда не проверялись сотрудниками Oakley. Записи показаний, собранных в Португалии, оказались бесполезными, поскольку собирались у людей, не имевшими никакого отношения к делу. Используемые Oakley специалисты, включая Генри Экстона, стали замечать, что им не платят зарплату. Попытки получить спутниковые фотографии Прайа-да-Луш вечером и ночью 3 мая 2007 года закончились получением изображений, сканированных из Google Earth. Получив совсем небольшие результаты, или вообще никаких, в то время как деньги продолжали выплачиваться, Брайан Кеннеди наконец-то решил прекратить работу.

Руководитель Oakley Кевин Хэллиген, как выяснилось, оказался мошенником. Играя сомнительную роль в попытках освободить двух бизнесменов, которых держали заложниками в Африке, он выудил 2,1 миллионов долларов у одной торговой компании. Он также организовал свою фиктивную свадьбу в Вашингтоне – священником выступал не ней актер, а у самого Хэллигена уже была жена – на котором присутствовали представители столичной элиты.

После участия в деле Мадлен Хэллиген был арестован в Соединенном Королевстве в связи с обвинениями в мошенничестве в отношении торговой фирмы и экстрадирован в Соединенные Штаты. Он был осужден за мошенничество, а затем депортирован.

«Эпизод с Oakley оказался, образно говоря, и сладким, и кислым, - рассказал Брайан Кеннеди авторам настоящей книги, - там были настоящие ребята, работавшие, не жалея себя, пытавшиеся добиться прорыва. Львиная доля пошла на расследование, вопреки тому, что писали газеты… Но все закончилось слезами». Макканны и их советники продолжали двигаться вперед, доверять детективам, которые будут работать не них в течение нескольких лет.

Дэвид Эдгар, бывший детектив инспектор в Чешире и Северной Ирландии с тридцатилетним опытом работы был нанят по рекомендации начальника Отдела по тяжким преступлениям полиции Манчестера. «Дэйв первоклассный парень, профессионал, - сказал Кеннеди, - я позволил ему заняться этим, и он работал яростно, скрупулезно». Эдгар и его старший коллега бывший детектив сержант Артур Коули начали выполнение своей работы с рассмотрения многочисленных документов полиции. Они работали медленно, не делали необоснованных заявлений об успехах и на протяжении месяцев старались особо не попадаться на глаза.

Детективы наконец заявили о себе для того, чтобы дать интервью одной крупной газете, а также представить документальный фильм, транслировавшийся в двухлетнюю годовщину исчезновения Мадлен. В документальном фильме их можно видеть наблюдающими за съемками реконструкции существенных событий, описанных свидетелями. Они также обнародовали нарисованный художником портрет одного из мужчин, которого видели явно наблюдающим за номером 5А перед исчезновением Мадлен – безобразный, усеянный оспинами человек, каким запомнила его одна из свидетельниц (см. Главу 5, фото 25 в центре).

Детективы попытались наладить отношения с португальскими властями, сообщил Эдгар, но «ответа не последовало». Немалое время, проведенное им в самом Прайа-да-Луш и его окрестностях, однако, позволило ему сформировать довольно определенные версии.

Эдгар и Коули не придерживались мнения о том, что Мадлен была похищена торговцами детьми. Они считали, что скорее в похищении участвовал один человек, «кто-то, знающий эту местность», в редконаселенном, бедном регионе, но рядом с туристической зоной. Они в особенности обратили внимание на информацию, подобранную о нескольких людях, которые подозревались в педофилии, и о случаях сексуальных нападений на детей туристов в период до исчезновения Мадлен, о которых говорится в различных местах нашей книги.

«Возможно ли, - задал Эдгар риторический вопрос, - что Мадлен жива и живет в Алгарве несмотря на всю поднятую шумиху? Ответ – да. Существует очень большая вероятность, что она находится где-то в этом регионе».

Три месяца спустя, в августе 2009 года, результаты работы детективов вновь появились в новостях СМИ. Сидя рядом с официальным представителем Макканнов Кларенсом Митчеллом, Эдгар предстал на пресс-конференции, чтобы объявить о, как он выразился, «очень важный ключе». Он сообщил, что объявился некий мужчина, чтобы сообщить о кратком эпизоде, участником которого он был два года назад, через трое суток после исчезновения Мадлен, произошедшем в испанском портовом городе Барселоне.

Этот мужчина, очевидно какой-то руководитель из Британии, прибыл в Барселону, чтобы принять участие в «мальчишнике» своего младшего брата. Важно отметить: чтобы приглядывать за братом, он, как утверждает, сам ничего не пил. Было около двух часов ночи 7 мая, сообщил он, они с братом сидели в баре на пристани Порт Олимпик, когда они заметили женщину, ходящую взад-вперед на улице. Она казалась «взволнованной» и – когда свидетель подошел к ней – должно быть приняла его за человека, которого ждала.

В целях, которые он определил как «интересы дела», бывший детектив инспектор Эдгар не сообщил на пресс-конференции, что эта женщина предположительно сказала, когда к ней подошел свидетель. Однако некоторые слова – какими из запомнил свидетель – привлекли внимание детектива. В соответствии с последующими сообщениями, она сказала что-то вроде: «Вы здесь для того, чтобы доставить мне мою новую дочь?» или «Удалось вам ее заполучить? Удалось ли вам заполучить ребенка?» Она спросила три раза, прежде чем поняла, что свидетель -  не тот человек, которого она ждала. В конце концов, проведя «немало времени» со свидетелем, она ушла.

В контексте дела Мадлен возможные совпадения очевидны, возможно – кто-то скажет скептически – слишком очевидны. Однако имеется много вопросов.

Если неизвестная женщина действительно ждала живого похищенного ребенка – Мадлен – были бы ее слова, обращенные к подошедшему мужчине – который мог быть кем угодно – настолько по-идиотски откровенными?

Выбрали бы преступники для подобной встречи столь оживленное место?

Если неизвестная женщина действительно ждала Мадлен, то как ребенка перевезли в Барселону? Возможно по автодороге – расстояние от Прайа-да-Луш до Барселоны составляет восемьсот миль. Кроме того, существует железнодорожное и автобусное сообщение между Барселоной и Фару, городом, который расположен в пятидесяти семи милях от Прайа-да-Луш. Эксперт также подсказал авторам настоящей книги, что возможно предпринять такое путешествие по морю – с учетов остановок для дозаправки судно средних размеров может проделать этот путь в походящее время – хотя передача ребенка вряд ли могла осуществляться в оживленном порту Барселоны. Паромное сообщение между Алгарве и Барселоной отсутствует – в любом случае, переезд на пароме представлял бы для преступника слишком большой риск.

Последний по счету, но не последний по значению вопрос – почему оставшийся неизвестным свидетель молчал в течение двух лет, хотя все СМИ постоянно трубили о тайне Мадлен? Мужчина явно утверждал, что в 2007 году сохранял молчание «по личным причинам», похоже – как впоследствии предполагалось в прессе – из-за того, чтобы его жена не узнала, что он походил познакомиться к странной женщине. Детектив Эдгар, признававший это, расценил мужчину как «очень надежного свидетеля».

На все эти вопросы и сомнения Эдгар сообщил, что он считает неизвестную женщину «весьма важной персоной». Свидетель оценил ее возраст как тридцать-тридцать пять лет, рост – около 5 футов 2 дюймов, стройную, с короткими «колючими» коричневыми волосами. Она была хорошо одета и – свидетель слышал, как она обращалась к кому-то другому – бегло говорила по-каталонски. Разговаривая по-английски, она, как ему показалось, имела австралийский акцент.

«Пожалуйста, пожалуйста, свяжитесь с нами, если вы знаете эту женщину, -= просил Эдгар на пресс-конференции. - Нам настоятельно необходимо переговорить с ней». Тысяча человек в ответ позвонили или прислали электронные сообщения. В течение непродолжительного времени была эйфория относительно того, что женщину, должно быть, удалось обнаружить в Австралии, но в конце концов выяснилось, что это была ошибка. Женщина, задавшая странный вопрос в Барселоне так и осталась неустановленной.

До сих пор она считается потенциально важным персонажем. Ее фоторобот, созданный по результатам собеседований со свидетелем, остающимся неназванным, до сих пор размещен на веб-сайте Макканнов (см. фото 19). Она является «Лицом, представляющим интерес для расследования».

Джерри и Кейт Макканны, как рассказал их официальный представитель Кларенс Митчелл на пресс конференции 2009 года, явно «надеются, что этот эпизод окажется настолько важным, насколько считает его важным Дейв Эдгар». Как ранее говорила Кейт: «всегда остается частички надежды». Однажды новая ниточка может оказаться реальным направлением расследования.

С момента исчезновения своей дочери Кейт иногда по-настоящему оказывалась в полном упадке. Один из таких периодов пришелся на лето 2008 года, когда Гонсало Амарал выпустил свою книгу о данном деле. Книга «Мэдди: Правда о лжи» была пронизана идеей о том, что Макканны каким-то образом связаны со смертью своей собственной дочери. Книга стала бестселлером в Португалии и вскоре стала доступна в переводе в шести европейских странах.

Оказавшись самым сильным из испытаний, свалившихся н нее в тот период – она также изучала документы полиции – новости о книге Амарала бросили Кейт в глубокое отчаяние. Не в первый уже раз, но, возможно, сильнее, чем во все другие периоды с момента исчезновения ее дочери, вера Кейт пошатнулась. «Я без смущения говорю, что разгневана на Господа, - сказала она Пирсу Моргану в программе CNN Tonight. - На нас уже делалось столько нападок, особенно в Португалии».

Года спустя, весной 2009 года, когда по телевидению транслировался документальный фильм, снятый по книге, Кейт стала – по свидетельству кризисного советника Алана Пайка, «еще более опустошенной». Пайк, продолжавший выступать в роли советник Макканнов долгое время после исчезновения Мадлен, вспоминал, что она «была в таком плохом состоянии, что Джеральд должен был на некоторое время прервать работу и ухаживать за ней». «Она была, - говорил он, - совсем плоха… была беззащитной; она говорила, что предпочла бы вообще там не бывать». Патрисия Камерон, невестка Кейт, сказала, что она оказалась «в очень плохом состоянии… была неспособна сталкиваться с обычной, повседневной жизнью». Майкл Райт, знавший Кейт с детства, сказал: «гнев и беспокойство» овладели и ей, и Джерри.

Макканны вынуждены были наложить в судебном порядке запрет на дальнейшее распространение книги Амарала и основанного на ней документального фильма, а также подать иск по делу о клевете. Началась длительная юридическая борьба. Они наложили запрет, но его впоследствии отменили. Начатое ими дело о клевете еще находилось на рассмотрении в суде, когда настоящая книга была отдана в печать.

В ноябре того года появился трогательный официальный призыв, онлайновое веерное сообщение по электронной почте от британского CEOP, шестидесятисекундное видео, озаглавленное «Минута для Мадлен». На фоне созданного изображения Мадлен в теперешнем ее возрасте голос диктора произносил:

«Медлен теперь шесть лет. Вы видите, как она может выглядеть сейчас. Мы знаем, что существуют люди, знающие, кто причастен к ее исчезновению. Они могут хранить этот секрет из страха, ложной преданности – или даже любви. Сохранение этой информации в секрете только увеличивает горе семьи Макканнов и ее друзей, увеличивает опасность для других детей. Если вы знаете, кто вовлечен в это дело, и сохраняете это в секрете, помните, что никогда не поздно сделать правильный шаг… сообщите информацию местной полиции».

Призыв к совести того, кто может иметь чувство вины за собой, оказался бесполезным. Вскоре после начала нового, 2010, года супруги отметили еще одну печальную дату. «Сегодня, - сказали Макканны 27 января, - исполняется 1000 дней с тех пор, как Мадлен забрали у нас. Тяжело даже произносить эту цифру… Ничего так и не изменилось с той страшной первой ночи. Мадлен все еще не найдена. Иногда даже чувствуешь себя неправым, когда повторяешь одно и то же. Но если бы мы этого не делали, то не было бы больше поисков и не было бы кампании, имеющей целью найти Мадлен, а об этом невыносимо думать».

Вечером 27 января был организован благотворительный ужин по 150 фунтов с участника для сбора денег в Фонд Мадлен. Несмотря на щедрость многих людей, денег в фонд стало поступать гораздо меньше.

Ранее в тот же день, в The Times был опубликован сонет в честь Мадлен, автором которого являлся поэт-лауреат Саймон Эрмитейдж – его строки были навеяны одинокой свечой, помещенной в светильник и еще горевшей рядом с мемориалом в деревне, где жили Макканны:

«Сумерки, сомнения, вечернее небо все глубже и глубже,
Темнота опускается так же, как и в ту ночь,
Вечная бесконечность отрытого пространства,
Отражающая пустоту здесь, внутри,
Затемняющая, расцвечивающая, омрачающая разум.
Но где-то там, извне, должна быть жизнь,
Расстояние – всего лишь дело времени,
Мир, подобный нашему, со своей окраской и оттенками,
Такой же уникальный, как и глаз дочери,
Отчетливо помеченный, ее - без сомнений,
Смотрящий сюда через мили и годы
На светильник, отражающий золотой блеск,
Его живую свечу с неистовым белым огоньком
В тысячный раз, столько, сколько потребуется».

По мере того, как проходили месяцы, не принося заметного продвижения, Джерри и Кейт посоветовались с главой CEOP Джимом Гэмблом. «Я встретился с ними, чтобы обсудить, что делать дальше, - вспоминал Гэмбл. - У них было несколько идей. И я сказал: «Для вас лучше будет, если вы обратитесь ко мне письменно как к ответственному по вопросам защиты детей в ACPO (Ассоциация руководителей региональных подразделений полиции) и главе CEOP с вопросом, что можно сделать». Они прислали мне письмо, а я переслал его в Министерство внутренних дел.

Последствий пришлось подождать некоторое время. Сначала чиновники Министерства внутренних дел встретились в Макканнами. Затем с ними встретился лично министр, в то время этот пост занимал Алан Джонсон. Точка зрения его подчиненных, сообщенная мне, сводилась к тому, что имелись потенциально непреодолимые проблемы – такие как отношения с португальцами и затраты финансовых ресурсов. Затраты играли очень большую роль. Чиновники спрашивали меня, можем ли мы вообще получить какие-либо результаты.

Но Джонсон является, наверное, самым гуманным из тех политиков, с которым мне приходилось иметь дело. Он пригласил меня на совещание и сказал: «Я понимаю, что есть проблемы. Но я встречался с этими родителями. Что мы можем для них сделать?» Его подчиненные пытались притушить его энтузиазм. Но он просто оборвал их и сказал: «Я хочу что-то сделать. Можем мы изучить это дело?»».

В качестве наилучшего выхода Гэмбл предложил ему провести «обзорное рассмотрение», чтобы определить, имели ли место «неиспользованные возможности, имеются ли направления расследования, над которыми следует продолжать работу – и сможем ли мы перестроить систему так, чтобы предотвратить в будущем ошибки, сделанные в ходе расследования дела Макканнов. Джонсон немедленно согласился, а я собрал команду и начал работу».

Затем, несколько месяцев спустя, незадолго до того, как были подготовлены результаты, Джерри и Кейт потеряли терпение – причем очень демонстративно.


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | Lamber | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 19

В последний день апреля 2010 года накануне седьмого дня рождения Мадлен Макканны дали интервью ВВС World Service, португальскому еженедельнику Expresso, португальской общественной радиовещательной корпорации RTP и ведущему испанскому каналу Cuatro.

«Если это было бы расследованием убийства, - заявила Кейт, - то оно велось бы активно – потому что необходимо найти преступника. Но в нашем случае ситуация складывается так, что преступник, все еще остающийся на свободе, подвергает риску – потенциально подвергает – других детей. А еще в нашей ситуации имеется пропавший ребенок».

Джерри выразился гораздо яснее. «Официально на протяжении восемнадцати месяцев правоохранительные органы совершенно ничего не предпринимают для того, чтобы найти Мадлен и того, кто ее похитил. И я думаю, что это принципиально неприемлемо». Была еще одна новая специфическая причина их отчаяния. В ходе их юридических действий против бывшего старшего офицера СП Амарала, утверждал он, обнаружились документы, из которых следовало, что «почти к каждой отдельной единице информации… наблюдалось совершенно одинаковое отношение… ее объявляли «не имеющей отношения к делу»».

Отец Мадлен ссылался на две тысячи страниц португальских документов, показывающих, как сообщения о том, что люди видели маленькую девочку рассматривались после прекращения полицейского расследования. Некоторые из них были бесполезными или вредными: электронное сообщение от «Армии освобождения Мадейры», утверждавшей, что держит Мадлен в заложницах; сообщение о том, что она находится в Германии в руках агентов секретной службы; намеки из Австралии на то, что она стала рабыней и содержится в камере. Однако другие сообщения заслуживали гораздо большего внимания.

В ноябре 2008 года из трех различных городов Бельгии пришли сообщения о том, что там видели девочку, похожую на Мадлен. Имелась запись камеры видеонаблюдения, сделанная в супермаркете в Новой Зеландии, на которой была видна девочка, похожая на Мадлен, в сопровождении мужчины. Охраннику она показалась настолько напоминающей пропавшую девочку, что он связался с властями. Французский детектив, просматривающий изображения сексуального характера в интернете, видел фотографии, на которых маленькая девочка подвергалась сексуальному насилию, и она, как подумал детектив, могла быть Мадлен. И так далее – было много, очень много подобных сообщений.

И хотя все эти ниточки могли оказаться ложными – скорее всего так и было – из ознакомления со всеми этими документами Макканны вынесли впечатление, что совсем мало или вообще ничего не делалось полицией для их рассмотрения. Кейт заклеймила португальское расследование как «фарс». «Основной вопрос, - сказал Джерри, - звучит так: все ли, что могло бы быть сделано в разумных пределах, действительно было сделано? И ответ на этот вопрос таков – Нет. В течение восемнадцати месяцев ни один правоохранительный орган не предпринимал никаких адекватных мер».

Дважды в начале 2010 года супруги призывали португальские правоохранительные органы предпринять серьезный пересмотр дела. На родине они встречались с Министром внутренних дел Аланом Джонсоном – и получили его решение поручить руководителю CEOP Джиму Гэмблу провести «обзорное рассмотрение». Вплоть до 6 марта действия на уровне правительства Великобритании оставались скрытыми от общественности; в тот день Daily Telegraph сообщила о том, что Министерство внутренних дел «секретно» проводит рассмотрение, которое может привести к новому полицейскому расследованию.

Спустя восемь недель в широко освещавшемся интервью, данному GMTV, Джерри повысил ставку. «Это неправильно, - заявил Джерри, - что о невинном британском гражданине совершенно забывают. И я не думаю, что это правильно, что мы, как родители, должны вести поиски… Я считаю, что это довольно жестоко. Нам необходимо осуществить должный пересмотр дела». Конечно, рассмотрение, осуществляемое главой CEOP Джимом Гэмблом, уже было близко к завершению. Гэмбл вспоминал о том, что он выяснил из бесед с британскими участниками первоначального расследования – общение с португальцами было расценено как слишком деликатное. Его команде пришлось в результате сообщить нелестное мнение о действиях правоохранительных органов обеих стран.

Португальская полиция, сообщал Гэмбл в своем отчете, как он это запомнил, оказалась «некомпетентной, непоследовательной» с самого начала, во время периода, именуемого полицейскими «золотыми часами» - минуты и часы, прошедшие непосредственно после того, как было обнаружено исчезновение Мадлен. «Золотые часы названы так не случайно», сообщил Гэмбл в 2014 году. «Вы не можете возвратиться и вернуть их назад. Они /португальские полицейские/ не сохранили место происшествия сразу же – там люди продолжали ходить туда-сюда. Место происшествия оказалось «загрязненным». Они не провели сплошной осмотр домов и номеров.

Они сообщили британским офицерам, что все, находившиеся в номерах отеля, были допрошены. Но выяснилось, что это не так. Туристы, останавливавшиеся в отеле, обращались в британскую полицию и сообщали, что их не допрашивали. Также в ходе расследования не был проверен полностью персонал отеля.

Статистика говорит нам о том, что часто в преступлениях оказываются замешаны родители или члены семьи. Португальцы не начали работать с родителями как с подозреваемыми. Они не расчистили площадку перед собой. Затем они бросились в направлении Роберта Мюрата, полностью сконцентрировавшись на этом направлении, а когда оно зашло в тупик, они бросились в другую сторону. Позднее, когда появились собаки, им показалось, что они точно на верном пути. Но экспертиза показала, что это не так.

Я помню, как в беседах с британскими офицерами, участвовавшими в расследовании, никто не мог внятно рассказать результатах экспертизы, поскольку они превратились в полную путаницу. Люди боялись говорить о них из страха быть неправильно понятыми… Также поначалу было что-то вроде конкурса красоты среди британских агентств – какое из них будет выбрано, чтобы оказывать помощь и каким образом эта помощь будет оказываться. Это породило что-то вроде склоки. Поначалу существовала какая-то нездоровая конкуренция с постоянным припевом «Я, я, я – мы поможем».

Все высшие чиновники - от Премьер-министра (сначала Тони Блэр, затем Гордон Браун) до всех министров и старших офицеров полиции – были настроены благожелательно. Но я думаю, они слишком много занимались формальностями, смущали других вопросами о приоритетах и повестках дня… CEOP проявил себя не лучше. Мы все «бросились к двери». Полиция Лестершира, назначенная главным органом расследования, заняла, понятное дело, крайне «местечковую» позицию, они постоянно говорили: «Вы должны действовать через нас». Но они были небольшой организацией, специализировавшейся на местных проблемах, вероятно, не имея возможности повысить свой уровень».

Гэмбл рекомендовал обновить и укрепить взаимодействие между британскими и португальскими правоохранительными органами, обмениваться всей информацией по делу – и действовать по всем имеющимся направлениям, включая разработанные частными детективами Макканнов.

«Когда вы просмотрите весь объем информации, переданной из Соединенного Королевства португальцам в 2007 году, - сказал Гэмбл, - то увидите, что только десять процентов из нее было отработано». Наиболее важными и приоритетными вопросами новой попытки были: дальнейшая работа по анализу телефонных звонков, сделанных в вечер исчезновения Мадлен, переоценка судебных экспертиз, осуществленных при расследовании этого дела – а также других преступлений, совершенных в Алгарве в соответствующий период – и информация об установленных сексуальных преступниках.

Единственным органом Соединенного Королевства, способным должным образом провести такую работу, по мнению Гэмбла, был Скотланд Ярд; также важным представлялось содействие португальской стороны. В ходе контактов с старшими офицерами Скотланд Ярда они выражали согласие принять участие, «если имеется реальная вероятность успеха этой работы, нахождение и передача правосудию виновных, а также если будут решены вопросы финансирования».

Отчет о рассмотрении дела CEOP лег на стол Министра внутренних дел Джонсона в начале мая 2010 года, всего за несколько дней до того, как лейбористское правительство вынуждено было объявить о досрочных всеобщих выборах. Неожиданно стало совершенно неважно, поддерживает ли Алан Джонсон пересмотр дела или нет.

Однако Макканны обезопасили свои позиции, встретившись с лидером Консервативной партии Дэвидом Камероном задолго до выборов. Возможно, это не сложно было устроить, поскольку их официальный представитель Кларенс Митчелл – будущий кандидат от консервативной партии – участвовал в предвыборной кампании консерваторов. Можно было ожидать, что Камерон, сам трагически потерявший своего старшего ребенка от болезни в предыдущем году, отнесется к вопросу с симпатией.

При пришедшей к власти новой коалиции консерваторов с либеральными демократами и переехавшим на Даунинг-стрит Камероне Макканны продолжали оказывать давление и встретились с новым министром внутренних дел Терезой Мэй. С ней встречался также и глава CEOP Гэмбл, но разошелся в вопросе о будущей независимости своего агентства – ему пришлось той осенью уйти в отставку. По словам Гэмбла, она «мямлила» относительно дела Мадлен.

В течение многих месяцев ничего не случилось –казалось, что супруги так и не дождутся действий, которых ждали. И снова, однако, они продолжали публично «трубить» о своем деле: Джерри – кардиолог и энтузиаст фитнесса – разъезжал по Горной Шотландии, чтобы собрать денег для Фонда Мадлен; Макканны выступали на Международном дне пропавших детей; организовывали ношение футболок и наклеек на багаж с изображением Мадлен людьми, отправляющимися на отдых.

К концу 2010 года они требовали открыто и громко, постоянно и публично, чтобы британские и португальские власти действовали. «Нам нужны действия, - заявляла Кейт интервьюеру. - Мне не нужны пустые, бесполезные слова. Нам необходимо, чтобы кто-нибудь что-нибудь делал». Ничего не делалось; так прошло еще несколько месяцев.

Тем временем мать Мадлен действовала сама – писала книгу. Она вспоминала, что, когда закончила ее, она пошла в спальню Мадлен – все еще такую же, какой она была перед отдыхом в Португалии – и читала ей отрывки из рукописи. «Это для нее, - говорила Кейт, - иногда я чувствую, что та девочка в красном платье с известной фотографии стала почти выдуманным персонажем. Но Мадлен – это наша дочь, реальная маленькая девочка».

Книга «Мадлен: Исчезновение нашей дочери и продолжающиеся поиски» вышла в свет в четвертую годовщину исчезновения Мадлен. Книга заканчивалась «Призывом к действию» с просьбой писать Премьер-министру и Министру внутренних дел с требованием двустороннего «совместного и всестороннего пересмотра дела Мадлен».

Первоначально, как утверждала Кейт, она настоятельно не хотела, чтобы ее книга издавалась массовым тиражом, учитывая отталкивающее освещение дела некоторыми газетами. Однако ее поколебали доводы о том, что газеты не только будут публиковать отрывки из книги, но и поддержат борьбу за пересмотр правительством этого дела. Права на последующие выпуски книги были проданы Sun и Sunday Times.

Опубликованная в мае 2011 года и сопровождаемая активной рекламой, книга стала неожиданным бестселлером. За первую неделю было продано 72,5 тысячи экземпляров – это рекорд. Всего было продано более двухсот пятидесяти тысяч экземпляров в твердой обложке и, на следующий год, семьдесят тысяч в мягкой обложке. Она была опубликована в восьми других европейских странах. Сообщалось, что доход от продажи книги составил более 700 тысяч фунтов стерлингов, поступивших в оскудевший теперь фонд финансирования поисков Мадлен.

11 мая, когда книга вышла в свет, репортер уголовной хроники Sky News Мартин Брюнт написал, что, по его сведениям, пока Министр внутренних дел «продолжает колебаться относительно призывав к совместному британско-португальскому пересмотру дела, ее босс Дэвид Камерон может ускорить решение вопроса. В предпринятом в прошлом году рассмотрении дела бывшим руководителем Центра по проблемам детской эксплуатации о онлайн защиты (CEOP) Джимом Гэмблом такой пересмотр был поддержан. Он также поддержан, как мне сказали, Ассоциацией руководителей полиции (ACPO), но миссис Мэй еще не убеждена… Она держится в стороне, чтобы сам Камерон проявил свой личный интерес».

На следующий день, 12 мая, в Sun было опубликовано открытое письмо Премьер-министру от Макканнов. В нем писалось:

«Дорогой Премьер-министр,

Будучи преданным отцом и семьянином, Вы осознаете значимость детей. Наша любимая старшая дочь Мадлен была похищена из Прайа-да-Луш, Португалия, четыре года назад. С тех пор мы посвятили всю нашу энергию, чтобы обеспечить ее безопасное возвращение.

Сегодня мы просим Вас – а также британское и португальское правительства – помочь найти Мадлен и возвратить ее в любящую семью

Мы живем надеждой на то, что Мадлен будет найдена живой и вернется к нам. Всего один звонок может оказаться достаточным, чтобы привести к Мадлен и ее похитителю.

С этой целью мы просим НЕЗАВИСИМОГО, ПРОЗРАЧНОГО и ВСЕСТОРОННЕГО пересмотра ВСЕЙ имеющейся информации, связанной с исчезновением Мадлен. До сих пор НЕ БЫЛО проведено официального пересмотра имеющихся у полицейских органов материалов – который является обычной практикой для большинства серьезных нераскрытых преступлений.

Неправильно то, что маленькая, беззащитная британская гражданка фактически оказалась всем брошенной. Дело об исчезновении ребенка остается нераскрытым. Дети – наш самый драгоценный дар.

Пожалуйста, не отказывайтесь от Мадлен.

Кейт и Джерри Макканны».

Накануне вечером в блоге News at Ten появилась более развернутая версия письма, включая выражения, носящие более острый и конфронтационный характер. В интервью, данное Sun, в котором была представлена отредактированная версия от 12 мая, супруги заявили, что они «не видят какого-либо прогресса в отношениях с Правительством» по вопросу проведения официального расследования.

Заголовок Sun, размещенный над письмом Макканнов, громогласно требовал: «ОТКРОЙТЕ ДОКУМЕНТЫ ПО ДЕЛУ МЭДДИ», а статья убеждала читателей подписать петицию, призывающую британские и португальские власти пересмотреть дело. Двадцать тысяч человек подписали эту петицию в тот вечер. Теперь Макканнам удалось быстро продвинуться вперед.

В ответе Премьер-министра, также датированном 12 мая и начинавшимся с написанного от руки обращения «Дорогие Кейт и Джерри», в частности, говорилось:

«Спасибо Вам за сердечное и трогательное письмо. Ваше испытание – самый тяжкий кошмар для любого родителя, и мое сердце всегда вместе с Вами. Я просто не могу представить ту боль, которую Вам приходится переносить… Мы обсуждали это во время нашей встречи, но я понимаю, что с тех пор прошли долгие восемнадцать месяцев… Я попросил Министра внутренних дел выяснить, что может сделать Правительство, чтобы помочь найти Мадлен. Она ответит Вам сегодня, когда начнет новое рассмотрение дела с участием Скотланд Ярда… Мы, конечно, будем поддерживать с Вами постоянную связь.

Ваш Дэвид».

В тот же самый день Министр внутренних дел Мэй написала Комиссару Скотланд Ярда сэру Полу Стефенсону о том, что – вследствие инициативы дипломатов – португальское правительство предложило сотрудничество с британской полицией. Она попросила, чтобы это предложение было принято, отмечая, что данную просьбу поддерживает Камерон. Официальный представитель Мэй заявил, что Скотланд Ярд «согласился использовать весь свой опыт и потенциал в деле Мадлен Макканн». Пересмотр дела должен был финансироваться Министерством внутренних дел.

Раздались голоса протеста. «Могу себе представить, - писал в блоге лорд Харрис, член Совета полиции метрополии (Скотланд Ярда), - что высшее руководство Скотланд Ярда не слишком радуется по этому поводу. Им придется снова направлять своих офицеров на проведение сложного расследования, в котором шансы на успех непонятны и которое отвлечет и так ограниченные ресурсы». Вмешательство правительства будет иметь негативные последствия для оперативной независимости этого органа. Другой член Совета, Дженни Джонс, заявила, что такой подход отдает «предвзятым отношением». Либеральный демократ пэр лорд Брэдшоу оценил этот проект рекламный ход и заявил, что «очень сильно обеспокоен политизацией полицейских органов».

Лорд Харрис также написал, что решение о пересмотре дела было «полностью предсказуемо с точки зрения влияния News International (группа, владеющая Sun и Sunday Times) на политику правительства».

Позднее, в программе ВВС Panorama, репортер Ричард Билтон скажет, что при подготовке программы «самые высокие правительственные источники сообщили об огромном давлении, которое оказывалось на Дэвида Камерона со стороны News International, газетой Sun в особенности, равно как и Макканнами… источник на Даунинг Стрит сообщил, что Дэвид Камерон действовал просто как сочувствующий родитель».

Бывший исполнительный директор News International Ребекка Брукс – друг Камерона – лично вела переговоры с Макканнами о переизданиях книги Кейт и утвердила проведение кампании Sun по поддержке пересмотра дела Мадлен. Через две недели после трансляции программы Panorama, давая показания по данному вопросу в рамках расследования Левесона этики прессы, она отрицала, что говорила представителям администрации Премьер-министра или Министру внутренних дел о намерении Sun потребовать пересмотра дела, а также о том, что Камерон «должен согласиться с этим требованием, поскольку Sun поддерживала его на последних выборах». Однако она сообщила, что знала о «разговорах с ними» того или иного из ее редакторов.

Не удовлетворенные первоначальным ответом Брукс, советник расследования Роберт Джей QС [Королевский адвокат] спросил ее, помнит ли она, говорили ли Министру внутренних дел о том, что если она {министр] согласится на пересмотр дела Мадлен, то открытое письмо Макканнов Премьер-министру не будет опубликовано. Брукс ответила, что не помнит этого.

Все еще не удовлетворенный, Джей сообщил о полученной им информации о словах Брукс, «сказанных одному из чиновников, что, если Премьер-министр не примет решение о пересмотре дела Скотланд Ярдом, Sun будет каждый день размещать фотографию Терезы Мэй на первой своей странице, пока требования Sun не будут удовлетворены». Брукс ответила, что это неправда.

Джей продолжал «давить», на сей раз сообщив о том, что, как предполагалось, она «прямо вмешалась» и передала это предупреждение лично Премьер-министру. В этот момент Лорд-судья Левесон сам спросил Брукс, были ее действия частью стратегии, включавшей «оказание давления на правительство с использованием подобного рода подразумеваемой или прямо выраженной угрозы»:

«БРУКС: … Я думаю, слово «угроза», сэр, является слишком сильным.
ЛОРД ЛЕВЕСОН: Хорошо, предложите мне другое слово вместо «угроза», можете?
БРУКС: Тогда «убедить»?
ЛОРД ЛЕВЕСОН: Убеждение. Хорошо».

Сам Премьер-министр и Министр внутренних дел Тереза Мэй оба сообщили в ходе расследования Левесона, что Ребекка Брукс не оказывала на них давления. Камерон сообщил о том, что его информировали о существовании специальной процедуры в Министерстве внутренних дел для оказания помощи при расследованиях и о том, что вопрос о пересмотре дела Мадлен был изучен «правильно и эффективно».

«Выступая в роли правительства, - свидетельствовал Премьер-министр, - необходимо размышлять следующим образом: «Мы помогаем в этом деле под нажимом СМИ или это искреннее требование общественности? Это реальное дело?» И я действительно задавал эти вопросы Постоянному секретарю Министерства внутренних дел на Даунинг Стрит, поэтому, как мне кажется, мы дали адекватный ответ… Я не помню какого-либо оказываемого на меня особого давления».

Благодарные Макканны выразили обновленный оптимизм. «Мы очень польщены, и мы хотели бы поблагодарить Дэвида Камерона за его вмешательство», - +заявил Джерри. Кейт сказала, что она по-настоящему верит, что пересмотр дела может «приблизить их на шаг» к нахождению Мадлен.


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | vvvvv | Saggita | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 20

Через несколько дней после того, как Министр внутренних дел 12 мая объявила о начале пересмотра дела Мадлен, Комиссар Скотланд Ярда сэр Пол Стефенсон дал знать, что вопрос будет изучен «очень серьезно». Поначалу стоимость пересмотра дела оценивалась в 3,5 миллиона фунтов стерлингов. Текущие затраты в основном формировались из расходов на перевод тысяч документов, собранных и хранимых Судебной Полицией, а также из расходов на поездки в Португалию и обратно.

Несмотря на шумиху, сопровождавшую начало пересмотра дела, информация о ходе этого проекта должна была сохраняться в тайне и обнародоваться очень выборочно – по существу, только для того, чтобы получать потенциально полезную помощь со стороны общественности. Окончательный отчет о пересмотре дела, заявил комиссар Стефенсон, опубликован не будет. Один из источников предсказывал – правильно, как выяснилось впоследствии – что работа продлится несколько лет.

Как заявил один из репортеров, первоначальное раздражение старших офицеров Скотланд Ярда полученным заданием сменилось желанием наилучшим образом сделать свою работу. Решение начать ее могло быть политическим, сообщал источник в Скотланд Ярде, «но, в конце концов, ребенок же все-таки пропал». И кроме того, на чем всегда настаивали родители Мадлен, и что теперь подтвердил и комиссар Скотланд Ярда – «всегда есть возможность» того, что маленькая девочка будет найдена живой.

Для участия в данном проекте было выделено около тридцати детективов, как сообщили репортерам, а сам проект получил название Операция Грандж. Возглавлять его был назначен детектив главный суперинтендант Энди Редвуд из Отдела расследования убийств и других тяжелых преступлений. Ветеран с двадцатисемилетним опытом, он был основной движущей силой в недавнем расследовании, преступления, совершенного в Лондоне двенадцать лет назад – двойного убийства - закончившимся осуждением преступника. Он руководил расследованием этого нераскрытого поначалу преступления и в конце концов призвал к ответу убийцу из Португалии, давно уехавшего из страны по поддельным документам.

В течение недели после принятия решения о пересмотре дела Джерри и Кейт Макканн встретились с Энди Редвудом и его коллегами из Скотланд Ярда. Они приветствовали объявление о пересмотре как «шаг в правильном направлении» - а именно, как они писали в своем письме Премьер-министру, в направлении совместного расследования, проводимого британскими и португальскими правоохранительными органами.

Как завоевать и сохранить доверие своих португальских коллег – представлялось сложной задачей для британских офицеров. «Португальские власти сохраняют главенствующую роль при ведении расследования, - заявил официальный представитель Скотланд Ярда в самом начале, - и мы не готовы обсуждать это в настоящее время». Дело Мадлен Макканн находилось в полной юрисдикции Португалии и – несмотря на концепцию Европы с открытыми границами и существование Европола, который действует для поддержки и взаимодействия национальных органов полиции – остается в юрисдикции этой страны.

Нормальное взаимное сотрудничество уже давно было скомпрометировано британской прессой, называвшей португальскую полицию «грубо ошибающейся» и «запугивающей» и даже «лгущей». Конечно, были промахи и неудачи, но в каждой стране – включая Британию – у полиции случаются неудачи и скандалы. В Португалии эти оскорбления вызвали сильное раздражение. Установление должного сотрудничества было необходимым, но представляло собой трудную задачу.

Несмотря на все сказанное ранее Министром внутренних дел Терезой Мэй о предложениях португальского правительства сотрудничать при пересмотре дела, некоторые официальные лица в Португалии сделали иные заявления. Генеральная прокуратура сообщила, что ни она сама, ни «магистраты, ответственные за рассмотрение дела, не получали никаких запросов или предложений по поводу сотрудничества или возобновления дела». Заместитель директора Судебной Полиции Педро ду Кармо, однако, в конце концов признал существование контактов между его сотрудниками, британским посольством и Скотланд Ярдом. Скотланд Ярд, заявил он, «получит от нас полную поддержку».

Информация о ходе пересмотра дела появлялась редко и была минимальной. Один только факт, что прошли первые, формальные встречи британских офицеров и представителей португальских властей – в течение двух месяцев с начала операции Грандж – наделал шума в новостях. Через семь месяцев пришли известия о переговорах с коллегами из Испании. Там же, в Испании, офицеры связались с Metodo 3, частным детективным агентством, с которым долго работали Макканны, и возвратились, увозя с собой целые коробки документов.

В марте 2012 года, почти через год после объявлении о пересмотре дела, заместитель директора СП ду Кармо объявил о том, что к этому времени уже состоялось четыре визита британских представителей, и что команда полицейских из Порто – второго по величине города Португалии, расположенного почти в трехстах милях от Прайа-да-Луш – уже некоторое время осуществляют собственный новый анализ дела, причем «очень тщательный». Руководителем этой команды из Порто была Хелена Монтейро, проводившая ранее расследование сложного дела, также связанного с пропажей человека, а работавшие с ней детективы – по словам ду Карно – имели «свежий взгляд» на дело, не будучи ничем связаны с первоначальным расследованием.

«Нам необходимо более взвешенное отношение, - сказал ду Карно, - даже если расследование и было прекращено, все равно остается так и не объясненное исчезновение. Это не значит, что поиск ответов и объяснений не представляет интереса».

Однако он добавил, что без новых улик дело не будет открыто вновь – а пока таковых нет. Более того, имелись свидетельства, говорящие о продолжающемся разладе между различными органами в Португалии. Прокурор Порто заявил, что деятельность новой полицейской команды не легитимна, поскольку не получено соответствующее разрешение Генеральной прокуратуры.

На следующий месяц в Соединенном Королевстве руководитель Операции Грандж Энди Редвуд распространялся об эффективности предпринимаемых действий и выражал осторожный оптимизм – но не сказал ничего конкретного. Давая интервью программе Panorama, он сообщи о том, что три детектива инспектора, пять детективов сержантов, девятнадцать детективов констеблей плюс гражданский персонал все еще целиком заняты рассмотрением сорока тысяч единиц информации, полученных из собранных в Португалии документов, документов, собранных во время первоначальной работы полиции в Лестершире, где проживали Макканны, а также из материалов частных детективов. «В конечном счете, - заявил он, - эта работа требует от нас проведения рутинного процесса перелистывания каждой страницы дела, интерпретирования и анализа того, что на них содержится».

Как сообщалось, команда обнаружила сто девяносто пять новых «ниточек» - но каких именно, сообщено не было. Расследование «наращивало темпы», а дело представлялось «разрешимым». «Мы искренне верим в существование возможности, что она еще жива», - сказал Редвуд о Мадлен.

Теперь, будучи в такой же степени дипломатом, сколь и детективом, Редвуд говорил очень аккуратно о португальской стороне в этой операции. У него были «прекрасные» рабочие отношения с Хеленой Монтейро, его коллегой по новой команде из Порто. «Было бы полностью неприемлемым» для него комментировать то, «что чувствуют сотрудники Судебной Полиции». Любое решение об изменении статуса операции с пересмотра дела на возобновление расследования является прерогативой португальцев.

Для представителей прессы руководитель расследования был наиболее разочаровывающим – но уважаемым – из полицейских: вежливый, но молчаливый как моллюск. Но не такой, возможно, в своих разговорах со своим начальством, требующих от него обосновать необходимость активно продолжать расследование.

Позднее в том же 2012 году, когда стало ясно, что Операция Грандж уже поглотила 2,5 миллиона фунтов стерлингов – и эта цифра постоянно росла – новый комиссар Скотланд Ярда сэр Бернард Хоган-Хоу выразит свою озабоченность. Однако Хоган Хоу проконсультировался с Правительством, и средства на продолжение работы были найдены. И их продолжали отыскивать - хотя затраты неуклонно росли. Как удалось выяснить с помощью запроса, поданного в соответствии с законом о свободе информации, к 30 ноября 2013 года совокупный объем затрат составил почти 6,5 миллионов фунтов стерлингов.

Когда Редвуд выступал публично, то это означало, что он в чем-то нуждается. Он хорошо понимал экстраординарный, но обоюдоострый характер общественного интереса к истории Мадлен, он разбирался в том, как следует использовать рычаги давления на публику. Его выступление в программе Panorama в 2012 году, когда он так и не сообщил ничего существенного, задумывалось как предисловие к более громким заявлениям, приуроченным к приближающемуся девятому дню рождения Мадлен.

Это выступление начиналось с резкого хода: с демонстрации фотографии Мадлен с учетом ее теперешнего возраста – как она может выглядеть через пять лет после своего исчезновения. Организации в Британии и Соединенных Штатах, работающие с исчезнувшими людьми, рекомендуют использование таких изображений, создаваемых с помощью не только старых фотографий членов семьи, но и специального программного обеспечения, а иногда и на основе советов судебных антропологов. Как и в предыдущие разы, Джерри и Кейт Макканны также поучаствовали в создании подобных фотографий (см. фотографию 28).

Старший детектив суперинтендант Редвуд попросил людей, бывших в Прайа-да-Луш в ту неделю, когда пропала Мадлен – и которые вообще могли еще не быть допрошенными – связаться со Скотланд Ярдом. Простая просьба, но та, которая могла исправить одно серьезное упущение. За пять прошедших лет ни один полицейский орган еще не использовал возможности СМИ, чтобы получить такого потенциально важного свидетеля. Отклики на подобную и последующие такого же рода просьбы помогли расследованию.

Редвуд также обратился с общей, традиционной просьбой к тем, кто располагает какой-либо информацией, обратиться в полицию. Он определил ее характер, заявив, что ему нужна «новая, прямая информация», поскольку еще продолжался поток сообщений со всех концов света – некоторые скорее эмоциональные, нежели обоснованные – от людей, считавших, что они «видели» Мадлен.

Сразу же после начала проведения Операции Грандж некий британский турист посчитал, что видел ее в Индии. Мадлен «видели» и будут «видеть» снова несколько раз в Новой Зеландии. Появится фотография, явно снятая в Бразилии, на которой изображена девочка некоторым образом похожая на Мадлен, идущая, держась за руку, с мужчиной, выглядящим «как иностранец». По старому, но вновь рассматриваемому свидетельству, ее двойника видели в Мэриленде, США. Свидетельница на Кипре считала, что Мадлен могла быть вместе с британской семьей, арендовавшей у нее дом, но неожиданно покинувшей страну. Британский адвокат сообщит о встрече с мужчиной, утверждавшим – по его мнению, обоснованно – что видел Мадлен на безымянном острове в Средиземном море. Скотланд Ярд должен был обращать внимание на каждое такое сообщение.

Им также приходилось иметь дело с самозваными сыщиками. Южноафриканский торговец недвижимостью по имени Стивен Бирч – не имевший никакого отношения к Дэни Крюгеру, также южноафриканцу, и к его «предметно-ориентированному» прибору (см. Главу 11) – утверждал в 2012 году, что обнаружил местоположение тела Мадлен. По его словам, используя георадар, ему «удалось установить, что ребенок был захоронен приблизительно в 500 миллиметрах от поверхности» автомобильного подъезда к дому Роберта Мюрата, первому человеку, который был официально объявлен подозреваемым в этом деле. По словам Бирча, ему пришлось потратить для этого 40 тысяч фунтов стерлингов. На момент сдачи в печать настоящей книги он все еще проводил сбор подписей в пользу петиции – она носила на удивление бестактное название «Раскапывая Мадлен» - с требованием провести раскопки под подъездом.

Мюрат, давно уже оправданный от всех подозрений в причастности к делу Мадлен, заявил, что он в судебном порядке будет преследовать южноафриканца за признанное им ночное вторжение на принадлежащую Мюрату территорию для получения сканов с помощью георадара. Бирч, со своей стороны, сообщил, что послал копии сканов – «неопровержимые доказательства» -в Скотланд Ярд. По информации Sky News, официальный представитель Скотланд Ярда заявил о «рассмотрении любого потенциального свидетельства и последующей передаче его португальской стороне».

Команда, принимающая участие в Операции Грандж, должна была быть максимально вежливой с поставщиками всего самого странного и непрошенного и продолжать работать.

Весной 2013 года Скотланд Ярд снова нарушил молчание. Руководитель Отдела по расследованию убийств Хэмиш Кэмпбелл рассказал репортерам о «фантастическом» прогрессе команды, занятой в Операции Грандж - достаточном для того, чтобы рекомендовать португальским властям возобновить расследование. Он заявил, правда без пояснений, что детективы обеспечили «возможность рассмотрения дела в суде». Они также «установили несколько лиц, представляющих интерес для следствия». Это все, что он сказал, но даже это вызвало появление заголовков на первых страницах газет.

В июле на другом брифинге для прессы шеф команды Редвуд заявил о том, что изучение Скотланд Ярдов материалов дела сделало возможным перейти «от пересмотра дела к его расследованию». Он прямо исключил причастность Джерри и Кейт Макканн, а также их друзей по отдыху к исчезновению Мадлен. «Ни ее родители, ни кто-либо из членов группы, бывших с ними», заявил он, «не являются ни подозреваемыми, ни лицами, представляющими интерес для следствия». Однако тридцать восемь других лиц являлись «лицами, представляющими интерес». В их число входили британские граждане, а также люди, находившиеся весной 2007 года в Алгарве, причастные к нападениям на детей.

Тем временем за кулисами Королевская Прокуратура направила двух своих высокопоставленных чиновников обсудить полученные результаты с португальскими коллегами. Вскоре после этого на имя Генерального прокурора Португалии был направлен международный Официальный запрос (International Letter of Request). Его содержание было секретным, но с помощью запроса в соответствии с законом о свободе информации удалось выяснить, что имеется «несколько подозреваемых».

В октябре 2013 года детектив главный инспектор Редвуд сделал громкие заявления. На брифинге в присутствии представителей СМИ, сидя рядом с помощником комиссара [вторым человеком в иерархии Скотланд Ярда], он сообщил, что португальские офицеры в Алгарве осуществляют следственные мероприятия в интересах его команды. Имеется «сорок одно лицо, представляющее интерес для следствия», из которых пятнадцать являются британцами. Официальные запросы были направлены в тридцать одну страну относительно телефонов, использованных в Прайа-да-Луш в мае 2007 года. В течение недели программа ВВС Crimewatch, а также телевизионные каналы в Голландии, Германии и Ирландии сообщат дополнительную информацию и передадут обращение полиции.

Аудитория часовой программы Crimewatch с участием Джерри и Кейт Макканнов, равно как и Редвуда, составила почти семь миллионов человек – рекорд за всю историю существования этой программы. Объявленная как «самое правдивое» изложение событий 3 мая 2007 года, она представила новую версию полиции о событиях того вечера.

Моментом откровения, как заявил Редвуд, были интервью его команды с отцом, забиравшим свою дочь из детского сада отеля «Оушн Клаб» незадолго до того, как друг семьи Маканнов Джейн Таннер видела мужчину, несущего ребенка около номера 5А около 21:15. Этот мужчина сообщил, что это он шел около номера 5А – что могло означать простое и вполне невинное объяснение виденного Джейн Таннер предполагаемого похитителя.

Вместо этого, заявил Редвуд, расследование теперь нацелилось на еще одно свидетельство о мужчине, несущего в тот вечер одетого в пижаму ребенка – сделанного ирландцем Мартином Смитом, видевшего его через сорок пять минут после Таннер, около 22:00. Если мужчина, с которым столкнулся Смит всего в четырех минутах ходьбы от номера 5А, действительно был похитителем, то это означает не только изменение хронологии событий, но и необходимость поисков человека, соответствующего описанию Смита. Впервые в этой программе были показаны фотороботы этого мужчины, которого Смит запомнил как человека в возрасте около 35 лет с короткими коричневыми волосами (см. фотографии 26, справа).

Руководитель Операции Грандж обсудил также личности мужчин, явно «скрывающихся» рядом с номером Макканнов в разное время, и предполагаемого «сборщика пожертвований», заходившего расположенные рядом номера. Полиция считала, что один из них, как сообщалось уже после программы, имел немецкий или голландский акцент – отсюда и последовавшие трансляции программы в Голландии и Германии.

В заключение Энди Редвуд отметил, что в первые месяцы 2007 года, когда пропала Мадлен, имело место «четырехкратное увеличение количества квартирных краж, произошедших в окрестности… Существует версия, в которой Мадлен могла, возможно, потревожить кого-то, кто совершал квартирную кражу».

Рассказывая об анализе телефонного траффика в Прайа-да-Луш вечером того дня, когда пропала Мадлен, задаче, сходной с поиском «иголки в стоге сена», которую никто раньше не пытался решить всерьез, Редвуд заявил, что, по его мнению, его команда нашла «часть иголки».

Задача состояла в том, чтобы обеспечить сотрудничество со стороны не только португальских коллег, но и властей тридцати других государств. Однако потенциально значимый результат мог быть получен в самой Португалии. Телефоны трех известных воров, как выяснилось, так активно использовались вечером 3 мая 2007 года – причем поблизости от отеля «Оушн Клаб» - что траффик между ними был охарактеризован как «раскаленный докрасна».

Значило ли это что-либо в контексте дела Мадлен?

Команда, задействованная в Операции Грандж, стремилась получить детальную информацию об этих трех ворах, которые, как сообщалось, были «двойными агентами» - работниками отеля «Оушн Клаб», обворовывающими своих клиентов. Британские детективы попросили португальские власти организовать серьезное расследование в отношении этих людей.

Тем временем пересмотр дела португальскими детективами в Порто также продвигался вперед. В ходе него, как сообщила СП в своем заявлении, «установить новые свидетельства, требующие дальнейшей проработки, что соответствует требованиям… для возобновления расследования». Вскоре будет сообщено, что команда из Порто «выявила упущения в первоначальном расследовании, совершенные их коллегами из Алгарве, и сейчас активно поддерживают версию о похищении Мадлен».

Однако британская и португальская команды, как сообщалось, сильно расходились между собой в вопросе о том, на чем следует сосредоточить внимание на этом этапе расследования. Португальцы сконцентрировались на бывшем официанте отеля «Оушн Клаб» Эуклидисе Монтейро, умершем в результате несчастного случая в 2009 году. Монтейро, работавший в одном из ресторанов отеля, был уволен за кражи за год до исчезновения Мадлен. До этого он уже отбывал срок за квартирные кражи и – по словам его жены – допрашивался полицией о вторжения в квартиры, сопровождавшиеся сексуальными нападениями на детей. Его оправдали по результатам тестов ДНК.

Официально Монтейро не обвинялся в сексуальных нападениях. Более того, он был настоящим чернокожим, что противоречило свидетельским показаниям о подозрительных людях, виденных около номера Макканнов – и свидетельствам о сексуальных нападениях в регионе.

В программе Crimewatch 2013 года Редвуд рассматривал причину исчезновение Мадлен не как пошедшую по неожиданному сценарию квартирную кражу, а как результат «заранее спланированного похищения. Оно, несомненно, включало в качестве предварительного этапа наблюдение за номером». Он призвал зрителей сообщить любую информацию, которая могла бы помочь идентифицировать людей, изображенных на показанных в программе фотороботах –мужчину, несущего спящего ребенка, виденного семейством Смитов, а также мужчин, ведших себя подозрительно около номера 5А, как считали видевшие их свидетели.

Программа вызвала огромный отклик: по подсчетам ВВС, поступило три с половиной тысячи звонков, писем и электронных сообщений – контакты совершенно разного характера, от представляющих большое значение до явно ложных.

Предоставленное семьей Смитов описание мужчины, на которого теперь указывали как на возможного похитителя, писал Колин Фримен из Sunday Telegraph, «могло, наверное, подойти к значительной части проживавшего в то время в Прайа-да-Луш мужского населения, и, конечно, к немалому числу людей в Европе».

Фоторобот человека, виденного Смитами, писал Фримен, «выглядел как плакат из серии Их ищет полиция в отношении Мистера Обыкновенность».


Поблагодарили за сообщение: maria_pr | Saggita | Lamber | Отец Федор

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

ГЛАВА 21

Самое время рассмотреть все возможности того, что могло случиться 3 мая 2007 года.

Существовало и продолжает существовать мнение, что Джерри и Кейт Макканны в чем-то виноваты и скрывают это. Оно было выдвинуто первым руководителем португальского расследования Гонсало Амаралом и до сих пор пропагандируется онлайн-сообществом «ненавистников». Настолько успешным оказался поток грязной пропаганды, изливаемый в течение многих лет, что авторы этой книги постоянно сталкиваются с людьми, вполне адекватными в других отношениях, которые вслух сомневаются: «Я не могу не думать, что Макканны каким-то образом связаны с этим делом».

В Португалии подозрения распространены гораздо больше. Исабель Дуарте, адвокат, выступающая на стороне Макканнов в их судебном процессе о клевете в связи с книгой Амарала, сказала, что участие в этом деле заставило ее почувствовать себя одинокой. «Я не ощущаю поддержки, - сказала она, - общественного мнения... Потому что все верят в Гонсало Амарала. Все верят, что я защищаю мать и отца, убивших свою дочь и избавившихся от ее трупа».

Не существует ни единого свидетельства, поддерживающего подобную версию. Полиция всегда оставляет такую возможность, поскольку – как обсуждается ниже в этой книге – доступная статистика указывает на то, что лица, чаще всего виновные в убийстве детей, являются их родителями или родственниками. Однако, для того, чтобы расследование только склонилось в эту сторону, не говоря уже о доказательстве подобной версии, необходимо наличие доказательств или некие основания для подозрений. В деле Макканнов нет ни доказательств, ни оснований в пользу такой версии.

В окружении Макканнов, в их семейной истории и во всем том, что известно об их личностях, нет ничего такого, из чего можно было бы предположить, чтобы кто-нибудь из них мог принести вред своему ребенку – скорее обратное. Те, кто поливает Макканнов клеветой или утверждает, что их компаньоны по отдыху находились с ними в заговоре, чтобы скрыть правду, предполагают, что один из родителей, должно быть, виноват в предполагаемой смерти Мадлен в результате несчастного случая – а затем, поскольку они боялись за свою врачебную репутацию, стремились скрыть правду. Эта версия является грандиозной «натяжкой», она всегда было такой натяжкой, совершенно не поддерживаемая никакими фактами.

Враждебно настроенные к Макканнам люди указывают на предполагаемые невероятности и противоречия в их свидетельствах и в свидетельствах их друзей – особенно в отношении хронологии событий вечера 3 мая. Нестоящая книга написана на основе не только документов португальской полиции, но и обширных стенограмм допросов семи друзей Макканнов, проведенных британской полицией по просьбе португальской стороны.

Авторы не нашли никаких серьезных противоречий в свидетельствах Макканнов и их компаньонов. Все те, кто имеет опыт в проведении допросов – будь то полицейские или адвокаты, репортеры или страховые агенты – хорошо знают, что память людей на отдельные детали и по поводу определенных моментов времени может серьезно страдать.

С другой стороны, поведение Макканнов все время характеризовалась двумя различными манерами: сначала - как скорее всего вели бы себя родители, находящиеся в полном отчаянии от потери любимого ребенка; затем – как могут вести себя в наше время целеустремленные, решительные родители-активисты, чьи возможности значительно усилены существованием интернета, проводящие кампанию по выяснению правды о том, что случилось на самом деле с их дочерью. За исключением очень редких случаев – убийство маленького сына известного авиатора Чарльза Линдберга в Соединенных Штатах в начале 1930-х годов является одним из таких исключений – привлечение такого огромного, глобального внимания было ранее либо нежелательным, либо невозможным.

Факты и здравый смысл требуют, чтобы подозрения в адрес Макканнов стали уделом тех, кто, по каким-либо причинам, отвергает само понятие «решающее доказательство». Если мы отвергнем эту явно ложную версию, то существует еще одно объяснение исчезновения Мадлен, которое – почти однозначно – не связано с совершением преступления.

Эта версия предполагает, что Мадлен – незадолго до своего четвертого дня рождения – могла проснуться, встать с кровати и по своей собственной воле выйти на улицу и там потеряться. Эта возможность впервые была допущена офицерами патрульной машины, приехавшими на вызов, а на следующий день предложена Кейт начальником регионального управления полиции Гуильермино Энкарнасао. Британский священник Пол Седдон, которому Кейт позвонила в ранние часы 4 мая, вспоминал, что пытался успокоить ее предположением о том, что «с Мадлен, должно быть, случился приступ лунатизма и что с ней все будет хорошо. Я помню, как Кейт была обеспокоена тем фактом, что на Кейт была надета пижама с короткими рукавами и она может простудиться». Отец Седдон, хорошо знавший Макканнов – он крестил Мадлен и часто играл в гольф с Джерри – продолжал надеяться, что девочка «должно быть, ушла одна, ведь она была очень предприимчивым ребенком». Даже на следующий день официальный представитель туроператора, управляющего отелем «Оушн Клаб», выразил надежду, что «она спит где-нибудь под кустом».

Хотя и Кейт, и Джерри оба отвергали возможность того, что их дочь заблудилась, такое мнения не являлось нелепым. Двумя годами позже в Новой Зеландии двухлетняя девочка на самом деле потерялась среди бела дня и, очевидно, залезла или упала в расположенный неподалеку кабельный колодец с плохо закрытым люком. Ее нашли мертвой только после недели активных поисков.

Как указывалось выше, такая опасность существовала и в 2007 году в Прайа-да-Луш. В полицейском отчете, содержащемся в материалах дела, сообщалось о том, что «открытые траншеи» на улице Диреита и на улице Хелена ду Насименто Батиста так и были оставлены открытыми вечером 3 мая. Для взрослого дойти до этих улиц от номера 5А заняло бы всего несколько минут. Но когда утром 4 мая траншеи проверили, после того, как появились известия о пропаже ребенка, там так ничего и не нашли.

Приключение, закончившееся смертельным исходом, хоть и не невозможно, но маловероятно. Если бы Мадлен вышла из номера, то она почти точно сделала это через балконную дверь – оставленную незапертой, чтобы облегчить проверку детей – которая вела на балкон, а затем спустилась вниз по ступенькам и попала на улицу. Ее наиболее вероятный путь, должно быть, привел бы ее через несколько шагов вниз по улице к входу, ведущему к плавательному бассейну и ресторану «Тапас». Это был путь, который она хорошо знала, а в ресторане «Тапас» ужинали ее родители.

Однако именно Кейт Макканн сформулировала лучший аргумент, заставляющий отвергнуть версию о том, что Мадлен покинула номер по своей собственной воле через балконную дверь. Следует признать, рассуждала Кейт, что при своем уходе Мадлен должна была: раздвинуть занавески у балконной двери, а затем задвинуть их за собой; открыть балконную дверь, а затем закрыть ее за собой; открыть, а затем закрыть небольшую дверку у выхода с балкона на лестницу и калитку, ведущую на улицу. Могла ли такая маленькая девочка сделать все это?

Все имеющиеся свидетельства говорят о том, что Мадлен была похищена. Как сказал руководитель Операции Грандж Энди Редвуд, «это, вероятно, преступление, совершенное незнакомым человеком, похитившим Мадлен Макканн».

Кейт, понятное дело, никогда и не думала иначе. Пару раз в год она прилетала в Португалию, тихо пробиралась в Прайа-да-Луш, ходила по улицам около отеля «Оушн Клаб» и пыталась понять, какой путь мог использовать похититель, чтобы представить его передвижения вечером 3 мая 2007 года. «Я смотрела на номер, - говорила она, - я пыталась представить себя на месте этого человека. И я думала: «Куда же ты пошел?»

Что за незнакомец проник в номер туристического отеля и ушел с маленькой светловолосой девочкой, которой почти исполнилось четыре года, дочерью туристов? Если рассуждать мгновенно, на уровне рефлексов, то в голову приходит только педофил, «злобное животное», «монстр» по образным выражениям таблоидной прессы. В случае с Мадлен, как считает бывший руководитель одно из групп Скотланд Ярда по расследованию похищений, такой вариант отнюдь не представляется единственным.

Бывший детектив инспектор Йен Хоррокс, проработавший в Скотланд Ярде тридцать лет, изучал дело Мадлен много месяцев, приезжал в Прайа-да-Луш и подготовил объемный материал, излагающий его позицию. Признавая, что мотив похищения Мадлен мог быть и связан с сексом, он считал, «наиболее вероятной» версией вариант, когда она «была похищена одним человеком или парой людей, намеревавшихся оставить ее у себя». Он делал эти выводы, основываясь на своем опыте работы с похищениями, свидетельствующим, что в данном случае похищение могло быть совершено тем или теми, кто хотел видеть ее частью своей семьи». Его анализ – основанный на имеющихся фрагментарных свидетельствах об обстоятельствах произошедшего и возможности того, что преступник мог иметь сообщника, ждущего его в автомобиле – заставил его предположить, что в похищении участвовало двое людей.

Похищения детей, особенно женщинами, у которых произошел выкидыш или вообще неспособных родить ребенка, действительно происходят. Обычно ребенок похищается в первые дни после своего собственного рождения, часто из больниц. Не случайно больницы устанавливают особо строгие системы безопасности в родильных отделениях. Типичным похитителем, как утверждается в исследовании американского Национального центра пропавших и эксплуатируемых детей (NCMEC), является ранее беременная женщина, у которой произошел выкидыш, или женщина, которая выяснила, что является бесплодной, или же женщина, у которой есть не проживающий с ней партнер-мужчина, которого она хочет вернуть обратно.

В Соединенном Королевстве одно время существовала даже благотворительная организация Portia Trust, оказывавшая помощь – помимо прочего – женщинам, совершившим похищение ребенка. Ее основатель, Кен Норман, утверждал, что большинство таких женщин не являются психически больными, а просто «не могут смириться, что их ребенок умер, или имеют невыносимое желание иметь собственного ребенка. Они могут тратить месяцы и даже годы в поисках ребенка, напоминающего их собственного, потерянного приблизительно в том же возрасте». Хотя такие похищения становятся темой для сенсаций, они крайне редки.

Позитивным фактором почти во всех подобных случаях – если, конечно, уместно здесь говорить о позитивных факторах – является то, что целью кражи ребенка является взлелеять и вырастить его так, как будто он является родным для самой женщины. «Таким детям редко причиняют вред, - говорил официальный представитель NCMEC. - Вероятность возвращения таких детей очень высока». В одном случае, имевшем место в Соединенных Штатах, женщина в возрасте двадцати трех лет обратилась в NCMEC, выяснив, что у нее нет свидетельства о рождении или карточки Социального обеспечения. Ее дело было расследовано, в результате чего установлены истинные биологические родители.

Родители никогда не отказывались от надежды на то, что они найдут свою пропавшую дочь, так же, как и Макканны говорили, что не оставят надежды найти Мадлен.

«Очень печально думать, что она, может быть, живет совершенно другой жизнью, называя кого-нибудь «мамочка»…, - говорила Кейт, - ну что ж, поборемся! Мы справимся с любой проблемой». Для Кейт, конечно, самым худшим вариантом пока – самая главная причина ее затянувшихся страданий – является возможность того, что ее дочь была похищена насильником. Это то, что она никогда не была способна выкинуть из своего сознания. «Мысль о том, что моя Мадлен была похищена педофилом, является моим самым большим страхом, - сказала она. - Она поглощает меня. Это пытка. Такая явная!»
« Последнее редактирование: 28.01.16 23:39 »


Поблагодарили за сообщение: Saggita | maria_pr | Отец Федор | New333

Заслуженный эксперт форума 

Георгий

  • Модератор раздела

  • Сообщений: 732
  • Благодарностей: 3 778

  • Был сегодня в 00:24

Слово «педофилия» придумали древние греки – «paedo» от pais или paid, что значит «ребенок», и «philia», что значит «нежность, ласка». Таким ребенком обычно был мальчик, а секс между ним и взрослым считался в качестве формы обучения ребенка. Четыре столетия назад в Европе сексуальные отношения между взрослыми и детьми были еще довольно распространены.

Однако в 1886 году психиатр Рихард фон Краффт-Эбинг описывал педофилию как насилие. С другой стороны, в 1953 году исследователь сексуальных вопросов Альфред Кинси писал, что «сложно понять», почему ребенку причиняют вред, когда с ним вступают в сексуальный контакт. «Люди считают, что педофилы должны быть заметны, иметь рога и хвост, - говорил покойный британский консультант по сексуальным преступлениям Рэй Вайр, - но они на самом деле являются обычными людьми, способными скрывать свое влечение к маленьким детям. Фактически, некоторые скрывают это так хорошо, что устраиваются на работу с детьми. Если честно, то как общество, мы даже еще не начали понимать педофилию».

Психиатры, являющиеся авторами авторитетного «Диагностического и статистического руководства по ментальным расстройствам» (издание 2013 года), определяют «педофилию» как «повторяющиеся, интенсивные сексуальные фантазии, сексуальные влечения или поведение, включающее сексуальные действия в отношении еще несозревшим в половом отношении ребенку или детям». «Руководство» определяет индивидуума с таким нарушением как человека, который «действует вследствие таких потребностей… в возрасте, как минимум, 16 лет и, как минимум, на 5 лет старше ребенка».

Отец и мать похищенного ребенка, однако, наверняка будут скорее полагаться на фразу, использованную в более раннем американском исследовании, о том, что действия педофилов переходят «последнюю границу насилия над детьми».

Статистика распространения педофилии очень обманчива. Американское «Руководство по ментальным расстройствам» считает, что педофильному расстройству подвержено 3-5% населения США, главным образом мужчины. Эта цифра для женщин гораздо ниже. Предварительная оценка для Британии такова: «один из пяти всех взрослых мужчин в той или иной степени способны сексуально возбуждаться детьми». В год исчезновения Мадлен, Британия, как сообщалось, была единственной страной в Европе, где велся регистр сексуальных преступников и собиралась информация об их передвижениях, как это требуется законом, принятым четырьмя годами ранее. В настоящее время такие регистры ведутся в трех европейских странах.

В Португалии за последние годы было несколько крупных дел, связанных с педофилами. Самый известный из них – постепенно раскрываемый ужасающий скандал, вовлекший несколько известных «публичных» фигур и завершившийся в 2010 году осуждением подозреваемых. По информации жертв, с 1970-х годов банда педофилов использовала находящиеся под государственным управлением приюты для получения десятков мальчиков-подростков – сообщалось также и о девочках – для сексуального насилия. Это дело стало известным как Casa Pia – «Дом благочестивых» - по названию приютов, бывших в свое время религиозными учреждениями.

В число сужденных по этому делу входили бывший дипломат, популярный телевизионный ведущий, известный врач, заместитель директора приюта, адвокат и водитель, доставлявших детей на свидания к насильникам. Среди многих возмутительных деталей особенно выделялась следующая: осужденный доктор часто выбирал глухонемых детей – возможно, чтобы обеспечить сохранение в тайне всего этого грязного дела – а также проверял их на наличие венерических болезней перед тем, как отправить их клиентам.

Однако отнюдь не означает, что только португальские граждане совершали акты педофилии в Португалии. По данным англоязычной еженедельной газеты Portugal News, в 2000 году несколько мужчин «в возрасте пятьдесят и более лет, все иностранцы (в большинстве своем британцы) были арестованы за удержание до пятидесяти двенадцатилетних мальчиков для своих развлечений с ними на вилле в Синтре (город недалеко от Лиссабона). Мальчиков часто отвозили в Алгарве на отдых». Несмотря на большое значение этой истории, отмечала газета, совсем немногие издания сообщили о ней.

В 2006 году в самом Лиссабоне, а также в Синтре и других городах столичного региона сорок шесть человек были арестованы по подозрению в педофилии. «Большинство жертв, - сообщала другая англоязычная газета Algarve Resident, - составляли девочки в возрасте от пяти до тринадцати лет». Позднее еще восемь человек были арестованы по подозрению в участии в банде педофилов.

Вскоре после исчезновения Мадлен Макканн португальский детский психолог, возглавляющий приют для детей, подвергшимся насилию, доктор Лиуш Вилаш-Боаш утверждал: «В Португалии нет проблемы педофилии». С другой стороны, юрист Педро Намора – сам в прошлом оказавшийся жертвой и работавший в деле Casa Pia, заявил: «Португалия – рай для педофилов».

Задолго до дела Мадлен официальный представитель Innocence in Danger, благотворительной организации, действующей в целях защиты детей от сексуального насилия, критиковал португальскую полицию нежелание расследовать случаи насилия над детьми. «Снова и снова, - говорила она, - теряются документы с заявлениями о таких случаях, свидетелей допрашивают редко, подозреваемых буквально отпускают с крючка вследствие использования совершенно неадекватных методов поиска и процедур расследования».

Консультант по сексуальным преступлениям Рэй Вайр, несколько раз приезжавший в эту страну для расследования деятельности банд педофилов, говорил, что Португалия привлекает множество педофилов. «Здесь всегда действуют британские педофилы, - рассказывал он Daily Telegraph вскоре после исчезновения Мадлен. - Если бы бездетной семье было необходимо украсть для себя ребенка, то скорее всего они забрали бы одного из близнецов. К сожалению, педофилов обычно привлекают симпатичные маленькие девочки, такие как Мадлен».

Педофилы давно уже жаждут не только реального секса с детьми, но и обладания соответствующими фотографиями и видеозаписями. Распространение такого сексуального материала, некоторого с использованием детей, процветало в Европе с момента изобретения фотографии. Любители произведений Льюиса Кэрролла, автора «Алисы в стране чудес», возможно не знают, что он имел склонность к фотографированию обнаженных и полуобнаженных маленьких девочек – и некоторые из его биографов заявляли (правда без доказательств), что сам он был педофилом. Многие секс-шопы в Лондоне конца девятнадцатого века поставляли непристойные изображения обнаженных девочек.

Доступность сексуальных изображений детей, а также взрослая порнография постепенно убывала и сокращалась, пока не начал бурно разрастаться в период так называемой сексуальной революции 1960-х годов. Появление полароида и кинокамер, а затем и видеокамер помогало этому виду деятельности. В 1980-х годах пришествие компьютеров обусловило огромный прыжок вперед для порнографии всех сортов. Девяностые принесли с собой интернет, специально разработанный для распространения информации – громадный рост спроса по всему миру и, как следствие, соответствующее бедствие для маленьких детей.

Западный мир пробудился в отношении этой проблемы накануне нового тысячелетия, когда на совместной международной конференции США-ЕС в Вене было признано, что детская порнография «не знает и не признает границ». По всей Европе люди просматривали так называемые «группы новостей» с такими неприкрытыми заголовками как «Alt Sex Paedophile», даже «sex.babies». Они наблюдали и слушали, как маленьких детей подвергали сексуальному насилию вживую по интернету. «Мы говорим, - разъяснял глава Internet Watch Foundation, - об изнасилованиях детей, не достигших половой зрелости».

Занимающийся расследованиями журналист Джулиан Шер, автор исследования о таких «онлайн-злодеях», отмечал, что интернет «не порождает педофилию, но, без сомнений, подпитывает ее… Преступник за преступником расскажут вам о своем моменте первооткрывателя, когда они впервые выходили в режим онлайн и не только видели доступные изображения – живые изображения – но и чувствовали себя «принятыми», уверенными в том, что находятся среди людей, одинаковых с ними по своим пристрастиям».

В 2001 году программа Panorama подробно сообщила о «Wonderland Club», международной организации педофилов, делящихся и хвастающих по электронным сетям своими «подвигами» с детьми. Полицейское расследование деятельности этой организации началось с обнаружения мужчины из Калифорнии, хваставшегося тем, что насиловал десятилетнюю девочку, снимая это на камеру и транслируя зрителям в таких отдаленных странах как Австралия, Канада и Финляндия. Как выяснилось, члены «Wonderland» были организованы в формальную структуру клуба, укомплектованную руководящим органом и правилами. Для того, чтобы вступить в него, новый член должен был предъявить не менее чем десять тысяч оригинальных изображений сексуального насилия над детьми. Расследование установило более ста потенциальных членов в двенадцати странах, включая Соединенное Королевство. Семь человек, осужденных по этому делу в Британии, обменивались более чем семьюстами пятидесятью тысячами изображениями детей по интернету.

В числе других европейских стран, где также были произведены аресты, находились Австрия Бельгия, Франция, Германия, Италия – и Португалия. Сообщения за последние пятнадцать лет указывают на то, что педофилы, действующие в Португалии, в том числе британские граждане, поначалу отправляли фильмы со своим участием в другие страны. Затем, после того, как интернет стал полностью функциональным, они делились подобной продукцией в режиме онлайн. Распространение изображений детей, имеющих сексуальный характер, не было незаконным в Португалии до 2001 года, а обладание и хранение подобного материала было запрещено лишь в сентябре 2007 года.

Было подсчитано, что к тому году, когда пропала Мадлен, за предыдущие четыре года активность демонстрации насилия над детьми в интернете выросла во всем мире в четыре раза. Так же, как и преступники, вовлеченные в этот бизнес, следователи, пытающиеся опознать жертвы, используют компьютеры – применяется специальное программное обеспечение, разработанное для идентификации людей по особенностям внешности при просмотре сотен тысяч изображений, иногда успешно. Во время расследования дела «Wonderland» полиция посчитала, что ей удалось идентифицировать на некоторых изображениях Руй Педро, одиннадцатилетнего мальчика, пропавшего в северной Португалии в 1998 году.

Во время ранней стадии расследования дела Мадлен Макканн, уже после проведения Операции Предэйтор (операция португальской полиции по выявлению сексуального насилия над детьми), следователи будут просматривать захваченные изображения, обращая внимание на белокурых девочек, в той или иной степени напоминающих Мадлен. Но ни на одном изображении ее не было. Однако Кейт Макканн в результате узнала об этом предмете гораздо больше, чем хотела бы узнать, и почувствовала себя плохо.

В прессе также появлялись страшные истории предполагающие, что Мадлен была похищена «торговцами детьми». Эта периодически возникающая версия, заключается в том, что виноваты «цыгане», и подтверждается сообщениями следующего рода: «трое цыган… в повозке вместе с маленькой светловолосой девочкой»; «пара молодых цыган с детской коляской, в которой находится ребенок, явно непохожий на своих родителей»; женщина с девочкой, «похожей на Мадлен», бывшая в группе цыган, убежавших при появлении полицейских офицеров; две «толстые цыганки», ведущие за собой «изможденного» ребенка, «на голове которого явно надет парик».

Как и во всех европейских странах, в Португалии есть цыгане – португальцы называют их ciganos – от сорока до пятидесяти тысяч, в соответствии с исследованием Европейской Комиссии. Группа цыган, перебиравших пищевые отходы, находилась в окрестностях Прайа-да-Луш, как свидетельствуют документы полиции; и среди местных жителей ходили слухи, что они были причастны к ряду краж. Полицейская проверка ничего не обнаружила. Цыгане всегда являются объектом различных обвинений, когда справедливых, а когда и ложных. Профессор Томас Эктон, заслуженный профессор в области исследования цыган Гринвичского университета говорил, что не знает ни одного документально подтвержденного случая похищения цыганами нецыганского ребенка. Нет никаких свидетельств, доказывающих их причастность к делу Мадлен Макканн.

Существуют также мрачные предположения о том, что секс-торговцы похитили Мадлен и вывезли ее из Португалии. Через десять месяцев после исчезновения в электронном сообщении британской полиции португальцам сообщалось:

«Согласно разведданным, организация педофилов в Бельгии сделала заказ на маленькую девочку за три дня до похищения Мадлен Макканн. Некто, связанный с этой организацией, увидел Мэдди, сделал ее фотографию и отослал в Бельгию. Заказчик подтвердил приемлемость этого варианта, и Мадлен была похищена».

Судебная Полиция переслала данную информацию в Интерпол с просьбой расследовать ее. Однако эта «ниточка» так никуда и не привела.

Учитывая, что попасть из Португалии в Марокко довольно несложно, шли разговоры о том, что торговцы детьми отправили Мадлен именно туда. В краткой информации, опубликованной Государственным Департаментом США через месяц после исчезновения Мадлен, говорится о том, что Марокко является страной, где существует торговля детьми. Однако главную роль играет поток «из Африки в Европу, а не в другом направлении», как объявлено Португальской ассоциацией по помощи жертвам.

Торговля детьми по той или иной причине иногда возрастает до ужасающих пределов – каждый год происходит почти 1,2 миллиона подобных случаев, как следует из данных Организации объединенных наций. Подобная статистика, однако, указывает на то, что жертвы мировой торговли детьми происходят в подавляющем большинстве из Латинской Америки и Карибского бассейна, Азии и Африки. Дети из Западной Европы редко фигурируют в подобных обзорах. «Разговорам о том, что Мадлен могла быть похищена организацией педофилов для какого-нибудь клиента, обитающего в отдаленном месте, - писал ветеран Скотланд Ярда, специалист по похищениям Йен Хоррокс, - не следует доверять… К сожалению, в мире существует множество мест, где совершить подобное гораздо легче, чем на оживленном курорте в Португалии».

В отсутствии каких-либо доказательств, выпячивание проблемы некой зловещей организации педофилов никогда не было и никогда не будет для следователей разумным способом решения тайны Мадлен.

С самого начала, при неимении других ключей к решению, приоритет был отдан поиску известных сексуальных преступников, которые могли находиться на свободе и пребывать в провинции Алгарве.


Поблагодарили за сообщение: Saggita | maria_pr | М.И.И. | Porty